Атомный поезд - Данил Корецкий

— Александр Олегович, — не по-уставному и как бы неофициально начал Панков. — Вы отличник по техническим дисциплинам, но по философии, обществоведению, истории — у вас сплошные «тройки». Чем это вызвано?

Кудасов замялся. Не станешь же сейчас рассказывать, что он причислял прослойку интеллигенции к классу и не соглашался с тем, что определяющую роль тут играет отношение к средствам производства. Ведь и рабочий, и инженер имеют одинаковое отношение к станкам, а именно никакого отношения не имеют, поэтому только директор завода легко приватизировал все средства производства, поделившись со своими замами и начальниками. Или про идею, что мысль материальна и вполне может быть первичней материи… Или… Здесь это никого не интересовало, да и времени мало.

— Хуже учил, товарищ генерал-лейтенант, — чётко доложился он. — Больше интересовался специальными предметами!

— А напрасно, — отечески пожурил московский генерал. — Идеологические дисциплины не менее важны!

Панков согласно покивал, но счёл необходимым заступиться за курсанта.

— Василий Иванович, он прекрасно рассчитывает траектории. По практике один из немногих получил отличную оценку и привёз замечательную характеристику!

— Это хорошо, — кивнул москвич и заглянул в лежащий перед ним список. — Александр Олегович, вам предлагается направление в Красноярский полк МБР, где вы себя прекрасно зарекомендовали. Для начала на должность третьего номера дежурной смены запуска. Вы прекрасно понимаете, насколько ответственна эта работа и какое доверие оказывает вам Родина.

Никакой Родины Кудасов перед собой не видел, только членов комиссии: двух генералов и трёх полковников. Даже если они полностью безупречны на службе и в быту, не злоупотребляют служебным положением, работают не щадя сил, не заводят внебрачных связей, не напиваются и не скандалят, никогда не ругаются матом, — всё равно это не повод идентифицировать пятерых мордатых осанистых военных с высоким понятием Родины. Но если бы черт в очередной раз дёрнул Кудасова за язык и он сказал это вслух, то его служба немедленно бы и закончилась.

— Так точно, товарищ генерал. Готов служить там, куда пошлют.

Члены комиссии поощрительно разулыбались.

— Ну что ж, курсант Кудасов, комиссия желает вам успехов в службе! — прочувствованно сказал Синявский. — И, конечно же, желаем дослужиться до генерала! Да, да, это вполне возможно. Когда-то и мы с вашим начальником, — он положил короткопалую руку на генеральский погон Панкова, — тоже были зелёными курсантами и тоже стояли перед комиссией по распределению! Так что примеры у вас перед глазами! Можете быть свободным!

Примеры были не самыми лучшими. То есть, если бы Кудасову предложили стать генералом, он бы, конечно, согласился. Но если бы ему предложили превратиться в Синявского или Панкова, он бы с негодованием отказался. Но ничего такого ему никто и не предлагал.

— Есть! — отдав честь, Кудасов привычно крутнулся через левое плечо и строевым шагом направился к двери.

— Ну что? — окружили его товарищи.

— Красноярский полк МБР, — равнодушно ответил он.

Никаких особых чувств парень не испытывал, только лёгкую досаду оттого, что это он оказался прав, а не правильный Кудасов-старший. Но, в конце концов, получен предполагаемый результат, никаких разочарований и расстройств… Ни лес, ни подземный бункер его не пугали, а боевой пульт даже притягивал. Другое дело — Оксана… Но сейчас думать об этом не хотелось.

Комвзвода Смык зашёл восьмым и тоже вышел с направлением в Красноярский полк. Курсант Коротков заходил двенадцатым, а вышел дежурным расчётчиком Приволжской дивизии наземного базирования. Он широко улыбался.

— Там места красивейшие: леса, прозрачные озера, песчаные берега, — курорт! Годик-два перекантуюсь, а там будет видно…

Судя по всему, он уже знал, что именно будет там видно, и точно представлял свою дальнейшую карьеру.

— А знаете что? — Андрей хлопнул Сашу по плечу. — Послезавтра выпуск, и мы разъедемся кто куда. Когда доведётся увидеться? Давайте закатимся в «Золотой круг»! Там прикольно и недорого!

Боря Глушак закивал.

— Конечно, надо отметить это дело!

Он заходил вторым и получил назначение в степи Калмыкии, тоже на поверхность.

— Пошли, — кивнул Смык. — Мы с Сашей не скоро попадём в такие заведения! Точно, коллега?

— Я согласен. Только я Оксанку возьму, — подчиняясь внезапно пришедшей мысли, сказал Кудасов.

— Бери, — согласился Коротков. — Значит, в семь у «Золотого круга»!

Саша пришёл домой, переоделся в гражданскую одежду и сразу позвонил Оксане.

— Оксанка, пойдём вечером в «Золотой круг», — радостно предложил он. — Мы с ребятами хотим отметить распределение.

— И куда тебя распределили? — напряжённым тоном спросила девушка.

— Как я и предполагал… В лесную часть…

Радость в голосе Саши исчезла. Он почему-то чувствовал себя виноватым.

— Туда, где морозы до тридцати? — тон Оксаны не предвещал ничего хорошего.

— Это только зимой. Летом даже жарко. В лесу ягоды, птички поют, свежий воздух… Будешь гулять по лесу и слушать.

— А ты будешь неделями сидеть под землёй, зарабатывая импотенцию, — ледяным тоном спросила Оксана. Даже не спросила, а констатировала.

Саша поперхнулся.

— Почему… Почему импотенцию?

Такие слухи ходили среди ракетчиков. Мол, если несколько лет просидеть в шахте, то твоя ракета будет смотреть только «на полшестого» и ни к какому запуску, даже ручному, станет не пригодна. Но слухи есть слухи. Мало ли что болтают! Вот курсовой офицер подполковник Волков девять лет просидел в бункере, а потом народил трёх девочек! И потом, откуда это знает Оксана?

— Я не пойду в «Золотой круг», — все тем же тоном продолжила Оксана. — Это грязный притон, порядочной девушке там делать нечего.

— Ну, пойдём в другое место… Правда, мы договорились, но ребята согласятся, я их уговорю… Можем и сами пойти, вдвоём. Хочешь — в «Белого медведя»?

— Я никуда не пойду. Потому что нам нечего праздновать. Сегодня ты потерпел фиаско, провалился. Это скорее повод для грусти!

Кровь ударила Кудасову в голову.

— Я так не считаю! Если у тебя есть поводы грустить — грусти, твоё дело! А я заканчиваю учёбу, становлюсь офицером и начинаю самостоятельную жизнь! И собираюсь это отметить с друзьями!

Саша бросил трубку. За всё время их знакомства он впервые так резко говорил с девушкой.

Когда он выходил из квартиры, то столкнулся с отцом.

— Как распределение? — радостно спросил он.

— В лес, под землю, — буркнул Саша. Он был не в настроении и не расположен к разговорам.

Отец потух. Он явно ожидал чуда.