Чудесный переплет. Часть 2 - Оксана Малиновская

«Можно подумать, отсутствие дивана в непосредственной близости остановит меня… в случае чего, — спокойно подумала я, очистив наконец фрукт и теперь нарезая его небольшими кусочками. — Не переживай, я контролирую ситуацию». «Ну–ну…» — тяжело вздохнул внутренний голос, но ругаться, как и я, не стал.

Закончив резать манго, я попыталась взять кусочек рукой, но спелый плод выскальзывал из моих пальцев, возможно, понимая, какая судьба ему уготована. Сосредоточившись, я всё же вцепилась в него пальцами — пришлось нажать посильнее — и подняла с тарелки, чувствуя, как сладкий липкий сок начинает течь сначала по моим пальцам, а потом дальше — вниз по руке.

— Ой… лови быстрей!

Я спешно поднесла кусок ко рту Телара, не сводя глаз с ползущей по руке тонкой струйки сока, небеспочвенно опасаясь, как бы она не скатилась на диван. Нужно скорей вытереть руку. Но не одну меня привлекла эта струйка: не успела я молвить и слова, как Телар, минуя кусок, быстро нагнулся к моей руке и… языком остановив каплю, слизал весь ручеёк снизу вверх до самых кончиков пальцев, судорожно сжимавших манго, оставив на кисти руки широкую, мокрую, прохладную полоску…

Я покрылась мурашками с головы до ног… С лица Телара исчезло осмысленное выражение, он воззрился на кусочек осоловевшим взглядом и, едва дыша, начал медленно приближаться к нему губами. Следя за его движениями расширяющимися глазами, я чувствовала, как моя грудь начинает вздыматься высоко вверх, повинуясь напору лёгких, внезапно начавших работать в два раза быстрее и с большей отдачей.

Тем временем Телар широко раскрыл рот, в котором исчез не только злополучный кусочек, но и мои пальцы. Его губы крепко их сжали, а затуманенный взгляд переместился на моё лицо. Я смотрела в его глаза, не в силах ни оторваться, ни пошевелиться, ни сказать хоть что–нибудь. Телар провёл губами по пальцам и ногтям, и добрался до фрукта. Он разжал кончики моих пальцев языком, высвободил кусочек манго, который и проглотил, не разжёвывая. Кончики пальцев так и остались в его губах — я не в силах была отвести руку, а он взял мою ладонь в свои и начал медленно целовать пальцы, губами и языком очищая их от сладкого липкого сока.

Изнемогая от желания вновь ощутить его губы на своих, но чётко осознавая, что ни к чему хорошему это сейчас не приведёт, я промямлила, едва шевеля языком и стараясь выровнять дыхание:

— Хочешь… ещё манго?

— Да… — прошептал в ответ Телар, не отрываясь от моей руки.

— Тогда… отдай… руку… — промямлила я, понимая, что сама не отниму её и под страхом смертной казни.

— Не отдам… — прошептал Телар и ещё сильнее зажал руку в своих ладонях. — У тебя есть ещё одна…

Не вполне отдавая себе отчёт в том, что делаю, я тупо шмякала всей пятернёй левой руки по тарелке с фруктом, тщетно пытаясь зацепить хоть кусочек. В воздухе повис стойкий аромат манго, дразнящий обоняние и дурманящий мозг.

Сил моих больше нет сдерживаться… может, пора уже…

Я не успела додумать крамольной мысли, как рингтон мобильного телефона Телара, подобно мощному пинку, вернул в реальность нас обоих.

— Я должен ответить, — прохрипел Телар, одной рукой доставая телефон из заднего кармана джинсов, а другой продолжая прижимать мою руку к своим губам.

— Алло? — его голос прозвучал почти естественно. — Это тебя — Иван.

Телар протянул мне трубку. Не задумываясь, я потянулась к телефону левой рукой и… застыла, так его и не взяв: моя ладонь сама напоминала манго, равномерно облепленная сантиметровым слоем сочного плода. Зажжённые было новой волной вожделения глаза Телара начали блёкнуть, а на лице отразилось неподдельное расстройство и огорчение, когда он принялся её очищать тряпичной салфеткой, на целую минуту оторвав мою правую руку от своих губ, бережно разместив её на своём колене.

— Привет, Вань… — Я уже почти полностью взяла себя в руки, приложив наконец трубку к уху очищенной от манго левой рукой.

Тем временем Телар снова завладел отдохнувшей правой и поднёс её к губам, прислушиваясь к разговору и не сводя глаз с моего лица.

— Привет, — настороженно–ласково сказал Иван и, помявшись немного, добавил: — Э–э–э… прошу прощения, если помешал, но ты не забыла, что у нас через три часа поезд?

— Как… поезд!? — ошарашенно прошептала я, переводя беспомощный взгляд на Телара.

— Хм… значит, всё же помешал… — Я чувствовала, как губы Ивана растягиваются в удовлетворённой улыбке. — Твои рыболовные прибамбасы мы с Мотом собрали, рыбу в термопакеты упаковали, но чемодан — это уж ты сама, ладно? Через час придёт такси, так что поторопись, пожалуйста, и… привет Телару.

— Хорошо… — почти беззвучно прошептала я и вернула телефон Телару, разглядывая его лицо так, словно видела впервые: — Я забыла про сегодняшний отъезд. Такого со мной ещё никогда не случалось…

Телар просиял, как натертая ластиком советская трёхкопеечная монета. Устремившись всем телом вперёд, он порывисто меня обнял и прошептал на ухо:

— Собираемся? А то опоздаешь.

И мы забегали… Точнее, больше всего суетился он, спешно организуя наш отъезд, а я на пару с Баксиком бестолково путалась у него под ногами, переживая, что подставляю ребят и рискую вместе с ними опоздать на поезд. Но не прошло и получаса, как мы, пройдя через знакомое уже путешествие сначала в катафалке, а потом сквозь пространство через море, подходили к знакомому домику на рыболовной базе.

— Это тебе, — Телар протянул мне большой, тяжёлый пакет, чем–то набитый до отказа. — Встретимся у поезда.

Помахав на прощанье рукой, вскоре он скрылся за воротами базы, едва успев перекинуться парой слов с высунувшимися из домика ребятами.

— Как нога? — спросил Иван, поедая меня изучающим взглядом.

— В порядке, — спокойно улыбнулась я в ответ, смело глядя ему в глаза.

А с чего тушеваться? Приличия соблюдены.

— А сама как? — полюбопытствовал Матвей, с не меньшим интересом меня разглядывавший, точно за прошедшие сутки я могла самым невероятным образом измениться до неузнаваемости.

— В порядке, — я перевела взгляд на Матвея и снова улыбнулась.

Больше они ни о чём не спрашивали, погрузившись в последние приготовления к отъезду и предоставив мне право рассказать всё, что сочту нужным, позднее — во время долгого путешествия в поезде. Я чувствовала, они сгорают от любопытства услышать новые подробности моего пребывания на побережье Гоа, но ребята терпеливо молчали и ничем не выказывали ни нетерпения, ни какой–то особой заинтересованности… Вот только уши у меня горели, не переставая, да затылок без конца ощущал на себе их любопытные взгляды.