«Каскад» начинает прорыв - Игорь Срибный

– Выходит, кому-то выгодно продавать своих?!

– Стас, ты свой для меня, для Батона, для Крота да для всех наших пацанов. Но для того, кто сидит на окладе у «духовских» амиров, ты – товар, который можно выгодно продать.

– И что, операция отменяется?

– С чего бы это? Меняется ее план. Игра в подкидного дурака только начинается… Распаковывайте тюки, доставайте сухпай. Надо кормить людей.

Прапорщик отошел к группе и начал руководить распаковкой груза и распределением снаряжения между разведчиками. На спиртовках зашипела каша из пайков, пахнуло ароматом чая…

Седой развернул на коленях карту и стал искать маршрут, ведущий из Курчалойского района на плато Ишхойкорт. Он знал, что горы здесь почти непроходимы без альпинистского снаряжения, но знал и то, что арабы вряд ли пойдут маршрутом, где будут необходимы навыки альпиниста. Значит, должен существовать какой-то путь, где эти навыки не пригодятся. И он обязан его найти. Седой всматривался в переплетения горных кряжей, в синие полоски рек и ручьев, бегущих с гор, в тропы, извивающиеся по склонам и водоразделам, в тесно расположенные контурные линии, обозначающие крутой склон, по которому невозможно подняться или спуститься, – пока не нашел то, что искал. Тоненькая синяя жилка ручья, почти прямая, пролегла от высоты 688,5 в горах Курчалоя до высоты 524,1, на которой и располагалось плато Ишхойкорт. Жилка огибала высоту с запада и бежала дальше – к речке Мичик. Широко разнесенные контурные линии на западном отроге высоты показывали пологий склон, по которому легко передвигаться. У Седого почти не осталось сомнений в том, что по этому пути и придут арабы.

План операции медленно зрел у него в голове. Он продолжать складываться в готовую картину и тогда, когда Седой ковырял ножом гречневую кашу, не чувствуя вкуса, и когда хлебал горячий, сладкий чай… И, наконец, сложился.

Командир подозвал прапорщика Шульгина и разложил карту на камне.

– Смотри! Мы сейчас вот здесь. Ишхойкорт – вот. По карте до плато – два километра с хвостиком. Зайти вам лучше отсюда. Как видишь, здесь крутой склон, но отсюда «духи» и не ждут нас. Запустишь вперед Кефира, чтоб закрепил и сбросил вам веревки для подъема. Я думаю, разведка Ширвани уже там. Не нужно выискивать среди них проводника – любой из «духов» должен знать дорогу к базе и ее местоположение. Выбирай самого разговорчивого и бери его с собой. Остальные нам не нужны. И сразу уходите с плато. Вы все должны проделать очень быстро! Мы пойдем вот сюда, – Седой показал место на карте, – и займемся обустройством засады. Как закончите, двигайтесь к основной группе. Все понял?

– Так точно!

– Да, и еще: пошумите там, расстреляйте по два-три магазина из автоматов «духов», побросайте гранаты… Короче, создайте видимость боя. Надо, чтоб «духи» подумали, что мы нарвались на их разведку, которая нас обнаружила, и после короткого боестолкновения ушли. Все, как и положено по уставу: разведгруппа обнаружена – разведгруппа уходит.

– Я все понял, командир! Но узнав о том, что на плато были разведчики, арабы могут повернуть назад…

– Не повернут. Они тоже знают это правило. А уж засады они никак не могут ожидать. Все должно сработать. Действуй, Стас!

Седой смотрел, как собираются в дорогу разведчики. Наконец-то, впервые с начала операции, он увидел в их глазах стальной блеск и приподнятость.

Проводив группу Стаса, Седой построил оставшихся и поставил каждому задачу. Быстро уничтожив следы привала и подогнав рюкзаки со снаряжением, разведчики двинулись на запад, удаляясь от плато, на котором им так и не довелось побывать вопреки замыслу командования. Через полтора часа пути к безымянному ручью они услышали эхо далекого боя, многократно повторенное горными склонами. «Значит, у Стаса все получилось», – подумал Седой и ускорил шаг, стремясь побыстрее дойти до места, на котором он планировал устроить засаду…