Поющие в клоповнике - Галина Гончарова

Завал я перелетел. Но приземляться не рискнул. Это каменное месиво — другого слова и не подберешь — могло поползти от малейшего толчка. Но элвары и не приземлялись. Они держались в воздухе прямо над поверхностью, как стая ворон-переростков.

Стервятников.

Стервецов, сказала бы Ёлка. Ей ужасно нравилось поддразнивать людей. Причем она делала это с самым серьезным видом, так, что человек до самого конца не понимал — разыгрывают его или нет. Я вздохнул и подлетел поближе.

— Есть какой-нибудь способ разобрать этот завал?

— Нереально, — отозвался Дайр. — Да и незачем. У Ёлки будет царское надгробие.

— Только после смерти, — отозвался Тёрн.

С виду он было совершенно спокоен, но я всеми зачатками своей телепатии воспринимал его тревогу. М-да, не хотел бы я из-за кого-то так переживать. Он же просто одержим! И мы его отсюда не утащим. Он просто в этом ущелье и сдохнет, если своего не добьется.

А потом до меня дошли его слова. И даже высотобоязнь отступила.

— Ты хочешь сказать, что она…

Я просто не мог произнести это вслух — и услышать в ответ "Нет". Но мне и не пришлось.

— Она жива.

Тёрн на миг запнулся, а потом продолжил:

— Когда выводили элваров, им придавали различные свойства, полезные для солдат. И это — одно из них. Я могу почувствовать, жива она или мертва. Я буду знать, когда ее сердце остановится — как буду знать, где найти Ёлку. Хоть в другом мире.

— Вы так можете со всеми людьми!? — не выдержал я.

Фиолетовые глаза сверкнули яростью.

— Я обязательно поговорю с тобой на эту тему — когда моя… моя подруга будет извлечена из-под этого завала. Не забывай, каждое наше слово — это миг ее жизни. Возможно, решающий.

Мне стало стыдно. Ёлка бы не рассуждала.

— Телекинезом мы всю эту кучу не перекидаем.

— Руками тоже. — Дайр, впрочем, не расстраивался. — А если телекинез усилить?

— Можно попробовать. Ты или я?

— Давай я. Я послабее, но лучше в технике.

Это было действительно так. Дайр мог передавить меня грубой силой, но знал я чуток побольше. И умел тоже. Все-таки сила есть — ума не надо.

— Действуйте! Помощь нужна?!

— Если только поддержать нас в воздухе, — вздохнул я. — Если мы вымотаемся. Начали?

Дайр развернул пальцы и направил на меня поток силы. Я пропустил его через себя, присоединяя свою энергию. Так мы сделаем гораздо больше, если будем работать по отдельности.

Каменные обломки разлетались в стороны один за другим.

— Вы не чувствуете, куда надо копать?

Тёрн покачал головой.

— Не чувствую. Знаю, что она жива — и она там.

— А хотя бы примерно? Ущелье большое.

— Примерно — там, — Тёрн ткнул пальцем в одну из стен ущелья. То есть когда-то это определенно было ущельем. А сейчас его завалило мало не до краев. Ёлка оторвалась от души. Но теперь я более-менее знал, где она находится. И этого мне было достаточно.

Если она жива…

Да плевать мне на время и на элементалей! Пусть хоть один вылезет — я ему на макушку и плюну. Главное, что Ёлка жива! Я это ущелье сам, руками, разберу на запчасти! По камешку!

Камни отлетали в стороны.

И в какой-то миг мне показалось, что под камнями мелькнула прядь волос.

Показалось?

Черта с два!

Ёлка действительно была жива. И даже относительно цела. Она лежала плашмя в углублении скалы. И даже была почти невредима. Кажется. Возможно, у нее чертовски сильные внутренние повреждения. Хотя…

Дайр мгновенно оторвался от моего разума и прервал поток силы. Теперь он левитировал прямо над Ёлкой и шевелил пальцами. И под его воздействием тело женщины поднималось вверх, сохраняя абсолютную неподвижность. Это сейчас было самым главным. Если у нее что-либо сломано… если у нее сломан позвоночник…

А вот черта вам под хвост! Здесь врачи лечат все! Вплоть до клинической смерти! А зная Ёлку — она доживет до врачей.

Медики соберут ее за два дня. А на ноги она встанет, как только придется идти на лекцию по маганализу. И не только встанет, а еще и помчится, сломя голову!

Дайр медленно левитировал туда, где почва была более устойчива. Реллон подхватил его под руку, помогая держаться в воздухе, а потом и вовсе перехватил под мышки, оставив приятелю только перемещение Ёлкиного тела из точки "А" в точку "Бе".

И через несколько секунд Винер последовал его примеру.

Меня стиснули стальными клещами, подхватили и как котенка перенесли на вершину ущелья. Здесь была относительно ровная поверхность. Не слишком широкая, но удобная.

Дайр опустил Ёлку на землю и Реллон опустил его рядышком. Винер поставил меня на землю и разжал захват. Я с радостью деактивировал заклинание левитации и опустился на колени рядом с подругой.

— Что делать будем?

— Сейчас я ее просканирую, — ответил Дайр, вытаскивая из заплечной сумки какие-то конспекты. — Жаль, что Азэлли здесь нет, у нее бы это лучше получилось.

— Она же специалист по животным? — уточнил Винер.

— Не думаю, что Ёлка экзотичнее или сложнее трехрогой конриэльской химеры, — фыркнул Дайр. — Скорее наоборот.

— Да уж, — прошипел Тёрн.

На его Величество было просто жутко смотреть. Сперва он и не надеялся застать Ёлку в живых. Потом не надеялся выкопать ее живой. Теперь — отчаянно надеялся, что она выживет. И судя по его виду — надеялся, потому что мечтал придушить ее своими руками. Медленно и мучительно.

Небольшой зеленый огонек разгорелся над ладонью Дайра и начал медленно перемещаться вдоль тела Ёлки — от ног — к голове. Потом достиг затылка — и словно бы нырнул под кожу.

Дайр сидел, зажав уши руками, закрыв глаза и для верности даже почти не дыша.

А потом резко открыл глаза.

— М-да, не знай я, что Ёлка — девушка умная, сказал бы, что она полная и круглая дура.

— Что с ней!?

Я посмотрел на Винера. Он-то чего так волнуется? Аж дрожит весь. Хотя,… Что ему там Тёрн обещал, если Ёлка будет мертва!?

— Жива и практически здорова. У нее очень серьезные ушибы и даже могут быть проблемы с почками, если в ближайшие две недели мы не доставим ее к врачу. Сломаны четыре ребра и вывернута нога. Короче — дуракам счастье!

— Это точно, — проскрипел Тёрн.

— Жить она будет? — это уже Реллон.

— И даже здравствовать.

— Но недолго, — при взгляде на Тёрна я понял, что следующий час будет для Ёлки очень тяжелым.