Хер Сон - Лисси Мусса

— Мне с тобой некогда длинные беседы вести, — предупредила она сразу у порога, я тебе телеграфно все сообщу, а ты мотай на ус, — и она дала в руки Семен Семенычу предмет, напоминающий кисточку, но с очень длинным ворсом, сужающуюся к концу (и вправду — ус, только в оправе!):

— Я тебе странные вещи буду говорить, но ты не удивляйся — это все рецепты испытанные, проверенные. У тебя три беды: денег нет, со службой проблема, и растерялся ты. С деньгами проще всего: ходи бубни — бубновая масть — она завсегда к деньгам. И не пикни! Потому и не пищи, потому что — пики! Масть пиковая — коварная! Вот Туз например — тот значит — УДАР! То есть выпадает тебе такой Тузик, и жди — скоро по башке получишь. А если перевернется вдруг — то это к застолью, к выпивке, к пирушке. Так что и карты у нас — смотря как посмотреть. Переверни свой кризис — и он тебе как раз волшебный пендель получится, а иной пендель слаще пряника бывает…

— А что бубнить-то, я не умею бубнить, — перебивая Муссу Мармеладовну, засуетился Семен Семеныч.

— Да что хочешь, то и бубни. Какие слова тебе бубу напоминают, те и бубни. Вот, например, хорошая бубнилка: «дуб-липа-липа-дуб». Оно вроде как липа, мягкое такое, прогнется, где хочешь, растет быстро, а вокруг дуб, — он крепость дает, твердость, защиту — он и сбережет твои денежки. Очень денежная бубнилка! Прямо валютная!

— Почему это валютная? — удивился Семен Семеныч.

— Так листья же! Зелень! — воскликнула Мусса Мармеладовна, удивляясь такой непонятливости. — А ты что-то спросить хочешь?

— Да, хочу, — Семен Семеныч решил спросить о наболевшем, — совесть меня замучила, заела совсем! Как-нибудь ее усыпить можно, а то она мне уже все уши прожужжала, про Петровича врет, про жену пилит…

Мусса Мармеладовна помолчала, а потом сказала:

— Я что хочу спросить у тебя, Семен, — она посмотрела на Семен Семеныча изучающе, — ты совесть когда лучше ощущаешь: когда одет или когда раздет совсем?

— Не знаю, — оторопел Семен Семеныч, — не наблюдал за этим никогда.

— А ты примерно прикинь в уме все же, — попросила Мусса Мармеладовна.

— Ну, примерно… — Семен Семеныч возвел глаза к потолку, размышляя, — примерно так: я в одежде ее лучше чувствую. Потому что без одежды я только в ванной, но мне тогда не до совести — мне купаться надо. Или вот сплю когда — тоже засыпаю сразу, про совесть забываю.

— Тогда вот что: проверь, в какой одежке совесть у тебя прячется, да и выбей ее палкой-выбивалкой во дворе, где ковры выбивают. Понятно?

— Понятно, — кивнул Семен Семеныч, и спросил:

— А гадать будете? Вы ж обещали хорошего нагадать…

Мусса Мармеладовна улыбнулась, достала с полки колоду громадных карт с таинственными узорами на рубашке, и протянула Семен Семенычу:

— Сними-ка! От себя двигай!

Семен Семеныч заволновался, сдвинул сначала пару верхних карт, потом решился и сдвинул полколоды. Мусса Мармеладовна карты приняла, вынула три подснятых и разложила перед собой. Семен Семеныч, изнемогая уже от волнения, заглянул в расклад: на всех трех картах на разных языках было написано: «хорошо!». И ничего более.

— Это что значит? — спросил Семен Семеныч.

— Это мы гадали — что будет. И будет все — «хорошо!», ты, что ли, не видишь сам?

— А масть какая? — ничего не понимая, на всякий случай спросил Семен Семеныч.

— Масть козырная, — ответила Мусса Мармеладовна.

— А там у вас все карты с «хорошо»? — поинтересовался Семен Семеныч.

— Нет, не все, — и Мусса Мармеладовна продемонстрировала другие карты, на которых тоже были слова, но другие: «очаровательно», «превосходно», «гламурно», «великолепно», и много еще других приятных слов.

— Так здесь что — только хорошее можно нагадать? — изумился Семен Семеныч.

— Конечно! Зачем же плохое-то нагадывать? — удивилась Мусса Мармеладовна, — конечно, только хорошее, прекрасное и превосходное! А теперь иди, дорогой мой, встречай свое счастье, и бубнить не забывай!

И Мусса Мармеладовна проводила воодушевленного Семен Семеныча до дверей.

Семен Семеныч побежал обрадовать доброй вестью Петровича.

У Петровича был свой сюрприз: опять сработало объявление. Дрова исчезли, а вместо них на диване лежал необыкновенно похорошевший и распушившийся кот Петровича (котП). Петрович щеголял в новеньких джинсах и красивой майке с надписью «Раз дрова, два дрова!» и тоже был какой-то помолодевший и похорошевший. В квартире еще больше пахло хвоей, да оно и понятно: вторая елка, благоухая праздником, стояла на кухне.

— Рассказывай скорее! — взмолился заинтригованный Семен Семеныч.

— Дык что рассказывать-то? Все как тогда: пришли мужики, молча дрова унесли, кота на диван уложили, елку очередную поставили, а мне мешок с подарками и кошелек — сказали, что с деньгами. Вот, одежду дали, и там еще шампанское и шоколадки, — Петрович показал в угол комнаты, где стояла коробка, из которой выглядывали горлышки полдюжины шампанского, и горкой были насыпаны плитки шоколада. Стоял еще сундук небольшой, с выпуклой крышкой, обитый медными полосами, и с медными же ручками по бокам.

— А что за сундук? — подивился Семен Семеныч.

— Это, сказали, кошелек, — ответил Петрович, — только я его открыть не могу. Он просит предъявить какой-то бубновый король…

— Бубновый??? — вскричал Семен Семеныч.

— Сам послушай. Мне показалось, что бубновый…

Семен Семеныч поставил тяжеленький сундучок на стол и попробовал открыть крышку. Немедленно раздался металлический, тоже медный какой-то, голос:

— Введите бубновый пароль! Введите бубновый пароль! Введите бубновый пароль!

— Дуб-липа-липа-дуб! — выпалил Семен Семенович.

Сундук щелкнул чем-то внутри и открылся сам. Приятели с изумлением уставились на кучу разноцветных бумажек и пластиковых карточек, почти доверху заполняющие сундучок. Здесь были купюры многих стран, и Семен Семеныч узнал на одной улыбающегося Ганди, а на другой — воодушевленного Мао Цзэдуна. С оранжевых российских пятитысячек надменно взирал гордый памятник, и портреты президентов США мелькали тут и там. А Петрович перебирал пластиковые карточки и обалдевал потихоньку:

— Смотри, Семеныч, здесь скидки во все магазины, я даже половины таких магазинов-то и не знаю! Мы теперь мебель со скидкой пятнадцать процентов будем покупать, а на продукты в самом дорогом — аж целых двадцать процентов! Ой, и на рубашки модные — тоже двадцать процентов! И на обувь! И на технику! О! Это просто подарок судьбы!!! — завопил Петрович так, что даже испугал своего кота. — О, какой подарок!

— Да что там такое? — подивился бурной реакции Семен Семеныч.

— Это удача самая настоящая! Это скидка на «Ярмарке», интернет-магазин такой есть, всякие интересные штучки продают и книги по психологии от Лисси Муссы.