Месть легионера - Андрей Негривода

– «На поле танки грохотали!..» – неожиданно запел Задира, словно прочитал мысли Чифа.

– Стой! – неожиданно рявкнул Андрей.

«Бобик» так резко встал, что всех его пассажиров бросило вперед, к лобовому стеклу.

– Глуши!

И опять в ушах возник звон от тишины.

– Послушай, Чиф, тишина-то какая! – почему-то шепотом проговорил Водяной.

– «И мертвые с косами стоят! И тишина-а-а!..» – ответил ему Клим знаменитейшей фразой Савелия Крамарова.

Шутка. Старая, добрая... Только сегодня шутка эта почему-то показалась Андрею какой-то зловещей.

Он обернулся к своему другу и как-то очень внимательно посмотрел в его глаза:

– Слушай, братишка... Не шути так больше. Ладно? Что-то муторно мне как-то, Клим... Как бы Корявую не накликать...

– Ладно... – Клим в одну секунду стал серьезным. – Не бери в голову... Это я так, для настроения... У меня и самого какая-то хрень в башке уже сутки крутится... А на душе тоскливо.

Предчувствия.

Как много в их жизни, в жизни разведчиков, играли эти предчувствия. И казалось бы... Взрослые мужики, серьезные, всю жизнь ходят по краю пропасти, а верят в какие-то бабские бредни!.. Так может думать только гражданский, который не имеет ни малейшего представления о том, о чем рассуждает!

Предчувствия, ощущения, интуиция... На этом сумело выжить не одно поколение разведчиков! А особенно разведчиков-диверсантов! Потому что твои предчувствия – это подсознательное продолжение твоего опыта. Мозг человеческий, он похож на супермощный компьютер, который в сотые доли секунды просчитывает ту информацию, которая в него поступает. На сознательном и подсознательном уровнях! Вопрос лишь в том, умеешь ли ты его понимать, свой мозг... Потому что сознание твое фиксирует лишь явные раздражители. А подсознание все!.. Ты, озабоченный своей работой, выглядывая замаскированные «растяжки» в траве, не обратил особого внимания на то, что в соседнем болоте не квакают лягушки, которые замолкают только при опасности... Заметил боковым зрение мелькнувшего в кустах зайца, но сознание твое озабочено теми людьми, которые идут за тобой, а ведь заяц, в принципе-то, лентяй и большую часть времени преспокойно щиплет траву, а бегает-то он только тогда, когда его спугнули!.. Кукушка не кукует, дятел-барабанщик подевался куда-то, значит, опять – они увидели опасность... А кто для них всех представляет опасность? Кто-то большой!.. Утренняя роса, которая должна быть, но ее нет на листочках травы. Маленький камешек, который лежит под солнцем, но у него влажный бочок – значит, он еще совсем недавно лежал этим бочком в земле и еще не успел просохнуть. Кто и зачем его оттуда вынул?.. Все это знаки явные, которые хорошо подготовленный диверсант-следопыт видит и понимает. Но есть вещи, которые и объяснить-то невозможно!.. Вот ты идешь по лесу, и все, казалось бы, нормально, все идет по твоему плану... Но в твоем мозгу ржавым гвоздем засела фраза твоего учителя, пожилого полковника, который знает про войну больше, чем про своих родственников, и у которого наград, как у Ильча Второго, до пупа: «Если у тебя все идет по плану – значит, противник знает твои планы. Если по твоему плану все идет „без сучка без задоринки“ – значит, противник готовит засаду. Если твой план не сработал и приходится импровизировать – значит, противник о тебе еще не знает ничего... Будь осторожен и доверяй только тем, кто проверен!..»

И вдруг ты, повинуясь какому-то инстинкту, бросаешься на землю и откатываешься в сторону, а над твоей головой проносится вихрь пулеметной очереди...

Предчувствия разведчика – это продолжение его опыта и знаний! И те, кто это понимает, всегда с большим вниманием и уважением относились к предчувствиям своего товарища. «Значит, он увидел или услышал то, что не уловили другие!»

– ...Вот и у меня, капитан! – Андрей с остервенением потер ладонью свой ежик на голове. – Что-то не так, а понять не могу!

А группа... Видимо, и у них на душе творилось то же самое... Бойцы Чифа без команды заняли круговую оборону вокруг машин, разобравшись каждый по своим секторам.

Андрей, повинуясь общему настроению, сдернул с плеча свой «Steyr AUG A1 Carbine»[28], снял с предохранителя и тихо скомандовал в микрофон «Фалькона»:

– Осмотреться по «бутылкам»!..

Так получилось, что год назад, при начале операции в Зимбабве, во взводе Андрея, включая и самого Кондора, было девять проверенных не единожды младших командиров. И известные из геометрии 360 градусов кругового обзора можно было смело нарезать на девять долей, по «бутылке на брата», как выразился Стар, в смысле по 40 градусов. Хотя, если честно, так вести наблюдение нельзя ни в коем случае! Правильнее всего, когда соседние наблюдатели перекрывают сектора друг друга градусов на пять. Итого получалось по 50, что совсем немного для опытного разведчика. Этот термин потом так и прижился во взводе Кондора. И постепенно перекочевал в другие взвода. И хоть истинную его историю через несколько лет помнили только те немногие, которые участвовали именно в этой спасательной операции в Зимбабве и кто еще оставался на службе, но возмущаться они не спешили, предъявляя свои права на первенство: «Пусть пользуется разведка, раз это удобно и понятно...» И хоть потом так больше ни разу и не было во взводе столько капралов одновременно, но сектор наблюдения так и остался «бутылкой»...

– Чисто! – поступили доклады.

«Черт!.. Что же так меня колбасит-то!..»

Он смотрел по сторонам во все глаза и не мог понять причину нахлынувшей на него волны беспокойства.

– Джагглер.

– Я.

– Где можно спрятать машины?

– В любом дворе – поселок пуст.

– Нет! Дома не подходят!

На некоторое время возникла пауза – Богуслав думал.

– Здесь когда-то был кирпичный завод. На нем работал практически весь поселок. Теперь, наверное, там ничего нет...

– Что еще?

– В километре от него был старый цементный завод... Еще со времен той войны – его немцы строили... Вернее, не сами немцы, а военнопленные из лагерей... Я видел только его руины... Говорили, что его разбомбили русские еще в 45-м...

– И до сих пор стоит?

– А ты попробуй его снести! Там строили на века – кирпичные стены в полметра толщиной!.. Так и стоит...

– То, что нужно!..