Белый зной - Сандра Браун

– Я сломала им жизнь. Намеренно, в собственных эгоистических целях. Я ничего не имела против них конкретно, но я использовала их без жалости и снисхождения. Я пыталась наказать Хаффа за то, что он отнял у меня Кларка и ребенка. Мне было наплевать на мою жизнь, раз я могла сделать несчастным Хаффа. Когда он говорил «выходи замуж», я делала это с единственной целью устроить нечто такое, что бумерангом ударило бы по нему. Эти двое мужчин стали жертвами Хаффа и присущего Хойлам таланта разрушать чужие жизни.

– Мне не жаль твоих бывших мужей, – с горечью сказал Бек. – Они женились на тебе, понимая, что ты их не любила. Они умоляли о том, чтобы их использовали. За их неприятности они получили тебя. Сколько лет тебе было?

– Девятнадцать, когда я выходила замуж в первый раз, и двадцать один во второй.

– А сколько лет было им?

– Они были намного старше. По возрасту они годились мне в отцы, а не в мужья.

Два похотливых дружка Хаффа не упустили удобного случая. Они с радостью женились на Сэйри, отлично понимая, что этот брак не продлится долго.

– Они могли проводить каждую ночь с красивой и очень молодой женщиной. Если ты, конечно, не увиливала.

– Нет. Я хотела бы тебе сказать, что избегала близости с ними, – Сэйри говорила так тихо, что Бек едва слышал ее. – Но доступ к моему телу был частью сделки.

– Значит, и тебя тоже использовали, согласна?

Сэйри уткнулась лбом в колени.

– Не слишком красивое прошлое, ты прав.

Бек сел в кровати, обнял Сэйри и увлек вместе с собой на подушки. Он откинул ее волосы и заглянул в лицо.

– Кто может обвинять тебя после того, что сделали с тобой?

– Вчера вечером ты слышал наш разговор с Хаффом. Сколько ты простоял в коридоре?

– Достаточно, чтобы понять, почему ты его так ненавидишь.

Сэйри уткнулась лицом ему в шею.

– То, что они со мной сделали, было тайной. Даже мои братья ничего не знали. И Селма не знала, никто. Мне не с кем было поговорить об этом, поделиться моим горем.

– А Кларк?

– Он даже не узнал, что я была беременна. Я совершила ошибку, выложив все Хаффу, а не Кларку. После аборта зачем было ему об этом рассказывать? Ребенка больше не было. Узнай он об этом, он бы страдал так же, как и я.

– Ты слишком сильно его любила, чтобы рассказать о таком.

– Что-то в этом роде. Кларк по-прежнему дорог мне. Наши отношения останутся светлым, нежным воспоминанием, первой любовью. Все в таком духе… Но я горюю… – Сэйри замолчала, как будто собиралась с духом. – Я горюю о моем ребенке. Он мог бы быть единственным невинным существом в моей жизни, единственным в царстве Хойлов.

Бек приподнял ее подбородок. Слезы покатились по вискам к волосам, и он осушил их.

Сэйри прошептала:

– Я не вынесу, если ты меня пожалеешь.

– Отлично. Тогда пожалей ты меня.

Он взял ее руку. Не отрываясь от губ Сэйри, Бек направлял ее пальцы. Молодая женщина прильнула к нему.

– Ты об этом мечтал, Бек? В тот день на заводе ты говорил, что не хочешь, чтобы рабочие отвлекались на мои волосы и…

– И представляли тебя в другой ситуации. Я выдал себя.

– Ты выдал себя намного раньше, – шепнула она и наклонилась к нему совсем близко.

Бек простонал ее имя, приподнял ее голову и поцеловал, ощущая пьянящий вкус ее губ. Не выпуская ее из объятий, Бек развел ей бедра.

– Тебе будет больно? – спросила она с тревогой.

– Еще как!

– Тогда, может быть…

– Нет. Я предпочитаю это, – Бек вошел в нее.

– Да, – простонала Сэйри, – да!

Она полностью подчинилась ему. Сэйри согнула руки в локтях, кисти лежали у головы. Бек накрыл их ладонями, переплел пальцы с пальцами Сэйри. И когда он начал двигаться в ней, они смотрели в глаза друг другу.

– Ты не хочешь жалости, Сэйри, тогда скажи, что ты хочешь услышать, и я произнесу это.

– Ты не должен ничего говорить. Только…

– Что?

– Глубже.

– Я уже глубоко. Я так глубоко в тебе, что потерялся. Что еще?

– Прошу тебя…

Ее шея выгнулась. Сэйри закусила нижнюю губу, и Бек почувствовал, что ее мышцы смыкаются вокруг него словно кулак. Он видел, как затвердели ее соски, как отсвет приближающегося оргазма затуманил ее глаза. Бек ловил ее частое дыхание, и когда понял, что Сэйри вот-вот достигнет вершины наслаждения, его движения чуть замедились.

– О чем ты просишь меня, Сэйри?

– Господи!

– Что?

– Накрой меня, – беспомощно выкрикнула она.

И он сделал это. Сэйри приняла его вес, их тела слились, а сердца бились в унисон.

Позже она уснула на его руке, ладонь доверчиво раскрылась на груди Бека, дыхание согревало ему кожу. Он смотрел в потолок, прижимаясь подбородком к волосам Сэйри. Ему хотелось заставить ее забыть о боли – о Хаффе, аборте, Кларке Дэйли, обо всем. Бек с радостью стер бы эти воспоминания из ее памяти, чтобы Сэйри испытала хотя бы мгновение покоя и удовлетворения, а может, и радости. Он был готов подарить ей минуты жизни без гнева и сожалений.

В эти минуты сексуального наслаждения ему это удалось.

Лежа без сна и глядя на вращающиеся лопасти вентилятора, Бек спрашивал себя, кто кому помог забыться.