Ставок больше нет - Кирилл Казанцев

Не задумываясь над тем, что он делает, Василий сразу же бросился в погоню за налетчиками. Смахивая заливающую глаза кровь, он тем не менее был полон решимости догнать и задержать хотя бы одного из них. В крайнем случае помочь при задержании омоновцам, несущим службу у подъезда. Василий был уверен в том, что охрана, приставленная к Ане, просто проспала бандитов, что позволило тем незамеченными проникнуть в подъезд. Но вот только покинуть его так же незамеченными они бы уже не смогли – разбивший окно стул должен был не только разбудить охранников – во всем доме, а если точнее, то в двух соседних подъездах уже началось что-то похожее на панику. К такомуздесь не привыкли.

Шлепая босыми пятками по прохладному бетону лестницы, Василий ясно слышал, как за дверьми квартир, мимо которых он пробегал, происходило какое-то движение, шуршали обеспокоенные голоса. Наверняка кто-то уже позвонил в ближайшее отделение милиции, и наряд придет на помощь с минуты на минуту – когда речь идет о жителях такого дома, милиция работает крайне оперативно.

Короче, вся скрытность и секретность операции по освобождению заложника летели к чертям – уже минут через пять обо всем происходящем будет знать не только вся городская милиция, но и вообще все окружающие. А если сильно не повезет и среди жильцов окажется кто-то связанный со СМИ, то завтра весь город будет в курсе...

Именно поэтому торопился Василий – если успеть провести задержание до приезда территориалов, то возможность утечки информации резко снижается.

Но на площадке второго этажа Скопцов увидел направленные в свою грудь автоматные стволы. Поверх них – глаза. Немного расширенные от возбуждения, рыскающие, злые.

– Стоять, падло! – раздался напряженный мужской голос. – Стоять, пидор!

То, что это охрана, Василий понял сразу. Во-первых, видел ребят ранее, хоть и издали, а во-вторых... Если бы у нападавших на квартиру были в руках автоматы, то сам Скопцов был бы уже мирным трупом.

– Стоп, парни! – Василий немного приподнял перед собой открытые ладони, демонстрируя то, что в его руках нет оружия. – Свои!

– Какие, на х.., свои! – Голос говорившего звенел от напряжения. – На пол, мразь, на пол! И руки за спину! Ну!!!

Тут уж лучше было бы не спорить. Глядя прямо в глаза тому, кто подавал команды, Скопцов медленно опустился сначала на одно колено, потом на другое. И в этот момент на него что-то налетело – горячее, плачущее, трясущееся от только что пережитого страха.

"Не "что", а "кто"..." – автоматически поправил сам себя Василий.

– Вася, Васенька, ты живой?! Скажи мне, ты живой?! – отчаянно рыдала крепко вцепившаяся в него обеими руками Аня.

Автоматы омоновцев медленно опустились к полу.

Снизу послышались стук двери, торопливые шаги. На площадку между первым и вторым этажами, где стояли бойцы ОМОНа, ворвались еще несколько милиционеров в форме, касках и бронежилетах. Судя по экипировке, наряд вневедомственной охраны.

– Свои... – Старший группы ОМОНа извлек из кармана удостоверение и показал его бегущему впереди милиционеру. Тот коротко кивнул головой в ответ, практически и не заглядывая в развернутую ксиву. Он во все глаза пялился на происходящее на площадке второго этажа.

Красивая молодая женщина, плача и причитая, крепко обнимала стоящего на коленях здоровенного мускулистого мужика в одних только плавках, с залитыми кровью лицом и телом.

– Ну ни х... себе, – негромко выразил общее мнение один из вновь прибывших милиционеров.