Американский детектив - 4 - Джон Гоуди

— Датчики массы, — сказал Терлей.

— Что за дьявол — датчик массы? — все спросили одновременно.

— Маленькие устройства, зарытые в различных местах. Датчик поднимает тревогу при различном весе, обычно большем сотни фунтов, и когда что-то тяжелое двигается над ним или рядом, оно задевает механизм и посылается радиосигнал. Если приемник соединен с сигнализацией, можно установить, какой датчик задет, и шквалом огня уничтожить все в той точке, даже не видя его.

Терлей присмотрелся к голограмме и добавил:

— Возможно, все джунгли вокруг начинены ими.

— Так вот как девочке удалось сбежать, — одновременно сказали Коллинз и Джейсон. Коллинз больше не сказал ничего, а Джейсон добавил:

— Значит, нам нужно идти по дороге.

— Нас изрешетят уже на полпути, — фыркнула Бруни.

— Не обязательно, — возразил Джейсон, в чьей голове уже вырисовывался план. — Нам нужно опасаться двух дюжин часовых, так? — уточнил он у Коллинза.

— Нет, только двенадцати.

— Мне казалось, ты говорил, их 12 внутри и 12 снаружи.

— Было, но внешний отряд ушел пару дней назад. Еще одна причина, почему у нас мало времени. Их обязанностью было доставлять подопытных кроликов, а за последнюю неделю никого не привели. Значит, исследователи нашли ответ и сворачиваются.

— Так внешнее подразделение ушло, гм? — пробормотал Джейсон, подергивая бороду.

— Да. По правде говоря, они шли одной с вами дорогой, и мы тут волновались, что вы на них наткнетесь.

— Так и было, — усмехнулся Терлей. — Мы наткнулись — и пошли дальше.

Коллинз нахмурился, и Джейсон вкратце рассказал ему о случившемся. Коллинз хмурился все больше, все больше мрачнел, и сказал:

— Значит, мы должны напасть в течение двух часов.

Бруни хотела спросить, почему, её остановило саркастическое фыркание Терлея. Но Коллинз ответил.

— До лагеря от пляжа, где гарнизон, — два или три дня. В зависимости от скорости, пусть будет два с половиной. Плюс полдня от лаборатории до лагеря — три дня. Когда патруль не придет однажды ночью, возникнет вопрос, могут выйти на связь в лабораторией и узнать, ушли ли они. Узнав, что да, но задерживаются, пошлют поисковый отряд. Лабораторию известят, они будут настороже, намного затрудняя нападение и проникновение.

Бруни бросила взгляд на Терлея, который только заржал:

— Не смотри так, проклятая баба. Лаборатория могла быть встревожена уже тогда, когда дошла молва о спасении твоего дружка.

— Может, нет, — Терлей утомил Джейсона. — Функции лаборатории не многим известны. Отряд снаружи точно не знал, иначе бы их не отпустили. Даже те, кто внутри, возможно, не очень знают, что происходит. Так почему лабораторию известят о действиях партизан за много миль отсюда? Нет причин.

Терлей передвинул сигару и уставился на Джейсона. Не сумев смутить его, он усмехнулся и сказал:

— Все же это не решает проблему, как попасть внутрь, не сжигая все к черту.

Джейсон тоже усмехнулся, уже чуть менее раздраженный:

— Никаких проблем.

Повернувшись к Коллинзу, он уточнил еще:

— Когда разыскивали Люсию, за забор кого-нибудь пускали?

— Я об этом не знаю. Они получали указания от сержанта у ворот.

— Ладно, её все ещё ищут?

— Нет, поиск прекратился около недели до того, как мы сюда прибыли.

— Может, ты кого-нибудь знаешь из работающих в лаборатории? Особенно из руководителей?

Коллинз, к всеобщему удивлению, кивнул и вытащил из пластиковой папки обыкновенное фото. Подтолкнув его Джейсону, он объяснил:

— Это снял один из повстанцев, когда гражданские только заступали. К сожалению, фото снято обычной камерой, качество неважное — пришлось снимать с расстояния.

Джейсон пристально разглядывал фото: семеро мужчин направляются к зданию, и он был уверен, что знает первого, точно так же, как и второго.

— Человек впереди, — начал объяснять Коллинз, — доктор ...

— Миллард Сент Джон, — прервал Джейсон, вспомнив, где видел его. Как-то он брал интервью у Сент Джона, когда писал книгу об иммунологии.

Коллинз и Бруни растерялись, Джейсон расхохотался:

— Нет, это не экстрасенсорика. Как-то я писал о том, как тело борется с болезнями, и расспрашивал Сент Джона о вирусах. Мы очень долго дискутировали по разным вопросам.

Повернувшись к Коллинзу, Джейсон добавил:

— Так что твое чутье, что мы имеем дело с вирусом, в точку. Потому что ублюдок Сент Джон — один из ведущих специалистов по вирусам, и один из самых уважаемых и известных в этой области.

Коллинз усмехнулся и пожал плечами, как батрак. Бруни и Джейсон дружно рассмеялись. Только Терлей остался угрюмым и молчаливым.

Наконец, Джейсон спросил:

— Ты знаешь второго?

И Коллинз, и Бруни покачали головами, но Терлей хмыкнул:

— Он — мафия.

Удивленно усмехнувшись, Джейсон поправил:

— Ну, не мафия, а рэкетир со Среднего Запада. Его зовут Альфред Лохнер, и его имя пару раз всплывало в материалах о коррупции в крупных городах, которые я делал. Репутация у него довольно крутая.

Потом Джейсон спросил Коллинза:

— Он ещё здесь?

Тот покачал головой:

— Нет, только остальные шесть. Лохнер уехал на следующий день.

— Хорошо, — Джейсон вздохнул, откинулся и нащупал сигарету, — по крайней мере хоть в чем-то Большой Джон прав. Синдикат хочет и здесь приложить руку.

— Но почему такой человек, как Сент Джон, пошел на это? спросила Бруни.

— Может, деньги? Может, возможность экспериментов на людях? Чего он не мог сделать в Штатах, особенно в таких масштабах. Кто знает? Но что очевидно — Сент Джон — наш ключ в лабораторию.

Терлей фыркнул:

— Ты строишь умника, "великого взломщика", но не думаю, что туда есть дорога.

Он передвинул сигару и добавил:

— Кроме как убить сначала несколько придурков.

Джейсон возразил:

— Нет. Наконец что-то идет по-нашему. На нас свалилась удача, и мы не только без проблем попадем в лабораторию, но Сент Джон будет счастлив все показать, все рассказать и безумно захочет сопровождать нас в Институт.

— Ага, — хмыкнул Терлей, — и как мы это сделаем?

— Просто пойдем по дороге, постучим в ворота и спросим Сент Джона. Совсем просто.