Шопоголик среди звезд - Софи Кинселла

– Но ведь не все там неправда! – с жаром восклицаю я. – Иначе какой смысл?

– Почему? Какая разница? Главное – поддерживать интерес публики.

Притихнув, я вспоминаю статьи, которые мы со Сьюз читали в светской хронике. Есть ли разница, правду там пишут или нет? Я, например, всегда принимала за чистую монету рассказы о постоянных стычках между актерами «Нашего времени». А вдруг зря? Вдруг Сельма Диаво на самом деле совсем не стерва? Я так давно читаю о звездах, что они мне стали как родные. Я знаю, чем они живут, знаю их друзей, помню их взлеты и падения. По личной жизни Дженнифер Энистон я, наверное, могла бы диссертацию защитить.

Но ведь, если вдуматься, все это просто набор картинок, заголовков и «цитат» из «источников». Ничего подлинного.

– Погодите, – спохватываюсь я. – Если вас будут считать неврастеничкой, кто предложит вам сниматься?

– О, предложат, еще как! Уже предлагают. В ролях клептоманок и магазинных воровок. – Лоис вдруг заливается хохотом. – Ничего, сначала смешают с грязью, потом простят. Закон Голливуда.

Беззаботность Лоис начинает меня бесить. Она хоть понимает, как я за нее переживала? При том что я ее едва знаю! А как же ее друзья? А родители?

Хотя о чем я, родители у нее умерли. А друзей нет. (Так, по крайней мере, говорилось в «Нэшнл энквайерер». Но, может, и это вранье?)

– Я думала, вы на грани, – обвиняющим тоном заявляю я. – Вас так колотило… и шатало… вы едва дышали…

– Я актриса, – пожимает плечами Лоис.

– Мы актеры, – поддакивает Сейдж. – Мы играем.

Я возвращаюсь мысленно на несколько недель назад и вызываю в памяти пойманную на краже Лоис – робкую серую мышь в толстовке с капюшоном. Трясущиеся руки, прерывающийся шепот, нервные гримасы… Актерская игра? Хотя чему тут удивляться? Лоис одна из лучших в мире актрис. Но все-таки… У меня тогда даже сомнений не возникло. Едва удерживаюсь от просьбы повторить сцену на бис.

– А как же Люк? – поворачиваюсь я к Сейдж. – Он хотя бы догадывается?

– Нет, вряд ли. Хотя он не дурак. Спросил меня с самого начала, не сфабриковано ли это все? Я, конечно, заверила, что нет. Он тебе что-нибудь говорил?

– Ничего.

– Он не должен узнать, – предупреждает Лоис. – Ни о чем. Любая попытка одурачить американскую публику требует элемента искреннего неведения.

– «Женщина президента», – радостно щебечет Сейдж, и они с Лоис ударяют по рукам.

Точно, я уже слышала эту фразу от Лоис. Когда она играла вице-президента и носила костюмы в тонкую полоску.

– Люк – наш элемент искреннего неведения. И Аран тоже. Они оба честные, им доверяют…

– Люк молодец. Когда все уляжется, ты к нему обратись обязательно, – советует Сейдж Лоис. – У него голова классно варит насчет всяких стратегий. И он такой джентльмен.

– Но Сейдж… – Я даже не знаю, как спросить. – Вражда с Лоис – это ведь не Люк придумал?

– Ну да, пришлось слегка отступить от намеченного плана. – Сейдж откидывает волосы за спину. – А что, сработало же! Только не говори ему, ни в коем случае. Знаешь, что он мне предлагает? Заняться благотворительностью. Типа съездить в какой-нибудь Дарфур. – Она делает брезгливую гримасу. – Я ему сказала, что разузнаю сегодня, как там с минными полями. Вот, кстати, ты меня и прикроешь! – оживляется она. – Скажешь, что звонила, а я с головой в Интернете, копаю благотворительные сайты.

– Я не стану врать Люку! – ужасаюсь я.

– Но правду ты ему тоже не скажешь.

– Бекки, вы теперь наша, – заявляет Лоис сурово. – А если вы наша, то с потрохами.

Тоже цитата из какого-то фильма, но из какого, я не помню. Что-то про мафию, наверное.

– Мы введем вас в мир шоу-бизнеса, – продолжает Лоис. – Будете одевать нас обеих для публичных выходов. Обрастете связями, раскрутитесь как стилист. Но говорить нельзя никому. – Сверкнув на меня глазами, она встает из-за стола, и вид у нее становится властный и угрожающий, как в том фильме, где она играла акулу юриспруденции и по совместительству серийную убийцу. – Никому!

– Ясно, – сглатываю я.

– Если проговоритесь, мы вас размажем.

В каком смысле «размажем», я не уточняю, но хорошего точно не жди.

– Ясно, – внутренне сжавшись, повторяю я.

Лоис уже отвернулась и барабанит по клавиатуре ноутбука.

– «Лоис и Сейдж приглашены к Кэмберли», – зачитывает она вслух. – Понеслось! Бекки, можете ехать. Вызовите своего водителя. Охрана его впустит, он сможет подать автомобиль прямо к двери, так что репортеры вас не засекут. Сейдж вчера так и сделала. А если ваш водитель спросит, скажете, что со мной пообщаться не удалось, я лежу пластом. Подольем масла в огонь.

– Водители всегда все знают, – подхватывает Сейдж. – О, смотри, мы на «Фокс ньюз»!

Обе утыкаются в ноутбук. Торчать здесь дольше смысла нет.

– Ладно… Тогда до свидания.

Я тянусь за телефоном. Через несколько минут Джефф с Митчеллом подкатывают к входной двери на тонированном внедорожнике, и я, как и предлагала Лоис, беззвучно проскальзываю в салон. Этот дом словно специально создан для тайных выездов. У ворот репортеры начинают стучать по машине и щелкать вспышками, крича: «Лоис! Лоис!», но мы благополучно прорываемся на дорогу.

Они принимают меня за нее. Мир сошел с ума. В голове до сих пор кавардак, в ушах стучит кровь. Как все это понимать? Что это было?

От кого: Ковитц, Дэнни

Кому: Ковитц, Дэнни

Тема: ммммне хххолоддддно

тттакккк ххххолоддддно ннемогу ппппечтать ппппальцы ббболят я ссссебе не ттттак все ппппредствлял

ддддэнннннни