Балканский рубеж - Иван Наумов

– Почему Таранто? – встревожился Смук. – Планировалась Тирана.

– В Таранто база наших заокеанских друзей, надежнее было сделать промежуточную посадку там, чем в Тиране. Точка входа, которую мы откроем для твоего самолета, находится над албанской границей, самолет влетит сразу в Косово. Назад борт вернется через ту же точку, чтобы без сюрпризов над Сербией, и сразу уйдет на Цюрих, без дозаправки. Не беспокойся, у нас же уговор. Ты нам аэропорт, мы тебе самолет твоих швейцарских друзей. Без лишних вопросов и любопытных носов в грузовом отсеке. Верно?

Разговаривает со мной, как с сельским дурачком, подумал Смук.

– Приятно иметь с тобой дело, Робин.

– И ты не разочаруй меня… Саймон. Завтра важный день для нас обоих!

* * *

Бармин, Слащев, Небойша и Цветко встали на вахту на блокпостах. Остальных Бек собрал под навесом у пикапа. Шаталов и Маевский сдернули брезент с кузова.

Вера присвистнула.

– Богато.

Разгружали кузов и сразу делили содержимое по «темам» – Маевский откладывал в сторону все минно-саперное и заградительное, Бек инвентаризовал оружие. Из пикапа появились три миномета, станковый пулемет, несколько гранатометов, цинки с патронами, ящики с минами…

Их было десять – на двухкилометровое летное поле. Чтобы удержать его, потребовалось бы не менее двухсот человек. С бронетехникой и артиллерийским прикрытием. Из этого несоответствия и сформировался план: сосредоточиться на ключевых точках, а территорию отдавать постепенно, в обмен на силы атакующих.

– Большая часть периметра как на ладони, – сказал Бек собравшимся в «радиорубке». – Идеально было бы задействовать шесть снайперов. Но у нас их только два.

– И кто второй? – уточнил Шаталов.

– Мы с тобой по половинке.

Проскурина засмеялась:

– Так мы коллеги?

– Сложнее с блокпостами, – продолжил Бек. – Пятый можем оставить, вся дорога до него простреливается. А вот четвертый – не просматривается ни отсюда, ни откуда. Если там начнет сочиться, снайперским огнем не заткнем. Надо держать на месте, ногами.

– Я тогда пойду? – спросил Маевский. – Нужны двое в помощь.

Воислав и Илир закинули в кузов грузовика то, что Маевский отложил при выгрузке. На Шаталова, Бека и Проскурину легло остальное. Все понимали, что времени на подготовку к возвращению ОАК у них крайне мало.

* * *

У входа в кафану часовые млели на солнце, негромко травили байки. При виде Хашима посерьезнели, приняли озабоченный вид.

Внутри стоял приятный сумрак. Хашим подошел к Смуку, доложился:

– Ломбард закрыт, хозяин, похоже, в Призрен уехал. Жена не при делах. А пекарь жалуется, что денег нет, просит отсрочить. Взяли муки два мешка пока. Вместо процентов. Ну что ты морщишься? Он же свой, что я ему должен сделать?

– Да нет, – сказал Смук. – Просто надоела вся эта хозяйственная возня.

– Зачем звал?

– Возьми пару неприметных машин, съезди со своими в аэропорт. Куштрим, боюсь, опять по бабам отправился. Если бросил пост… Короче, проверьте, что все в порядке. Если Куштрим не в «Слатине», останешься там за старшего. Его люди перейдут под тебя. А этого Казанову – сразу ко мне.

Хашим зло улыбнулся. Куштрим со своими европейскими замашками, успехом у женщин, обольстительным внешним видом давно должен был огрести.

– С удовольствием, – сказал Хашим. – Спасибо, Фитим!

– Похоже, завтра ключевой день, – устало сказал Смук. – Так что – осторожность и бдительность. Иди.

* * *

– Из Румынии походом, – напевал себе под нос Маевский, –