Американский детектив - 4 - Джон Гоуди

Но когда ты опоздал и они наткнулись на патруль, она решила, что все пропало. Потом ты нашелся, а ей с братом удалось сбежать.

— Почему они меня бросили?

— Они думали, ты мертв. Ударивший тебя часовой кричал сержанту, что случайно убил тебя, и когда лазер слился с сержантом, а второй впал в шок, они просто сбежали. Они добрались до другого лагеря, где было радио, но из-за армейских патрулей смогли воспользоваться им только через две недели.

Потом они узнали, что ты жив и что О'Брайен тебя пытает, и передали новую информацию и то, что ты жив. Институт тоже решил, что ты погиб, потому что ты не явился на встречу, не было слышно о горящих вышках и о твоем плене. Теперь Большой Джон стал планировать задание, чтобы проверить информацию и освободить тебя.

К несчастью, необходимый для этого человек был в Новой Гвинее, и только через две недели его нашли и доставили в Штаты, — Бруни стиснула руку Джейсона, лицо её стало серьезным. — Поэтому мы опоздали. Через месяц мы были наполовину готовы, через неделю или около того высадились, установили лагерь и пришли в горы за тобой. Прости.

Джейсон пожал плечами, сумев спросить только:

— Ты сказала, другой спец?

— Угу. Без него бы операция провалилась. Он единственный действительно необходим в команде, и он ждет нас в лагере.

— Прекрасно. Но что за информация так переполошила Большого Джона?

— Этого я не знаю. Коллинз, наш эксперт, сейчас исследует и объяснит нам. Но я знаю, что недалеко от лагеря есть лаборатория, проводящая эксперименты на людях.

Она помолчала, потом сказала:

— Ты заметил, что глаза женщины постоянно горят ненавистью?

Борясь с искушением обернуться, Джейсон кивнул.

— Один из её детей, дочка, была подопытным кроликом. Это запутанная история, но она вызволила ребенка, увидела, что с ней сделали и известила Институт. Она думает, что Большой Джон — ЦРУ, как и большинство местных.

Бруни взглянула через плечо и мягко сказала:

— Знаешь, Джес, они с братом очень переживают, что бросили тебя на пляже. Техника О'Брайена хорошо здесь известна, и они очень жалеют, что ты прошел этот ад. Жалеют и чувствуют вину.

Джейсон посмотрел на повстанцев и спросил Бруни, не отводя глаз:

— Как их зовут?

— Анна и Луис.

Он отпустил руку, подошел к местным и, улыбнувшись, сказал по-испански:

— Грасиас, что вытащили меня. И это моя вина, что меня поймали. Не ваша.

Луис пожал ему руку, Анна улыбнулась, на мгновение ненависть в глазах сменилась благодарностью и лаской. Но тут же вернулась и ожесточила лицо. Ненависть. Похоже, она преобладала в Пунта де Флеча. Даже Джейсон научился ненавидеть. Снова улыбнувшись, он вернулся к Бруни и облегченно вздохнул. К счастью, в ней не было ненависти.

— Все же, — она снова взяла его руку, — наша задача — проникнуть в лабораторию и собрать информацию, чтобы Институт знал, как остановить эксперименты, если они начнутся где-либо еще.

— Так Терлей нужен для этого?

— Да. Он один из лучших разрушителей в мире. Он разработал много способов уничтожения зданий и вещей.

Разрушить. Это слово превосходно подходило к Терлею. В Нью-Йорке он казался не на своем месте. Но здесь, в джунглях, это было превосходное определение. Бруни прижалась к Джейсону и обняла его за талию. Он взглянул на неё и заметил слезы в глазах. Мысли о Терлее были вытеснены, и Джейсон почти спросил её, в чем дело, когда она прошептала:

— Мне так жаль, что мы так долго добирались.

Он остановился и смотрел на нее, чувствуя вину за то, что его пытали. Если бы О'Брайен не истязал его, она не была бы несчастна. Альтруизм любви вылился в абсурд.

— Роузголд говорил, что ты сможешь пережить все, но мысль, что этот маленький ублюдок...

Он подавил остальное губами, прижав её к себе. Бруни ответила, и где-то в реальном мире мужчина и женщина дружелюбно усмехнулись, проходя дальше и не оглядываясь. Джейсон и Бруни сбежали в свой личный мир, где были только они, и тут он был завоеван Терлеем.

— Не хочу нарушать такое великолепие, — проскрежетал он полушепотом, но мы не одни.

Отпрянув, Бруни и Джейсон навострили слух и сквозь дебри услышали голоса и шаги на другой тропе. Все-таки солдаты не были вымышленными. Сейчас они находились буквально в двух шагах, разделенные только стеной растительности. Джейсон не знал, радоваться или огорчаться, что они были.

Сорвав лазер с плеча, он присел рядом с Терлеем, наблюдая, как те топают по дороге с ружьями за плечами, не готовые к нападению.

Солдаты разговаривали, курили и получали удовольствие от марш-броска. Очевидно, они ничего не подозревали, и Джейсон посмотрел на командира, чтобы убедиться. Он разглядел толстого сержанта со счастливым лицом, затягивающегося сигарой и увлеченно спорящего с подчиненными, и чуть успокоился. Если их не заметят, солдаты скоро скроются. Если все будет нормально, они не узнают о Джейсоне и остальных.

Если все будет нормально.

Но нет.

Как только последний, двенадцатый в длинной колонне, прошел, Терлей издал какой-то клич и открыл огонь, наполняя джунгли кусками разрываемых тел. В последнего он выстрелил первым, и того отбросило с тлеющей дырой в спине. Следующему в строю оторвало правый бок. Остальные схватились за оружие и начали поливать пулями джунгли по сторонам, пытаясь вслепую убить кого-то, кого не видели, но знали, что он здесь. И снова Джейсон стал Исполнителем.

Оцепенение длилось только пару секунд, и Джейсон, Бруни и местные последовали примеру Терлея и открыли огонь, шестерых убив на месте. Тишина взорвалась. Солдаты кричали друг на друга, командир отдавал приказы, которые не слушали, Джейсон орал на Терлея, а Терлей вопил от удовольствия.

Джейсон проклинал его за перестрелку. За то, что он не убил командира первым — правило любой засады — и исправил ошибку сам. Круглолицый сержант больше не был счастливым крестьянином, лицо обуглилось, превратившись в шипящую черную дыру.

Одного убил Луис, автомат Анны разорвал другого пополам. Терлей пробрался сквозь заросли, бросил оружие и пустился за убегающим. Джейсон тоже вышел и увидел, что Терлей ещё и мастер единоборств, когда тот сбил солдата, схватил за волосы и впился в глотку приемом карате. Джейсон услышал задохнувшийся в раздавленной глотке визг.

Мимо уха просвистела пуля, и Джейсон обернулся, нажимая на курок. Выстрел прошел под кустами, и кто-то закричал от боли. Подбежав, Джейсон увидел, что сжег ступню совсем молодому солдату. Юноша сидел, уставившись на обуглившийся обрубок, и Джейсона замутило. Он отвернулся, борясь с тошнотой, и не увидел, как юноша потянулся за пистолетом.

Выстрел оторвал солдату половину лица, выведя Джейсона из шока, и он обернулся к Бруни, уставившейся на убитого ею человека. Бескровные губы потерялись на бледном лице. Джейсон хотел её поблагодарить, как вдруг заметил тень за ней. Он велел ей лечь и вскинул лазер, но солдата разорвал выстрел Луиса.