Диверсионно-штурмовой отряд - Александр Тамоников

– Точнее ответить не можете?

– Точнее никто ответить не может!

– Хорошо! Тогда и дыма выпускайте столько же! Запасов зарядов для создания подобного облака хватит?

Белоусов утвердительно кивнул головой:

– Да! Хватит! Даже половины арсенала дымовой защиты.

– Вот и действуйте.

– Понятно. Еще одно!

– Да?

– Я могу, в случае необходимости, сослаться на то, что согласовал объем дымового выброса с вами?

Пашин посмотрел на директора. Тот отчего-то чувствовал себя очень неуютно.

– Если это вам что-то даст, то можете!

– Спасибо! Разрешите удалиться?

– Конечно! Работайте, Сергей Анатольевич, по своему плану.

– До свидания.

Дверь за директором закрылась.

И тут же прапорщик Щурин ввел в кабинет главаря уничтоженной банды наемников Дэвида Лески.

Руки того были сзади сцеплены наручниками.

Подполковник приказал:

– Сними с него браслеты, Шунт!

Когда Щурин выполнил распоряжение Пашина, Григорий на чистом английском языке обратился к Лески:

– Кофе, сигарету, господин наемник?

Лески улыбнулся:

– Не откажусь, господин подполковник!

Пашин перевел взгляд на прапорщика:

– Олег, скажи там референту в приемной, чтобы сварил кофе!

– Но в приемной никого нет!

– Да? Тогда сам сделай это!

– Но...

– Шунт! Иди! И чтобы кофе через десять минут был здесь! Две порции!

Главарь наемников вновь улыбнулся и произнес на неплохом русском:

– А вы достаточно жестки со своими подчиненными, подполковник.

Пашин, оставив реплику Лески без комментариев, спросил:

– Предпочитаешь общаться на русском языке?

– Мне нет никакой разницы. Я свободно владею рядом европейских и азиатских языков. В том числе русским и пушту!

– И где ж ты приобрел эти навыки? Наверняка не в военной академии?

– Нет, не в академии, я изучил их на практике, русский и пушту в частности во время афганской войны.

– Ты принимал в ней активное участие?

– Да! Весьма активное, и, как понимаете, не на вашей стороне.

– Что ж привело тебя, Лески, в стан наших врагов?

– А вот на этот вопрос, господин подполковник, позвольте не отвечать.

– Не отвечай. Ответ очевиден. Желание заработать денег! Это главный критерий в жизни платного наемника.

Лески, выслушав Пашина, возразил:

– Не совсем так, подполковник. Да, деньги, естественно, решают многое, но не все в жизни солдата удачи!

– Что же еще имеет значение для наемника? Уж не любовь ли к собственной Родине или кодекс чести джентльмена?

– Бросьте, подполковник! Конечно же, нет! Ни о каком патриотизме или надуманном кодексе речи быть не может. Жажда приключений! Необходимость постоянно находиться в экстремальной ситуации, игра со смертью. Вот что! Вам не знакомы подобные желания, которые захватывают человека похлеще любого наркотика?

Пашин остановил речь наемника:

– Не надо, Лески! Вот только этого не надо! Кому другому ты можешь трепаться о романтике солдата удачи, но не мне! Для меня такие, как ты и твои подельники, были, есть и будете всего лишь платные убийцы!

– Однако в то же время вы намереваетесь прибегнуть к помощи платного убийцы! Как понять это? С одной стороны, нескрываемое презрение, с другой – предложение сотрудничества?

– Обстоятельства вынуждают, Лески, обстоятельства!

– Ну как же? Конечно! На обстоятельства можно списать все!

Григорий ударил ладонью по столу:

– Достаточно! Хватит словесного поноса. Перейдем к делу!

Лески улыбнулся:

– Я весь внимание, господин подполковник!

Пашин поднялся:

– Сегодня ночью, около двух часов, на заводе будет произведена имитация подрыва! Сразу же после этого отряд, в который, кроме вас с Бриджем, войдут семеро бойцов спецназа, со мной во главе, применив ликвидатор минных полей, начнет отход к квадрату 26-14. По прибытии туда ты должен будешь войти в контакт с Артуром, объяснив ему, что задержка с диверсией была вызвана мероприятиями, предпринятыми Службой безопасности завода, которые не позволили атаковать цели в ночь с 15-го на 16-е сентября. Пришлось переносить акцию. Далее отметишь, что и отход не обошелся без жертв. При снятии поста вражеского караула погиб Робби Дассел, тело которого пришлось бросить. Далее ты скажешь Артуру, что, вполне вероятно, организовано преследование вашего отряда, поэтому потребуешь немедленного вылета, но не в какую-то там скважину, а сразу в Халанск. Требование объяснишь тем, что русские спецслужбы в течение суток могут перекрыть близлежащие районы, а уж такие объекты, как заброшенные скважины, проверят точно. Тем более в малонаселенных местах. Поэтому необходимо покинуть регион немедленно. Если в Халанске к отправке за бугор не будет готов самолет Гурбани, то ты должен настаивать на эвакуации имеющимся вертолетом хотя бы за пределы северного административного округа, при этом потребовать связи с Гурбани, которая между Артуром и Гульбеддином наверняка установлена. Как считашь, Лески, тебе удастся выполнить эту работу?

Бывший капитан британского спецназа подернул плечом:

– Почему нет? И убеждать этого Артура я не буду! Просто заставлю сделать то, что посчитаю необходимым.

– Да? Логично!

Григорий прошелся по кабинету:

– По твоему мнению, Лески, как среагирует на твои действия Гурбани?

– Черт его знает! Но сразу на связь он не выйдет. Пока не убедится, что задача мной выполнена! А потом? Потом должен пойти на контакт!

– А не решит Гурбани бросить тебя в России как отработанный материал? Или сдать органам безопасности через какие-нибудь свои тайные каналы? Или, что тоже не исключено, послать за группой самолет с таким же смертником, каким был пилот погибшего «Боинга»?

Лески внимательно взглянул на подполковника российского спецназа. И хотел ответить, но в это время в кабинет с подносом, на котором стояли чайник и чашки, вошел прапорщик Щурин.

– Прошу прощения, командир, за опоздание, но, чтобы приготовить вам этот чертов кофе, пришлось перевернуть всю приемную! Кто бы мог подумать, что идиот референт держит его в холодильнике, который, в свою очередь...

Пашин оборвал подчиненного: