Подземная тюрьма - Лев Пучков

— Помешать они нам не могут, — как обычно, пришел мне на помощь доктор. — А наблюдают за колодцем просто так, в рамках «разработки». И вообще, привыкайте, поручик: вы теперь постоянно будете в центре внимания различных спецслужб.

По завершению обрезинивания меня ожидало неприятное известие. «Транс», который выделили персонально для меня, почему-то оказался в три раза больше, чем у всех остальных. Вот так ни фига себе, новости!

— Я положил тебе инженерный комплект, — благосклонно кивнул мне инженер.

Так, а вот это уже была явная дедовщина. Меня едва не перекосило от злобы, с трудом сдерживаясь и подбирая слова, я процедил:

— Послушайте… Эмм… Как к вам обращаться?

— К нам? — удивился инженер. — Коллеги, друзья, братья на твое усмотрение, никто не ограничивает.

— Нет, я имею в виду — к вам лично.

— Ко мне?

— Да-да, к вам.

Инженер с недоумением оглянулся:

— А меня что — двое и более? Почему — «к вам»?

— Ну как… Вы кто по званию?

— Я майор, но это не имеет никакого значения. Мы в команде, и я тебе не начальник. Зовут меня Спартак, фамилия Шабанов, специальность — инженер. Так что можешь так и обращаться, как шлея под хвост ляжет: Спартак, Шабанов, инженер или майор. Только не зови меня «эй» — не люблю. Видишь ли, мою юный друг: на «эй» зовут б…ей — истина старая, но по молодости лет не всем доступная. Все понятно?

— Ну, в общем… Гхм-кхм… Многоуважаемый Спартак!

— Да! — одобрил инженер. — Мне очень нравится такое обращение! Продолжай в том же духе, и мы быстро подружимся.

— Спартак, почему ваш инструмент положили именно в мой мешок?

— Вопрос простой, попробуй догадаться сам. Намекаю: инструмент именно «наш», а не персонально мой — то есть он нужен для общего дела. Дальше — сам.

— Потому что я самый молодой и надо мной опять издеваются? Мне, между прочим, еще камеру нести и снимать все подряд!

— Слышь, турист, ты давай, завязывай с этим, — недовольно нахмурился Юра. — Никто над тобой не издевается, все строго по функциям. Мы со Степой будем «бить» трассу и в случае чего воевать. Спартак по ходу будет работать — проводить инженерную разведку. Не пробовал искать мины с таким мешком за плечами?

— Мины?!

— Ну, мало ли чего там может быть — чай, не к подружке под подол лезем, а в неразведанную коммуникацию. А ты у нас единственный идешь пассажиром, так что тебе делать ничего не придется: будешь идти в замыкании и тащить груз. Вопросы есть?

Вопросов не было. Я надел тяжеленный мешок и тут же получил ЦУ:

— Ты с ним в люк не пролезешь. Снимай, прыгай первым, мы тебе спустим «транс», отойдешь в сторону, против хода движения и наденешь.

Кипя от злости я снял мешок, взял камеру и подошел к люку, с которого Юра со Степой стащили крышку специальным крючком.

— А сцена номер один называется «Дядя хочет слоников», — совершенно серьезно напомнил Юра.

— Не понял?

— Противогаз.

Я на несколько мгновений притормозил, пытливо вглядываясь в лица коллег: это издевательство или разумная необходимость? Увы, эти мерзкие наглые лица были бесстрастны, определить по ним что-либо не представлялось возможным, и я, как и было ранее рекомендовано, до всего дошел сам.

Будем считать, что это разумная необходимость. Там могут быть газы, я иду первым, так что…

Я надел противогаз, заправил сверху капюшон, и тут выяснилось, что в таком варианте на голову не лезет каска с налобником.

Коллеги терпеливо ждали: я нервно чертыхнулся, снял капюшон и с трудом натянул каску, подогнанную к «пустой голове».

Черт, опять двусмысленность… Господи, как же я зол — я даже плохо соображаю от этого! К непокрытой голове она была подогнана, эта паршивая каска. Подогнать — минута, но в противогазе и резиновых перчатках это займет гораздо больше времени.

В общем, я натянул каску с налобником и полез в люк…

* * *

Шлепая с тяжеленным мешком за плечами в замыкании группы, я умнел и набирался опыта буквально с каждым шагом.

Слоган «дядя хочет слоников» был концептуально неверным.

Дядя всего лишь хотел, чтобы мы выполнили задачу, про слоников даже слова сказано не было. Если кто не в курсе, это такой древний армейский анекдот про «взвод — газы!», когда еще противогазы были с «хоботами».

Поскольку никто в группе, кроме меня, не стал надевать противогаз, я через минуту стащил свой (в противогазе трудно дышать, особенно если топаешь под нагрузкой). А еще через пару минут я понял, что мы зря одели Л-1. За эти две минуты я в нем вспотел как ломовая лошадь, а поток на дне коллектора был такой глубины, что вполне можно было бы обойтись обычными «ресапами». Видите, даже словечко запомнил! То есть затягиваться по уши в резину было совсем не обязательно.

Итак, я топал позади всех, волок мешок и дергано и неровно снимал на камеру. Плавно почему-то не получалось, то ли практики мало, то ли мешок мешал, в общем, репортаж будет еще тот.

Никакого «документирования» не было: желание не то что балагурить, а даже просто что-то комментировать пропало напрочь, я молча шлепал по воде и размышлял о превратностях судьбы.

Увы, увы: не об этом я мечтал, томно размышляя у парадного подъезда Дома Номер Четыре. Виделись мне в тот момент лимузины, фуршеты, ночные клубы и множество прекрасных дев, которые за право обладания мною будут устраивать гладиаторские бои.

О грузовых прогулках по грязным коллекторам я не мечтал. Я, знаете ли, не мазохист.

А кто я? Да просто… Просто дурак. Идиот! Дебил!! Даблйоп!!! То есть двойной йоп, это среди обычных йопов что-то вроде особо опасного рецидивиста, которому всегда достается двойная порция.

В полной мере насладиться самобичеванием мне не дали: очень скоро мы вступили в царство фекалий. Нет, это отнюдь не аллегория: мы перелезли через какую-то паршивую баррикаду и оказались в неглубокой камере, где вовсю воняло дерьмом. Это самое дерьмо текло по г…стоку (другой термин здесь вряд ли подойдет) из верхнего тоннеля — в него-то мы, разумеется, и полезли.

Поскольку я был груженый, Юра со Степой в два смычка затягивали меня наверх при помощи веревок. В процессе этого увлекательнейшего занятия я вполне предсказуемо поскользнулся, растянулся во весь рост и тут же оценил всю прелесть Л-1.

Да, оказывается, именно в таких ситуациях это очень нужная штуковина! В одних «ресапах» сейчас было бы нехорошо, потом пришлось бы выкидывать всю одежду.

Здесь, в этом старом коллекторе, было вообще плохо: приходилось идти пригнувшись, я постоянно стукался каской о свод, и съемку пришлось отложить.

Через некоторое время инженер, шествовавший впереди, сказал, что нам нужно поменяться местами.