Не может быть мертв - Иэн Рэнкин

Пока он сидел на диване, наблюдая за отцом, Джуд приготовила ему чай. Грудь отца мерно вздымалась и опускалась. Митчу давно надо было вымыть голову; в гостиной смутно попахивало тальком.

— Есть какие-нибудь новости? — спросил он у Джуд, когда она протянула ему кружку.

— Шквал телефонных звонков; да вот, пожалуй, и всё. И ещё заходил один твой сосед, справлялся о тебе. Какой-то дед из дома напротив.

— Мистер Андерсон, — сообщил ей Фокс.

Она рассеянно кивнула, думая о своём.

— Как бы там ни было, — сказала она, — я рада, что ты наконец вернулся, потому что мне позарез надо выскочить в магазин. У меня сигареты закончились.

— По-прежнему десять в день?

— Собираешься прочесть мне лекцию о вреде курения?

Фокс покачал головой.

— Ступай, — сказал он.

Джуд, не теряя времени даром, бросилась за пальто, потом спросила, надо ли ему чего-нибудь. Фокс снова покачал головой. Когда она замешкалась в дверях, он понял, что ей нужны деньги; сунув руку в карман, Фокс протянул ей двадцатку.

— Спасибо, — сказала Джуд. — Ты уверен, что не хочешь томатного сока? Или ещё чего-нибудь?

— Уверен.

Дверь за Джуд захлопнулась, и Фокс остался наедине с отцом. Смахнув со стула рядом с кроватью какой-то мусор, Фокс сел и взял руку Митча в свои ладони. Веки отца затрепетали, и дыхание изменилось, но он не проснулся. Фокс вытащил из кармана фотографию — ту самую, на которой Крис аплодирует Фрэнсису Верналу. Он написал их имена на оборотной стороне и положил снимок к остальным в обувную коробку. На каминной полке он заметил две бутылочки: одну — с виски, другую — с водкой. Та, что с водкой — любимым напитком Джуд, — была почти пуста, бутылка с виски — едва почата. Фокс уставился на обе бутылки, потом встал и подошёл к камину. Он открутил крышечку с бутылки с виски и, приставив нос к горлышку, втянул солодовый запах. Он знал, что это совсем нетрудно: отхлебнуть прямо из горлышка и, на мгновение задержав жидкость во рту, проглотить. Но вместо этого он вернулся к постели и, смочив палец в виски, провёл им по губам отца. Веки Митча снова затрепетали.

— А ты, оказывается, умеешь найти подход к больному, — сказал Митч Фокс, открывая глаза и улыбаясь сыну. — А теперь будь другом, налей мне стаканчик, а?

Фокс не стал спорить. Он принёс два чистых стакана. Один — для себя — наполнил водой из-под крана.

— Чур, этот не мне, — предупредил отец.

Фокс плеснул в стакан на полпальца виски и протянул отцу. Тот сумел сесть без посторонней помощи и даже провозгласить тост.

— За нас, — сказал он, — ибо кто лучше нас?..

— По пальцам перечесть, — продекламировал Фокс, поднимая свой стакан, — и те давно мертвы[48].

Он наблюдал за тем, как отец неторопливо, смакуя каждый глоток, потягивает виски.

— Я могу быть детективом, когда захочу, — тихо произнёс Фокс. — Просто чтобы ты знал.

— Не очень-то у тебя получается, как я погляжу, иначе тебя не подстрелили бы. — С этими словами Митч протянул ему пустой стакан, показав глазами, что его надо пополнить.

— Если Джуд узнает, что я тебя спаиваю, она меня убьёт.

— Тогда ты сможешь тешить себя мыслью, что погиб не напрасно.

— Что верно, то верно. — Фокс открутил крышечку и подлил ещё виски в стакан отца.