Я - начальник, ты - дурак - Александр Щелоков

Видеть будущее может лишь тот, кто правильно оценивает настоящее и не идеализирует прошедшее, не пишет с него икон.

Была ли несокрушимая и легендарная армией народной?

Если «народность» измерять тем, что по призыву в Вооруженных Силах вынуждено было проходить службу все мужское население страны, то да. Хотя призыв и рекрутчина лишь немногим отличаются друг от друга.

По всем другим параметрам «Несокрушимая и легендарная» была только орудием для удержания власти в руках правившей в стране номенклатуры. «Народные» полководцы охотно подавляли любые поползновения своего народа, который пытался высказать неудовольствие политикой своего правительства. Поэтому выполнение откровенно жандармских, антинародных функций вписывалось в реестр полководческой славы военачальников «непобедимой», их имена увековечены в официальной истории, в названиях городских улиц в провинции и в столице. Так в Москве есть улицы Антонова-Овсеенко и маршала Тухачевского.

«Большой энциклопедический словарь» (между прочим, изданный в 1997 году, то есть в период, когда уже никто не запрещал говорить правду о прошлом) дает об указанных лицах справки в принятом для подобных случаев стиле, который сложился и закрепился во период обязательного славословия «народных вождей». И Михаил Тухачевский и Владимир Антонов-Овсеенко возведены «демократической властью» в ранг великомучеников сталинского времени, чьи имена заслуживают увековечения по одной лишь причине: в их биографии вписаны строки слова: «Репрессирован. Реабилитирован».

Улица Тухачевского тянется с востока столицы на запад параллельно проспекту маршала Жукова. Люди здесь живут в тихом зеленом уюте, нисколько не задумываясь, почему их улицу городские власти называли именем Тухачевского, а не генерала Дудаева. И уж тем более никто не возмущается тем, почему улица носит расстрелянного маршала. Какой смысл возмущаться, если названия улицам выбирает и утверждает высокое городское начальство, а мы, это начальство выбирающие, всего лишь серый электорат, получающий право голоса раз в несколько лет.

Я не за то, чтобы в зависимости от перемены исторических настроений общества менять названия городов, улиц и переулков. Любая попытка перепахать поле истории помогает ему еще быстрее зарастать сорняками. Пусть Тухачевский имеет свою улицу в Москве. Антонов-Овсеенко — тоже. Можно их именами назвать улицы и в Тамбове. Но на каждом доме этих улиц стоило бы повесить таблички с таким вот текстом:

«ПРИКАЗ

Полномочной Комиссии ВЦИК № 116

г.Тамбов

23 июня 1921 г.

Опыт первого боевого участка показывает большую пригодность для быстрого очищения от бандитизма известных районов по следующему способу чистки. Намечаются особенно бандитски настроенные волости, и туда выезжают представители уездной политической комиссии, особого отделения, особого отделения военного трибунала и командования вместе с частями, предназначенными для проведения чистки. По прибытии на место, волость оцепляется, берутся 60 — 100 наиболее видных лиц в качестве заложников, и вводится осадное положение. Выезд и въезд в волость должны быть на время операции запрещены. Осле этого собирается полный волостной сход… Жителям дается 2 часа на выдачу бандитов и оружия, а также бандитских семей, и население ставится в известность, что в случае отказа дать упомянутые сведения заложники будут расстреляны через 2 часа. Если население бандитов и оружия не указало по истечении двухчасового срока, сход собирается вторично и взятые заложники на глазах у населения расстреливаются, после чего берутся новые заложники и собравшимся на сход вторично предлагается выдать бандитов и оружие. Желающие исполнить это становятся отдельно, разбиваются на сотни, и каждая сотня пропускается для опроса через опросную комиссию (представителей Особого отдела и Военного трибунала). Каждый должен дать показания, не отговариваясь незнанием. В случае упорства проводятся новые расстрелы и т. д…

Настоящее Полномочная Комиссия ВЦИК приказывает принять к неуклонному исполнению.

Председатель Полномочной Комиссии

Антонов-Овсеенко

Командующий войсками

Тухачевский.

«Бандитски настроенными волостями» полководцы «Несокрушимой и легендарной» в своем приказе именуют районы Тамбовщины, населенные крестьянами, которые выражали неудовольствие тем, что плоды их труда — продовольственное зерно, фураж и скотину народная советская власть изымала у тружеников силой, по так называемой «продразверстке». Позже Ленин признает, что строить отношения с крестьянством на таких условиях нельзя. Но это будет потом. А вначале Тухачевский и Антонов-Овсеенко пропустят тамбовские села через кровавые жернова карательных акций.

Оба «героя» жандармских расправ силами «народной армии» с «народом», которому они присягали служить, ныне увенчаны славой лишь потому, что были репрессированы сталинским режимом. Тогда почему, следуя этой логике, не назвать Лубянку улицей Ягоды, а Лубянскую площадь площадью Ежова? Ведь оба этих палача тоже стали жертвами режима, которому служили.

Заодно можно назвать в Новочеркасске и Москве именем дважды Героя Советского Союза генерала Иссы Плиева. Это он, продолжая традицию Тухачевского, будучи командующим войсками Северо-Кавказского военного округа, уже не сталинское, а хрущевское время, приказал армейским подразделениям расстрелять мирную демонстрацию рабочих в Новочеркасске, которая просила у правительства справедливых цен, хлеба и мяса.

Можно назвать именами генерала Грачева, офицеров Полякова, Евневича, Рудого, если и не улицы, то хотя бы переулки столицы и повесить на домах таблички, описав подвиг и участие каждого в расстреле первого Российского парламента.

Государство, если оно нуждается в крепкой, боеспособной армии, помимо достойной зарплаты, должно законодательным порядком обеспечить условия для справедливой оценки заслуг каждого военного и поставить дело так, чтобы они оценивались объективно. Иначе мы никогда не перестанем на каждую глупость, произнесенную человеком с большим погоном отвечать подобострастными словами: «Есть! Будет исполнено! Ведь вы же начальник, а я — дурак!»

Была ли «легендарная» армией демократического общества, армией общества равных прав и осталась ли она таковой?

Увы, она такой не была и даже нынешняя российская армия такой не стала.

Вглядитесь в лицо нашей армии сегодня, и к своему удивлению вы увидите, что оно очень разное, но далеко не демократическое.

У офицеров и солдат в чеченской слякоти и на ветру оно одно, у генералов и офицеров с Арбата — другое. У президентской роты почетного караула — третье.

Строевая выучка роты, изнурительными тренировками доведенная до автоматизма, впечатляет даже специалиста. Ко всему солдаты, как на подбор — высокие, стройные, здоровые, а главное — у всех славянские открытые лица.

Если вдуматься, то эта особенность президентской роты служит не витриной демократизма нашего общества и армии, а утверждает на долгие времена переживший себя признак демократии «по-советски».