Жизнь после смерти - Александр Белов

Природное чутье подсказывало ему, что не стоит ввязываться вэту авантюру. Может, лучше улететь от греха в Швейцарию покататься на лыжах? Апотом вернуться и посмотреть, чем все это закончилось. Но к окончательномувыводу он так и не пришел. Решил – будь что будет.

Если Шмидт позвонит и предложит купить акции, он купит. Апочему бы, собственно, и не купить, если предлагают? А не позвонит, с него ивзятки гладки.

И он стал ждать. Уселся в глубокое кресло, налил коньяку впузатый подогретый бокал, раскрыл "Государя" Макиавелли…

И наконец то, что с таким нетерпением ждал Виктор Петрович,случилось. Позвони;! Шмидт. Говорил он сухо и конкретно. По его тону нельзябыло судить о его настроении. Но подавленным оно определенно не было, и этоЗорину не поправилось. Шмидт сообщил, что готов продать акции при условииосвобождения немца.

И Виктор Петрович, который только и ждал этого предложения,вдруг занервничал.

– Я подумаю и перезвоню, ответил он и закончил разговор.

Сразу после этого он связался с Асланбеком.

– Звонил Шмидт и дал согласие на продажу акций, – сообщилВиктор Петрович. – Больше не перезваниваемся. Как только подпишу документы, дамусловный сигнал. Тогда вы отпускаете немца и уходите.

Хотя ситуация складывалась в его пользу, что-то ней ВикторуПетровичу не правилось. Он знал Шмидта и не верил, что тот сдастся без боя.

Вся команда полковника Введенского собралась в его кабинетенад картой Московской области. Специалисты обсуждали поступившие данные иприкидывали, где террористы могли держать своего пленника.

Нет, тут пусто. Шнапскопфа держат где-то в другом месте, –убежденно проговорил майор Коноваленко, возражая своим оппонентам.

А может быть все эти звонки – инсценировка, чтобы заморочитьнам голову? – высказал свою версию капитан Воскобойников. – А на самом делезаложник сидит у Зорина в подвале загородной виллы. И чеченцы там же прячутся.

Это мы скоро узнаем, – сказал Введенский. – Я жду сообщенияот провайдеров сотовой связи и данные со спутника. Это позволит определитьместо, откуда велись переговоры.

Через минуту ему доложили название района и квадрат, вкотором был запеленгован телефон террористов. Он склонился над картой, потомпробежал глазами поданную помощником справку и вздохнул с нескрываемымоблегчением.

– Дыра. Настоящая дыра. Во всей округе несколько брошенныхдеревень. Никаких особняков новых русских, никаких поселков. Сейчас нам дадутраспечатку снимков со спутника. Тут по одним дорогам станет все ясно – они там,где снег расчищен.

Полковник еще сверился с бумагами.

– Думаю, они здесь, – сказал он уверенно и карандашомотметил точку на карте. – Вот, в справке сказано – недавно продан дом. Даже недом, а целое подворье. Какой-то фермер круто начал. Размахнулся широко, нонадорвался и прогорел. Дайте картинку на компьютер, – попросил он одного изофицеров.

На экране появился фотоснимок местности, сделанный изкосмоса. Полковник велел дать увеличение нужного квадрата. Шмидтазаинтересовала одна деталь – машина, стоявшая возле дома.

– Можно вот сюда навести и дать покрупнее? – попросил он.

Изображение стало еще более четким.

– Они здесь, – уверенно сказал Шмидт. – Это их синиймикроавтобус. В меня стреляли из него…

Штаб полковника Введенского представлял собой верхушкуайсберга. На него сейчас работали все доступные средства связи и техническиемощности.

Дело о похищении немецкого бизнесмена уже наделало многошума, и было на контроле у президента, правительства и директора Федеральнойслужбы. Оно явилось своего рода показателем восстановления эффективностисиловых ведомств. Сейчас от успешного проведения операции зависело очень многое– бюджетное финансирование, влияние на президента, авторитет всей службыгосударственной безопасности в целом.

При этом полковник Введенский хорошо понимал, что провалаоперации ему не простят. Успех же сулил головокружительную карьеру. Хотяпоследнее волновало его меньше всего.

Ольга подписала договор и передала его Шмидту. Тотвнимательно прочитал текст, взял ручку и поставил свою подпись. Они отдавали,поскольку назвать это продажей язык не поворачивался, значительную часть своихакций строящегося нефтезавода. Причем отдавали неизвестно кому. Введенскийзабрал договор и похлопал Шмидта по плечу.

– Не расстраивайся. Сегодня вы сделали самое надежноевложение в своей жизни. Вы купили покой и стабильность. У вас теперь такиепартнеры, о которых можно только мечтать. А про чеченцев отныне можете забыть.

Несмотря на уверенный топ Введенского, Шмидт не разделял егоубежденности в собственном розовом будущем. Наоборот, он думал, а не принесетли эта сделка новых проблем, по сравнению с которыми старые были просто детскойзабавой.

Теперь ему предстояла разборка с Асла носком и Мусой,которые просто так этого не оставят. То, что они первыми пытались его кинуть,для них роли не играло.

Сделав шаг в сторону Введенского, Шмидт тем самым обозначилсебя противником Зорина Это тоже радостей не сулило. Господина Зорина при любыхраскладах лучше было иметь в плохих друзьях, чем в хороших врагах.

Ну и не в последнюю очередь минус сделки заключался в том,что партнерами их стали, как он понял, государственные чиновники высшего ранга.Зорины в квадрате! А этих ребят интересует одно – деньги, причем побыстрее ипобольше, пока их не погнали с доходного места. Учитывая руководящую рольчиновников, уже сейчас можно было с уверенностью сказать, что нефтяной проектнакроется медным тазом. Со всеми вытекающими из-под этого таза последствиями. Ксожалению, государство само по себе очень плохой хозяин, что неопровержимодоказала история социализма в России.

Но при этом – чему Шмидт был несказанно рад – ему и Ольгеудалось выпутаться из опаснейшей ситуации. Они были живы, на свободе, к тому жеу них осталась часть акций. А это уже было само по себе неплохо.

Спецподразделения окружили фермерское подворье черезкакой-нибудь час после того, как полковник Введенский уточнил егоместоположение. Осаждающие замкнули кольцо окружения и теперь ни в дом, ни изнего не могла бы выскочить даже мышь. Ну, мышь, возможно, и проскочила бы, нотварь покрупнее – ни за что. Так и было доложено наверх руководству.

Штурмом дома занимались профессионалы. От штаба полковникаВведенского присутствовал майор Коноваленко.