Грабеж средь бела дня - Сергей Зверев

В этот момент Эдик был готов опуститься перед Таней на колени – даже не за ласковые слова, а хотя бы за улыбку…

Неожиданно где-то совсем рядом истерично взвизгнули тормоза, и темная угловатая тень упала на лобовое стекло «Волги». Невольно обернувшись, Эдуард Иванович заметил потрепанный джип «Ниссан Патрол», остановившийся слева.

Обе правые дверки внедорожника раскрылись синхронно, словно бы по команде, и из салона вывались двое молодых людей: мордатый крепыш с оплывшей фигурой и мрачного вида круглоголовый амбал в дорогом спортивном костюме. Мент, доселе сидевший смирно, вновь зарычал. Оплывший крепыш, выхватив из кармана какой-то баллончик с пульверизатором, мгновенно брызнул ротвейлеру в нос. Пес заскулил, обмяк и уткнулся мордой в асфальт. А мрачный амбал, подойдя к раскрытой дверке такси, с неожиданной ловкостью выхватил из рук бывшего опера пистолет.

Эдуард Иванович даже не пытался сопротивляться: желание это так и не успело сформироваться из-за драматичности и калейдоскопической скорости предыдущих событий.

– Ну че, мусорок, – приплыли? – с нехорошим прищуром осведомился крепыш и, ткнув Мента носком ноги, довольно заулыбался.

Амбал раскрыл заднюю дверку такси.

– Зондер, ты смотри, – а тут его девка, которую придурок Цаца упустил… Вау! Да ты только посмотри, кто с ней рядом! Мамаша самого Жулика!..

Деревянной твердости пальцы крепыша сомкнулись на запястье бывшего милиционера.

– Я всегда говорил, что ментом он был способным, – издевательски продолжал крепыш. – Розыскник, одним словом, оперативник. Он выпасал свою телку и мать этого сучонка… А мы выпасли его.

Голенков попытался дернуться, но короткий удар в печень заставил его сложиться надвое и болезненно застонать.

– Так, – продолжал крепыш, удерживая пленника под руку. – Бывшего гражданина начальника мы в джипе повезем. Пусть за ним Лысый и Жека присмотрят – а то что-то он слишком нервный сегодня. А мы с Мурзой таксистами поработаем. Мурза, садись за руль, а я сейчас у Дяди Вани спрошу, куда всех везти.

Передав Голенкова на попечение коллег по бандитскому ремеслу, крепыш неторопливо достал из кармана мобильник и принялся набирать номер. Он уже приложил трубку к уху, но в этот момент боковым зрением засек что-то неладное…

* * *

Огромный желтый «Урал» с надписью «ГОРВОДОКАНАЛ. АВАРИЙНАЯ БРИГАДА» вдоль кунга мчался к роддому кратчайшей дорогой, терроризируя уличное движение. Машины шарахались. Прохожие провожали грузовик испуганными взглядами, подозревая теракт и жилищно-коммунальный апокалипсис. К счастью, менты не спешили останавливать нарушителя – видимо, они уже знали об утреннем прорыве водопровода в районе «Золотого дракона» и теперь предполагали нечто подобное, только в другом районе.

Залетев правыми колесами на тротуар, грузовик вписался-таки в поворот. Путь к роддому мимо вьетнамского ресторана, как наверняка знал сидевший за рулем Леха, был самым коротким…

…Леха еще издали узнал Голенкова и пленившего его Зондера. Знакомый внедорожник «Ниссан Патрол» и еще более знакомый «Опель», стоявшие у желтой «Волги», мгновенно прояснили ситуацию: ведь мама наверняка отправилась в роддом на такси… Вот ее и отследили. А уж кто и в какой последовательности, значения не имело.

Скрежетнула коробка передач, и тяжелый грузовик со все возрастающим ускорением помчался прямо на джип. «Урал» несся с неотвратимостью влекомого течением айсберга. Зондер, выронив мобильник, испуганно отскочил, и получивший неожиданную свободу Голенков мгновенно бросился в сторону тротуара.

Мгновение – и массивный бампер с хрустом впечатался в задок «бригадного» внедорожника. Одного-единственного удара было достаточно – Жулик резко вдавил ступню в тормоз, тут же выворачивая руль влево. Инерция толчка подтолкнула джип по прямой, но спустя метров двадцать он внезапно вильнул вправо и со всей силы врезался в фонарный столб.

Последствия двойного столкновения были ужасны…

Кузов выгнулся и расплющился. Висевшая позади запаска въехала в салон. Переломился и вылез наружу подрамник, сели боковые стойки. Мозаичные льдинки лобового стекла плавали в луже растекавшегося масла. На смятой в стиральную доску крыше с тихим шелестом лопалась и отслаивалась краска. Несомненно – никто из сидевших в джипе не спасся…

Рита рванула дверку и, выхватив револьвер, навела его на бледного Зондера, застывшего у раскрытой дверки такси.

– Не рыпаться! – скомандовала она, и порученец «смотрящего» по собственной инициативе поднял руки, словно немец под Сталинградом.

– Ты! Мордой наземь! Быстро! Оружие из карманов!

Мамрин не посмел ослушаться и на этот раз. Достав из кармана пистолет, он отшвырнул его и тут же рухнул на грязный асфальт.

– А теперь ползком, не оборачиваясь… ремонтировать свою тачку!.. – последовала новая команда.

Выскочив из-за руля, Леха обежал передок «Урала» и, перескочив через недвижного ротвейлера, чудом не раздавленного тяжелым колесом, бросился к желтой «Волге».

В этот самый момент внезапно заурчал двигатель «Опеля», и выхлопная труба выбросила зловонный чад прямо в лицо ползущего по асфальту Зондера. Это Голенков, мгновенно сориентировавшись в ситуации, посчитал за лучшее спастись бегством. Страх за свою жизнь был столь силен, что он на какое-то мгновение позабыл и о любимом ротвейлере, и даже о дочери…

Жулик не стал его догонять – у него были дела поважнее.

– Ну что, мама, – съездила в роддом? – спросил он укоризненно.

– Кто… это был? – спросила мать, дико глядя на разбитый джип.

– Просто о моем выигрыше средь бела дня стало известно слишком многим, – вздохнул Сазонов.

– Лешенька, я твоей маме говорила, чтобы она никуда не ездила, – оправдывалась Таня.

– Я знаю…

– Деньги тут, мы ни копейки не взяли. – Голенкова с трудом приподняла холщовый мешок, лежавший у нее в ногах.

– Я понимаю, что деньги – тлен, суета сует и томление духа. Но это все-таки не мешок картошки, – хмыкнул Жулик и, сев за руль, крикнул товарке: – Пиля, поехали! Да оставь ты этого хмыря в покое! Скажи, пусть от меня Дяде Ване привет передаст. И наилучшие пожелания…

…Меньше чем через минуту желтая «Волга» с таксистскими шашечками мчалась в сторону загородной трассы.

Ни водитель «Волги», ни пассажиры не могли видеть, что цепочка зевак, стоявшая доселе на почтительном расстоянии от смятого джипа, постепенно разбухала от любопытствующих. Охи и ропот витали над толпой.

Неожиданно из гущи людей колобком выплыл коротко стриженный толстый мужчина с тройным подбородком. Маленькие азиатские глазки масляно светились на прохиндейской физиономии. Это был кореец Ким – шеф-повар «Золотого дракона». Выглядел он почему-то очень загадочно. Подойдя к лежавшему на асфальте ротвейлеру, он бережно поднял его на руки и с величайшей осторожностью понес в хоздвор ресторана…