Последний кровник - Иван Черных

– Представляю. Представляю, и как по несколько месяцев жить без мужа. По-моему, это как сидеть у ручья и ждать, когда тебе дадут напиться.

– Хорошо сказал. – Внимательно посмотрела ему в глаза. – Не осуждай меня, но ты угадал: я приехала в санаторий, как к роднику. Надоело томиться без любви, без удовлетворения. Давай хлебнем еще по глотку и отправимся в теплую постель. Ты с кем живешь в номере?

– Один.

– Отлично. А я с двумя соседками, не пользующимися особым спросом… Пойдем к тебе.

– Мой номер рядом с дежурной. – Владимир посмотрел на часы. – Уже без пяти одиннадцать. А гостей разрешается принимать только до одиннадцати.

– Жаль, – вздохнула Тамара. – Может, с дежурной договоришься? Сунь ей пару сотен…

– И как будем смотреть ей в глаза?

– Н-да, – вздохнула Тамара. – Что ж, придется потерпеть до завтра. Во сколько к тебе прийти?

– До обеда всякие обходы врачей, процедуры. Приходи после обеда.

– Договорились.

Раздеваясь, он думал о Тамаре: симпатичная, умная женщина, стихи пишет, детей учит, мужа имеет, а счастливой ее не назовешь: даже в учебное время вырвалась в санаторий. Что за этим: страстная натура или распущенность? Хотя… в наше время ни мужчины, ни женщины не отличаются высокой нравственностью. И в прежнем гарнизоне, где он начинал службу, имелись блудницы. Их знали, и о них судачили чуть ли не на каждом перекрестке: рассказывали, как били их мужья, выгоняли из квартир, потом мирились, сходились, и начиналось все сначала. Потому Владимир и не спешил жениться: не дай бог попадется такая стерва. Наташа, разумеется, была не из таких, но генеральская дочка – своенравная, властная. Быстро предпочла другого, не поняв желания Владимира быть настоящим летчиком, а не инструктором. Тамара… Очень уж похотлива, дежурную не стеснялась… Хорошо, что он не уступил. Так вот, с первого знакомства… Нет, надо получше в себе разобраться. И в ней. Мало ли что она наговорила о себе. А стихи ничего… Нет, она неплохая женщина, но не удовлетворенная жизнью: есть муж – и нет мужа – в постоянном плавании. Да и еще что-то не ладится в ее судьбе. Он сочувствовал ей и думал, как скрасить ее и свой санаторный отдых. С этой мыслью и уснул.

Ему приснились полеты. Один из тех первых полетов на боевое задание…

…Не успел самолет «Су-24» приземлиться, как Владимиру поступает новый приказ: вылететь в район Гребенского моста через Терек, охраняемого мотострелковым батальоном, и оказать ему помощь – подавить огневые точки боевиков, которые взорвали мост и непрерывно обстреливают батальон. Боевых вертолетов «Ми-24» не оказалось, решили послать бомбардировщики «Су-24», два более подготовленных экипажа капитана Крутогорова и капитана Брызгалова. Оба первоклассные пилоты, второй месяц в Чечне.

Вылетели ночью. Небо затянуто рваными облаками, временами в разрывах мерцают звезды. «Сушки» идут правым пеленгом: впереди он, ведущий капитан Крутогоров, за ним – ведомый капитан Брызгалов. Полет проходил в основном над местностью, уже занятой нашими войсками, и обстрелу до самой цели самолеты не подвергались. Вспышки разрывов увидели издали. Мотострелки батальона обозначили себя зеленой ракетой и сообщили координаты огневых точек боевиков на противоположном берегу реки.

Ведущий поблагодарил мотострелков и передал ведомому:

– Заходим для атаки с тыла. Увеличь дистанцию.

– Понял.

Едва перевалили реку, как в небо потянулись огненные трассы. Владимир выполнил боевой разворот и со снижением нацелил нос «сушки» на пляшущие внизу вспышки. Потрогал большим пальцем кнопку управления НУРСами, словно проверяя, на месте ли она, и, когда цель обозначилась в кольце прицела, нажал. Машина вздрогнула, и из-под брюха, будто молнии, сверкнули реактивные снаряды. В том месте, где только что плясали огоньки, полыхнули разрывы.

– Давай, Саня! – крикнул штурману Владимир по переговорному устройству. – Вон справа еще не угомонились.

Старший лейтенант Романов открыл огонь из пушек, и летевшие на другой берег Терека огненные пунктиры погасли.

Брызгалов в крутом вираже стал строить новый заход. Увидел, как «отработал» ведущий, и повторил его маневр – реактивные снаряды тоже легли в цель.

«Молодец, – мысленно поблагодарил Брызгалова Владимир. – Только далековато зашел: ведь предупреждал – там зона действия ПВО». Только так подумал, как к самолету взвилась огненная комета. Секунда, и «сушка», объятая пламенем, рухнула на землю…

Владимир проснулся в холодном поту…