Ставок больше нет - Кирилл Казанцев

На этот раз оперативное совещание группы по расследованию похищения предпринимателя Мацкевича проходило на кухне его же собственной квартиры.

– Нет, ну до чего же ушлые ребята! – все с тем же восхищением в голосе повторял Сумин. – А ты, Василий, молодец! С двумя справился и даже разоружить сумел! Где научился, кстати?

– Жизнь заставила, – пожал плечами Скопцов, старательно глядя при этом в сторону. Сейчас он в большей степени напоминал Щорса из известной всем песни – марлевая повязка на голове с проступившими на ней темно-коричневыми пятнами уже начинающей подсыхать крови...

– Ладно, Васятка! – позволил себе перебить начальника Михайлов. Он все еще не мог прийти в себя.

...Его сорвал со стульев телефонный звонок. Чуть пошатываясь спросонья, Игорь подошел к аппарату, поднял трубку и довольно грубо поинтересовался:

– Ну?!.

– Игорь?! – послышался какой-то ненормальный женский голос...

– Ну, я, – недовольно отозвался опер. Он совершенно себе не представлял, кто это может звонить.

– Игорь, миленький, там Васю убивают! – зарыдала вдруг женщина в трубку.

– Какого Васю?! – не сообразил Михайлов.

– Скопцова Васю! – продолжала рыдать женщина.

– А с кем я вообще говорю?! Незнакомка плела какую-то чушь!

– Это Аня Мацкевич!

Игорь почувствовал, как у него ослабли колени. Теперь он узнал и голос.

– Кто убивает?! – сразу охрипшим голосом спросил он.

– Я не знаю! – Женщина была на грани истерики. – Кто-то прошел в квартиру! С ключами! Они!

Дальше Михайлов не слушал – швырнув трубку телефона на рычаг, он бросился в коридор, на ходу заталкивая пистолет в плечевую кобуру.

Как они ни торопились, но только группа областного УВД оказалась на месте происшествия только через двадцать минут. Там уже работала команда из территориального РОВД, а фельдшер со "Скорой", молодая и довольно симпатичная девица, в личике которой было что-то лисье, бинтована Василию голову. Уже полностью одетая Аня сидела рядом и крепко держала его за руку. Лицо женщины было залито слезами, время от времени она всхлипывала и старалась прижать ладонь Василия к своему телу.

Борисов сразу же подошел к милицейскому следователю, показал ему свое удостоверение. Милиционер – старший лейтенант в полной форме – удовлетворенно кивнул. Он был доволен – это дело забирает себе областная прокуратура. Значит, завтра на утреннем разводе начальник РОВД не будет снимать с него стружку за нерадивость, нерасторопность или неуставную прическу. Отойдя немного в сторону, коллеги увлеченно начали что-то обсуждать между собой.

В углу, на площадке, растерянно мялись омоновцы-охранники. Прибывший одновременно с группой командир отряда остановился перед своими бойцами. Поочередно смерил каждого из них уничтожающим взглядом. Бойцы дружно опустили головы.

– Пойдем поговорим. – Командир отряда, уже немолодой, но еще и не старый сухощавый майор, поманил рукой своих подчиненных и начал не спеша спускаться по лестнице. Голос его не предвещал бойцам ничего хорошего, но они послушно шли следом.

Михайлов же бросился к Скопцову:

– Ты как, Васятка?!

– Да нормально. – Фельдшер неловко дернула рукой, и лицо Василия перекосилось в болезненной гримасе. – Царапина.

Подошедший сзади Сумин оценивающим взглядом окинул все еще лишенное одежды мускулистое тело Скопцова.

– Сколько их было?

– Двое, – коротко и четко ответил Василий, признавая в подошедшем седом мужике самого старшего здесь начальника.

– Чечены? Или вообще кавказцы?

– Нет.

– Как это – "нет"?! – Удивление самого Сумина и стоящего за ним Гнедкова было совершенно искренним. – Русские, что ли?

– Может, чуваши или мордва. Но не кавказцы. Это точно, – ответил Василий.

– Даже так, значит, – задумчиво сказал Сумин. – Интересное у нас кино получается.

Закончившая перевязку фельдшерица не спешила уходить – ей было крайне интересно все происходящее в этой квартире. Будет завтра о чем рассказать подружкам!

– Ты закончила, девочка? – заметив это ее стремление задержаться здесь подольше, поинтересовался Сумин.

– Ну, в принципе, – замялась та.

– Тогда все, езжай! – полуобняв ее за плечи, полковник развернул девушку лицом к двери. – Спасибо тебе за помощь!

Фельдшерице ничего другого не оставалось, как покинуть жилище этих странных людей.

Через некоторое время группа перебралась на кухню, освободив остальные помещения для работы экспертов и следователя, проводивших осмотр места происшествия.

– Ладно, Васятка! – позволил себе перебить начальника Михайлов. – Я не спрашиваю, каким образом ты сумел с ними справиться! Но ты точно уверен, что это не кавказцы?

– Абсолютно, – одним словом ответил Скопцов. Аня по-прежнему сидела рядом с ним, плотно прижимаясь своим плечом к его. Она уже не плакала. Можно даже сказать, что почти успокоилась. Только нет-нет да и бросала испуганные, тревожные взгляды на украшающую лоб Скопцова повязку.

– А почему все так уверены, что эти двое шли именно за выкупом? – высказал свое мнение Сумин. – Ведь не исключено, что это случайное стечение обстоятельств! Обычный налет!

– Со своими ключами? – чуть повернув голову в его сторону, поинтересовался Василий.

– А вы что, Анна Николаевна, после исчезновения мужа не поменяли замки? – удивленно спросил Сумин у потерпевшей.

– Нет, – растерянно ответила она. – А что, надо было? Ответом ей было общее молчание.

– А если это были люди, нанятые кавказцами? – через несколько секунд высказал свою версию Гнедков. – Сами побоялись, вот и послали других исполнителей, которые с ними никоим образом не связаны.

– Это слишком сложно. – В этот раз Василий принимал участие в совещании как равный среди равных. И слушали его очень внимательно. – Кроме того, на Кавказе к деньгам относятся не просто уважительно, а с любовью, переходящей в пылкую страсть! И ни один кавказец не отправил бы за своимиденьгами чужака!.. Ни один. И вообще... Почему всего лишь сто тысяч? Ведь у Мацкевича в том же сейфе было намного больше.

– Разве?! – удивился Гнедков, цепко глядя на Скопцова. Тот понял, что ненароком проболтался, сказал лишнее. Надо было срочно как-то выправляться, чтобы не подставить Аню. И Василий брякнул первое, что пришло в голову: