Медиум с Саутгемптон-роу - Энн Перри

– Простите, – тихо сказал мужчина. – Дитя, по крайней мере, невинно. И никому не принесло бы вреда, если б…

Он умолк, сознавая, что любые утешения запоздали, да и ложь во спасение тоже. Все равно он не в силах был изменить церковные предписания по поводу незаконнорожденных и самоубийц. Но в его голосе прозвучало искреннее сочувствие и презрение к тем, кто установил столь безжалостные правила. Было очевидно, что он понял: эти правила не имеют никакого отношения к заветам Господа.

Наррэуэй оглянулся и пристально посмотрел на Питта.

Тот кивнул.

Из комнаты донесся какой-то шум.

Виктор вновь повернулся к дверной щелке.

– Вас не было в доме в тот вечер, когда ее убили, – сказал мужчина. – Я сам видел, как вы ушли.

Служанка усмехнулась.

– Вы видели фонарь и плащ! – возразила она. – Неужели вы думаете, что, узнав, как она мошенничает, я не пыталась больше ничего выяснить, продолжая спокойно работать у нее дальше? Нет, конечно, – последние несколько недель я следила за ней. Подслушивала. И это оказалось не очень трудно, если использовать веревки.

– Я же слышал, как вы вернули фонарь к входной двери, когда вышли на улицу! – обвинительным тоном заметил незнакомец.

– Да, пара камешков упала на землю, – презрительно бросила Лена. – Я спустила другой фонарь вниз на веревке. А позже уехала… навестить подругу, у которой нет часов. Полицейские ее уже проверили. И я знала, что они к ней наведаются.

– И вы убили ее… после того, как мы ушли? Оставив нас всех под подозрением! – Теперь в голосе мужчины вновь прозвучал гнев, смешанный со страхом.

И мисс Форрест уловила их.

– Никого же пока не обвинили, – отозвалась она.

– Меня могут обвинить, когда найдут те записи! – уже без всякого сочувствия пронзительно вскрикнул клиент медиума.

– Ладно, но я не знаю, где они спрятаны! – возразила женщина. – Почему бы… почему бы нам не спросить об этом мисс Ламонт?

– Что?

– Спросить ее, – повторила Лена. – Неужели вы не хотите узнать, есть ли жизнь после смерти или она завершается окончательно? Разве не ради этого вы сюда ходили? Если чей-то дух и способен ответить нам, то именно ее!

– О, ну конечно, лучше и не придумаешь! – Тон «Картуша» стал резко саркастическим, хотя в нем еще теплился легкий огонек надежды. – И как же мы собираемся сделать это?

– Я научу вас! – так же резко воскликнула служанка. – Я сама обладаю даром медиума.

– То есть вы научились от нее каким-то трюкам! – Голос незнакомца исполнился презрения.

– Да, разумеется, – сбавив тон, примирительно согласилась мисс Форрест. – Я же сама вам об этом сообщила. Но с тех пор, как Нелл умерла, я постоянно стремилась обрести с ней связь. И меня трудно обмануть. Мисс Ламонт и вправду общалась с духами – до того, как начались эти шантажи. Духи приходят, только если соблюдены все правила. Задернуты шторы. Я покажу вам.

Наррэуэй оглянулся и вопросительно посмотрел на своего коллегу.

Питт понятия не имел, что собирается делать Лина и следует ли им посмотреть, что будет дальше.

Его начальник скривил губы.

До них донесся тихий шелест ткани, а потом шаги. Схватив Виктора за руку, Томас увлек его к открытой двери в кабинет на другой стороне коридора, и едва они скрылись там, как служанка вышла из салона и удалилась в сторону кухни.

Она отсутствовала несколько минут. Из салона от «Картуша» не доносилось ни звука.

Вернувшись, Лина вошла в салон и закрыла за собой дверь.

Питт и Наррэуэй вернулись на свой пост у двери, но теперь до них доносились лишь отдельные слова.

– Мод! – призывно произнес голос мисс Форрест.

Молчание.

– Мод! Мисс Ламонт! – это, несомненно, уже взывал «Картуш», с новой пылкостью и настойчивостью.

Виктор взглянул на Томаса округлившимися глазами.

– Мисс Ламонт! – опять воскликнул незнакомец, но теперь уже с трепетом, почти с благоговением. – Вы знаете меня! Вы записали мое имя! Где вы спрятали эти дневники?

Послышался протяжный стон – невозможно было даже понять, мужской или женский. Скорее он напоминал какой-то звериный рев, странный и подавленный.

– Где вы? Где вы? – взмолился «Картуш». – Что вас окружает? Вы способны видеть? Или слышать? Скажите мне!

Послышался громкий удар, пронзительный вопль и еще более громкий грохот, словно разбилась какая-то стеклянная вещь.

Наррэуэй решительно взялся за ручку двери, и в тот же миг весь дом сотряс оглушительный взрыв, в коридоре послышался треск пламени, а воздух начал заполняться густым дымом.

– Они в ловушке! – разъяренно крикнул Виктор. – Эта глупая женщина что-то подожгла. Они задохнутся! Пустите меня, Питт, черт побери! Вы что, хотите, чтобы они сгорели?!

– Газ! – успел крикнуть ему Томас, и тут же взрыв, разнесший половину дома, отбросил их к стене всего в паре ярдов от входной двери, выбитой взрывной волной и раскачивающейся на одной петле.

Питт с трудом поднялся на ноги. Дверь в салон тоже сорвало взрывом, и оттуда вырвались языки пламени и клубы дыма. Ток воздуха из коридора на мгновение уменьшил дымовую завесу. Епископ Андерхилл лежал на спине головой в сторону двери, и на лице его застыло выражение изумления. Тело Лины Форрест, сидевшей в кресле, безжизненно привалилось к столу – кровь заливала ее голову и плечи.

Бушующий огонь с новой силой выплеснулся в коридор, с ревом набросившись на драпировки и деревянную мебель.

Наррэуэй уже тоже поднялся на ноги. Его лицо покрылось слоем пыли и копоти.

– Мы ничем не можем помочь им, – потрясенно произнес Питт.

– Этот дом готов взлететь на воздух в любой момент, – закашлявшись, выдавил Виктор. – Бежим отсюда, Питт! Скорее! – Он дернул Томаса за руку и подтолкнул его к зияющему проему парадной двери.

Они успели сойти с крыльца и одновременно повалились на тротуар, когда прогремел третий взрыв и ревущее пламя вырвалось на свободу, осыпая улицу осколками оконных стекол.

– Вы поняли? – крикнул Наррэуэй, приподнявшись на руки. – Вы поняли, что именно Лина Форрест убила Мод Ламонт?

– Я понял это сегодня утром, – ответил Питт, перекатываясь на живот и пытаясь подняться.

Его колени были ободраны, руки кровоточили, и сам он изрядно опалился и испачкался.

– Когда догадался, что в Теддингтоне умерла именно ее сестра. Нелл – сокращенное от Пенелопы. – Он злобно оскалился: – Войси не мог упустить такой шанс!

По улице уже с криками бежали испуганные горожане. Вскоре могли появиться и пожарные машины.

– Да, – согласился Наррэуэй, и его почерневшее от дыма лицо сверкнуло белозубой усмешкой. – Не мог – и не упустил!