Вавилон-Берлин - Фолькер Кучер

– Значит, если в ванну падает подобный прибор, от этого можно умереть? – спросил Рат.

– Иные времена, иные несчастные случаи, – сказал второй полицейский, пожимая плечами.

– А я нанес ему еще второй удар током, когда поменял предохранитель, – запричитал Шеффнер. – Но ведь я не знал!

– Не упрекайте себя, мил человек! Мы ведь об этом уже говорили, – принялся успокаивать его полицейский. – Бедный парень погиб уже от первого удара током.

– И это не является чем-то необычным? – уточнил Гереон.

– Что? – откликнулся один из его коллег, и все трое вопрошающе посмотрели на Рата. У него почему-то создалось впечатление, что хозяин дома и полицейские были старыми знакомыми. И это было бы неудивительно, ведь 106-е отделение полиции располагалось как раз на Луизенуфер, всего через несколько домов.

– То, что мужчина пользуется таким электрическим феном, – продолжил комиссар. – Разве это не женская принадлежность?

– Я знал господина Мюллера очень хорошо, – поспешно сказал Шеффнер, – и он всегда пользовался этой штуковиной. Как только они появились. Но это не то, что вы подумали. Он не был геем. Он хотел нравиться женщинам. Многие ему симпатизировали. Он всегда хотел выглядеть шикарно.

Шикарно? У Рата были иные воспоминания о Зеленском. Да и грязный край ванны говорил об обратном.

– Значит, вы знали его очень хорошо? – спросил он. – В таком случае вам, должно быть, известно, что фамилия господина Мюллера была вовсе не Мюллер, а Зеленский? И что он был русским?

Германн сделал большие глаза.

– Что? Что за чепуха?

– Он даже зарегистрирован по этому адресу под фамилией Зеленский. Вы как комендант должны были это знать!

Домовладелец неуверенно посмотрел на полицейских.

– Что хочет от меня ваш коллега? – спросил он. – Ведь невозможно все знать о своих квартиросъемщиках!

– Я бы хотел поговорить с вами с глазу на глаз, господин Шеффнер, – сказал Рат. – Мы можем пройти в вашу квартиру? Или вы хотите поехать со мной в Управление?

Германн Шеффнер предпочел беседовать у себя дома.

***

Он не повел Гереона в гостиную с желтыми креслами-монстрами. Они сидели в кухне на жестких стульях, и со своего места Рат хорошо мог видеть двор. Полицейские и Маргарет Шеффнер остались на улице. Комиссар вызвал сотрудников службы обеспечения сохранности следов и запретил жене коменданта отжимать перелившуюся воду в ведро. Через окно в кухне он видел, как она стояла во дворе с тремя полицейскими, которым Рат поручил также оставаться во дворе и дожидаться сотрудников отдела криминалистической техники. Фрау Шеффнер что-то оживленно обсуждала со стражами порядка, энергично при этом жестикулируя. Вероятно, она разобрала по косточкам заносчивого наглеца-комиссара, который нарушил покой и порядок их многоквартирного дома.

Германн Шеффнер качался на стуле. Этот мужчина явно чувствовал себя не в своей тарелке. Поначалу Рат ничего не говорил и только зажег сигарету.

– Значит, вы уже давно знаете господина Зеленского? – спросил он без всякой связи с их предыдущим разговором.

Хозяин дома замялся. Он не знал, куда деть свои руки.

– Господин Шеффнер, если вам нечего скрывать, то лучше говорите. Иначе вы вызываете на себя подозрение в убийстве!

– В убийстве?

– Господин Зеленский, он же Мюллер, был убит.

– Что вы такое говорите?

То, что это не было несчастным случаем, Рату стало ясно, когда он узнал фен. Прибор марки «Protos». Та самая модель, которую он видел неделю назад двумя этажами выше. В мансардной квартире графини.

– Фен, который упал в ванну, не принадлежал господину Зеленскому, и вы это знаете.

– Но это вовсе не значит, что я убийца! Я ведь сам порекомендовал ему эту квартиру! Зачем мне его убивать?

– Откуда мне знать? Вы были бы не первым портье, который конфликтовал с квартиросъемщиком.

У Германна была возможность взять фен, поскольку у него были ключи от всех квартир. Правда, квартира графини вот уже неделю была опечатана, и полицейская пломба там была пока в порядке. Рат в этом удостоверился, прежде чем отправиться в квартиру Шеффнеров. Но все же… это было убийство, которое убийца хотел представить как несчастный случай, и по какой-то причине домовладельцу и его друзьям-полицейским было очень важно, чтобы в этом не возникло никаких сомнений. Наверное, им просто хотелось, чтобы в их районе не происходило никаких неприятностей. Возможно, и так.

Обвинение Гереона возымело свое действие: Шеффнер заволновался. И это было естественно.

– Ерунда на постном масле! – заворчал портье. – Если я хочу кого-то вышвырнуть, то он и летит на улицу, как ужаленный. Для этого мне не надо никого убивать!

– Так, значит, вы предложили господину Зеленскому эту квартиру?

– Я вам о том и говорю!

– Отсюда следует, что вы уже давно с ним знакомы?

– Я привел его сюда, в этот дом, правда, но я его не знал.

– Тогда почему же?

– Что вы имеете в виду?

– Почему вы предложили ему квартиру, если вы его совсем не знали?

Шеффнер запнулся. Разговор пошел в том направлении, которое его не устраивало, но он заметил это слишком поздно.

– Ну, говорите же! Я ведь могу вас отвезти и в Управление! – пригрозил ему полицейский.

– Откуда мне знать? Наверное, я филантроп.

– Не рассказывайте мне всякую чушь! Так почему?

– Ну если вы хотите знать это точно – меня попросил об этом один друг, вот почему.

– Один друг? Из штурмовых отрядов?

Германн кивнул.

– Кто? – спросил комиссар.

– Вы его все равно не знаете.

– Кто?

– Штурмгауптфюрер Рёллекке.

Эта фамилия Рату действительно ничего не говорила. Впрочем, как и звание. Штурмгауптфюрер? Ничего подобного не было ни в полиции, ни в рейхсвере. Только в частной народной армии. Но звучало это так, будто речь шла о важной птице. Адреса Рёллекке Шеффнер якобы не знал. Тогда его предстоит разузнать.

– Так почему? – опять спросил Рат, записав фамилию.

– Все с начала?

– Почему Зеленский должен был въехать сюда? Рёллекке объяснил вам причину?

– Нет, не объяснил. Но я не буду отказывать в просьбе своему товарищу! Вероятно, он просто хотел помочь своему другу.

Гереон кивнул. Он снова вспомнил обещание Генната, которое тот дал ему накануне вечером. Советник хотел помочь ему найти квартиру. Наверное, в этом больше не было необходимости.

Через арку во двор въехал автомобиль, который припарковался возле заднего дома. Из него вышли двое сотрудников службы обеспечения сохранности следов. Один из полицейских указал на кухонное окно.