Ментовские оборотни - Владимир Гриньков

– Свет! – позвал я.

Она не отозвалась. Я встал из кресла и пошел через гостиную. Чувствовал я себя преотвратно. Все-таки алкоголь – большое зло. Об этом знает каждый русский человек на следующее после безудержной пьянки утро.

Я дошел до комнаты Светланы. Дверь была открыта. Светлана спала на постели, где я вчера ее оставил, и все говорило о том, что она и не пробуждалась. А шаги я вдруг услышал снова. И только теперь понял, что это совсем в другой стороне. Не здесь. Я пошел на звук, шаги перемещались, но я уже мог сказать, что это даже не в доме. Кажется, это на веранде. Ведущая на веранду дверь была почти сплошь стеклянной, и в этом сером прямоугольнике там, за дверью, я вдруг увидел силуэт женщины в белом платье. Я остановился от неожиданности, и вдруг в дверь постучали. Это действительно был стук – отчетливый и громкий в вакуумном безмолвии ночи.

– Светлана! – позвал из-за двери тонкий женский голос.

Волосы на моей голове зашевелились. Я оцепенел от ужаса. Давно уже мне не было так страшно.

– Женя! – это был Светкин голос. Она проснулась в своей комнате, ее разбудил, наверное, этот стук, и она звала меня.

– Свет! Я сейчас! – крикнул я не столько для нее, сколько для того, чтобы прогнать свой собственный страх.

Когда я кричал, то обернулся на мгновение в направлении ее комнаты, и это было моей ошибкой. Потому что потом на веранде уже никого не было. Женщина в белом платье пропала.

– Жень! – позвала Светлана. – Если ты трескаешь пиво без меня – тогда ты предатель!

Я дошел до стеклянной двери и открыл ее. Предутренняя сырость вплывала в дом. И вместе с этой сыростью с веранды в дом плыл запах женских духов, от которого я протрезвел в одно мгновение. Так быстро пробуждается из состояния обморока человек, которому подносят нашатырь. Теперь я точно знал, что женский силуэт мне не привиделся.

* * *

– Пахнет духами. Тебе не кажется? – спросила у меня Светлана.

– Нет, – соврал я. – Голова так раскалывается, что мне не до запахов.

Мы пили пиво, и лично мне жизнь уже не казалась такой отвратительной, как прежде.

День наступил, и солнце заглядывало к нам в распахнутые окна.

– Определенно пахнет духами, – не унималась Светлана. – Колодин! У тебя была женщина?

Я поперхнулся пивом.

– Ага! – торжествующе произнесла Светка. – Я угадала?

Она дурачилась, и у нее было прекрасное настроение. Этого настроения ее можно было лишить в одно мгновение, сказав ей, что она действительно угадала, и поведав историю с появлением женщины в белом. Но я не был настолько безрассуден и жесток. Я хотел ответить ей что-либо нейтральное, но не успел. В дверь веранды постучали. Я вздрогнул и едва не выронил из рук бокал. Пиво выплеснулось на скатерть.

– Колодин! – рассмеялась Светлана. – Ты чего такой нервный?

Я ответил ей вымученной улыбкой.

– Я открою, – сказал я.

Светлана кивнула мне в ответ. Я пошел к двери и вздохнул с облегчением, увидев за стеклом незнакомого мне мужчину. А кого другого я ожидал увидеть? Женщину в белом? Старую графиню? Или Веронику Лапто? Бред какой-то. При свете дня любая мысль о призраках казалась постыдной и смешной.

Я отпер дверь.

– Здравствуйте, Евгений Иванович, – произнес мужчина приятным баритоном. – Я ваш сосед.

– Сосед? – растерянно переспросил я, потому что меня снова обволакивал этот запах духов из ушедшей ночи, и я даже заподозрил в первый момент, что этот женский запах исходит от моего гостя.

– Да, вы заходили к нам недавно, – сказал гость. – Я – отец Никиты.

– А-а, да-да, – пробормотал я и вдруг зацепился взглядом за лежащий в отдалении на полу веранды предмет.

Тряпичный комок, небрежно смятый.

Я отстранил гостя, дошел до этой тряпицы, поднял и развернул ее. Маленький узорчатый женский платочек. Это от него пахло духами. Тот самый запах, который я почувствовал утром.

– Извините, – сказал я гостю. – Я отвлекся. Так что вас привело ко мне?

– Вы приходили предупредить нас о грозящей нам опасности.

– Да?! – совершенно искренне удивился я.

То есть на самом деле моя истинная цель как раз в этом и заключалась, но откуда он мог знать, если я ничего такого не говорил напрямую, да и вообще лично он при разговоре не присутствовал?

– Мои домашние рассказали о вашем визите, – сообщил гость. – Вы спрашивали у них, не конфликтуем ли мы с Георгием и не собираемся ли дом продавать. Так?

Он все схватывал на лету. Самую суть. Умный дядька.

– Так, – подтвердил я.

– Тогда давайте поговорим, – предложил он.

Я покосился на открытую дверь. В доме была Светлана, и ей совсем ни к чему становиться свидетелем нашего разговора. У нее и без того настроение в последнее время – хуже некуда.

– Можем поговорить на улице, – предложил гость. – Пройдемся по лесу.

Он все понимал. С ним приятно было иметь дело. Я с готовностью согласился на его предложение. Мы пошли по дорожке прочь от дома.

– У вас есть информация, касающаяся моей семьи, – уверенно сказал мой собеседник, как будто он видел меня насквозь.

Я немного растерялся. Ну не рассказывать же ему об Илье и о нашей с Деминым дурацкой шпионской операции по провоцированию Жоржа на поступки, от которых до последующего внимательного изучения Уголовного кодекса – один шаг.

– Информация – это слишком сильно сказано, – проявил я осторожность. – Просто этот участок, – я показал себе под ноги, – недавно купила моя хорошая знакомая, коллега по работе. И мне совсем не все равно, кто здесь ее окружает. Семейная пара, живущая рядом… Андрей Михайлович и Нина Николаевна… Вы их знаете?

– Нет.

– Очень приятные люди. И вот они мне рассказали, что у них с этим Жоржем уже был конфликт.

– Причина? – коротко спросил мой собеседник.

И мне сразу вспомнились слова, когда-то сказанные об этом человеке Андреем Михайловичем. Он признался, что не удивится, если узнает когда-нибудь о том, что наш сосед – прокурорский работник.

– Бытовая ссора, – сказал я. – Конфликтные они, в общем, люди. Этот Жора и его жена.

– А вы?

– Что – я?

– Не вы, а эта ваша знакомая. Она тоже успела поссориться с Георгием?

– Нет.

– А чего же вы тогда заволновались?

Он действительно схватывал суть на лету и без труда догадывался даже о том, о чем я и не заикался. С ним было трудно юлить, потому что вопросы он ставил так, что они предполагали четкие и недвусмысленные ответы.

– Мне показалось, что мою коллегу отсюда выживают с неприкрытой наглостью.