Очень серьезная организация - Сергей Соболев

Боярка оказалась премилым городком тысяч в тридцать жителей, который портили разве что шоссейная и железнодорожная артерии, рассекающие этот населенный пункт на две неравные части: исторический центр с частной застройкой и кварталы с новостройками и, опять же, частными домовладениями.

Какое-то время они ехали параллельно насыпи с колеей. Полуянов, мужчина лет сорока, блондин, внешне смахивающий на прибалта и такой же, кажется, основательный, чуть усмехнувшись, сказал:

– Книгу «Как закалялась сталь» читал?

– В глубокой юности. А что?

– Помнишь, там Павка Корчагин узкоколейку ударными темпами строил? Так вот те события происходили именно здесь, в Боярке…

– Да? А еще чем славен этот город? Кроме обилия дач и садов?

– Сейчас увидишь…

Первый милицейский пост, на котором их остановили, находился сразу за окраиной Боярки, на дороге, ведущей к возводящемуся здесь стратегическому объекту, имеющему большое международное значение.

Затем, в полукилометре, их остановили еще раз: попросили предъявить документы и даже связывались по рации, есть ли в списках лиц, имеющих допуск и разрешение на проезд, их фамилии.

По всему чувствовалось, что на объекте и вокруг него введен режим «усиления». Но не столько в связи с опасностью проведения каких-то гипотетических подрывных акций, а строго планово, в соответствии с существующими порядками и нормативами – ожидался приезд немалого количества VIP-персон, а в таких случаях безопасность обеспечивается на должном уровне.

Наконец они подъехали к площадке перед оградой, за которой находились несколько строений. Причем внешне, на первый взгляд, увиденное ими скорее напоминало не крупный промышленный объект, а строительную площадку, где предстояло еще многое доделать и достроить…

Они поставили машину на импровизированном паркинге, где стояло уже два десятка разнокалиберных транспортных средств. Рейндж заметил три фургона с «тарелками» и суетящихся вокруг них людей в спецовках и жилетках с надписями «Телебачення» и «Преса». Здесь же стояли несколько милицейских и гаишных машин; по всему чувствовалось, что данному мероприятию придается важное значение.

– Дальше придется на своих двоих, – сказал Полуянов. – За шлагбаум допускают только спецслужбистский транспорт и машины с «випами»…

Они подошли к КПП, где дежурил автоматчик с надписями «ОХОРОНА» – на груди и «Security» – на спине. Из застекленной будки показался сотрудник в униформе, которому они предъявили свои документы. Тот сверился с каким-то списком и дал «добро». На территорию они прошли через арку металлодетектора. Оружия у них при себе не было: они оба не принадлежат к разряду «отбойщиков», не входят в состав личной охраны. Во время проведения подобных мероприятий существует определенный свод правил, которых должны придерживаться как принимающая сторона, так и «гости». Поскольку в число «випов», которые примут участие в церемонии пуска объекта, включен глава компании «Росзарубежгаз», сотрудники этой фирмы, обеспечивающие безопасность руководства своей компании, имеют право прибыть заблаговременно на место предстоящих событий, осмотреть поляну, переговорить с местными «эсбистами», короче – убедиться, что по их части здесь предприняты все необходимые меры. Именно с этой целью, как сказал Полуянов, они сюда и приехали – за полтора часа до начала торжественного мероприятия.

Им пришлось немного обождать возле КПП, пока не явился сотрудник местной СБ, которого к ним прикрепили в качестве сопровождающего. Перекинувшись словцом, они втроем двинулись в сторону ближайшего к КПП здания, возле которого – а также непосредственно в самом здании – и должны состояться сегодняшние показательные мероприятия.

– Уважаемый, а что это вообще за объект такой? – поинтересовался Мокрушин у приставленного к ним «охоронця». – И почему он… как бы это помягче сказать… такой, гм… недоделанный?

Охранник, покосившись на него, неохотно процедил:

– Тут будуть замиряты объемы газа… шо йдэ по магистральным трубам… А то шо стройка… Ну так сегодня тилькы пэршу чэргу здають!

– Первую очередь сегодня вводят, – выступив в роли переводчика, сказал Полуянов. – Любезнейший, – обратился он к «охоронцю», – давайте сначала пройдемся по «периметру»! А потом уже саму «поляну» посмотрим. Возражений нет? Ну тогда ведите… а мы за вами!

Рейндж вспомнил предупреждение коллеги, что местные сотрудники – не все, конечно, но многие – скажем так, недолюбливают газпромовских. Не то чтобы речь шла о жесткой конфронтации или даже вражде, хотя и подобные моменты иногда тоже возникают. Просто надо учитывать то, какие существуют настроения. Все эти «ультиматумы», особенно из разряда тех, что был выдвинут в предновогодние дни, они ведь тоже даром не проходят. Вольно или невольно, но такие действия влияют на умы: как мирных граждан обеих стран, так и – в первую очередь – самих сотрудников Газпрома и «Нафтогаза», а также аффилированных с этими гигантами структур…

Они шли в трех-четырех шагах позади «охоронця». Как бы вместе, но и чуть наособицу. К тому же этот парень явно не собирался выступать для «москалей» в качестве гида. Поэтому роль экскурсовода – для Мокрушина – взял на себя коллега Полуянов, которому, как выяснилось, уже доводилось бывать в Боярке, причем не один раз.

– Так что это за объект, Стас? – чуть понизив голос, спросил Рейндж. – Я ж в этих вот «газовых» делах… ну как-то не очень пока разбираюсь.

– Полное и точное название объекта таково – Восточноевропейский региональный центр метрологии нефти, нефтепродуктов, природного и сжиженного газа, – пояснил коллега. – Знаешь, здесь, в Боярке, всегда существовал крупный газотранспортный узел. Тут работали сразу три крупных газокомпрессорных цеха, обеспечивающих перегонку больших объемов природного газа по экспортным трубам на запад, в направлении Ужгорода. Вот на их месте и строится этот новый центр, причем сами компрессорные станции останутся и будут модернизированы…. Видишь вон те ярко-желтые трубы? – Он показал в сторону «пучка» из пяти или шести толстых труб, видневшихся между двумя серыми зданиями, одно из которых было явно еще не достроено. – И вот еще… – Он показал на открытое поле, куда уходили, уложенные параллельно, на опорах, совсем невысоко над землей, выкрашенные в ярко-желтый, местами близкий к оранжевому, цвет магистральные линии. – Это и есть экспортные трубы… Их несколько, они большого… больше метра диаметра, и газ по ним подается под очень высоким давлением…

– А вот там? – Рейндж махнул рукой в том направлении, где перпендикулярно идущим в ряд толстым экспортным трубам, ответвляясь от узла, уходили вдаль, к лесу, три трубы явно меньшего диаметра. – Это что, уже не экспортные трубы?

– Это местные магистрали. Диаметр – полметра. В таких вот «узловых» местах, – Полуянов понизил голос до полушепота, – и производится этот самый «технический отбор» газа… Проще говоря – воровство! Ты думаешь, зачем строят этот вот Центр, зачем сюда вбухали прорву денег?

– Зачем? Наверное, чтобы и эти бабки притырить?