Jackpot подкрался незаметно - Аркадий Арканов

— Родные мои! Я не собираюсь ни превозносить выдающиеся заслуги двух ушедших от нас, потрясающе талантливых деятелей вашего города, ни принижать и без того низкий уровень двух аморальных типов, нажившихся на незаконно проведенной приватизации. Мы живем в свободном обществе, где каждый обязан иметь собственное мнение. Как говорится, выборы не за горами. Они на носу. И я не сомневаюсь, что жители Мухославска выберут себе достойного мэра из числа честных людей, каких в Мухославске девяносто восемь и семь десятых процента, согласно опросу пятисот наиболее компетентных респондентов. Каждый проголосует по совести. Но если бы я был жителем вашего города, моя совесть подсказала бы мне достойнейшего из достойных, человека талантливого и бескорыстного, фанатично любимого не только в Мухославске, но и далеко за его пределами. Я не сомневаюсь в том, что девяносто девять и пять десятых процента из девяноста восьми и семи десятых процента патриотически настроенных горожан свободно опустят в урны бюллетени с именем Руслана Ангеловича Людмилова. Я уверен, что выборы пройдут демократично, без какого бы то ни было давления со стороны. В противном случае мне придется собственноручно назначить мэром Руслана Ангеловича Людмилова, что кое-кем за рубежом с радостью будет воспринято как нарушение основ демократии. Не сдадим же козырной прикуп нашим недоброжелателям. Как говорится, вперед и с песней!

А уже на очередной следующий день избирком Мухославска обнародовал по телевидению образец избирательного бюллетеня, в котором были две графы. В первой графе — имя, фамилия, отчество кандидата: Людмилов Руслан Ангелович. Во второй графе — Против всех, кто против.

К бюллетеню с правой стороны прилагался отрывной, закатанный в пластик корешок. Бюллетень опускался в урну, корешок оставался у проголосовавшего. Корешок давал право на пятидесятипроцентную скидку при покупке компакт-диска Руслана Людмилова. В подарок покупатель получал бутылку пива «Руслан». Кроме того, избирком обнародовал важное дополнение: каждый взрослый избиратель мог получить дополнительные бюллетени, позволявшие ему выразить свободное волеизъявление несовершеннолетних или умалишенных, если таковые имеются в семье. В заключение был показан новый клип будущего мэра Мухославска, в финале которого танцующие полуобнаженные девушки опускали в трусики избирательные бюллетени, а за кадром звучал голос счастливого избранника:

Ну, раз уж вы меня хотели,

Огонь желаний не потух —

Теперь у вас в свободном теле

Один лишь мой свободный дух.

…Накануне выборов избирком призвал всех жителей не затягивать процесс и явиться на избирательные участки к открытию, то есть к шести часам утра, чтобы не опоздать на народные гуляния, которые начинались в двенадцать часов дня.

Уже за полчаса до официального начала голосования сознательные мухославцы образовали у дверей избирательных участков огромные очереди, и к моменту окончательного появления солнца над городом уже не осталось ни одного горожанина, не выполнившего свой гражданский долг.

А в одиннадцать часов радио и телевидение огласили результаты, которые Международная наблюдательная комиссия предложила внести в книгу рекордов Гиннесса: «За кандидатуру Руслана Ангеловича Людмилова проголосовали сто двадцать шесть процентов от общего числа избирателей. Воздержался один гражданин, имя которого не называется в интересах следствия».

В заключительной речи председатель Международной наблюдательной комиссии заявил прямо: «Такого размаха демократии во время выборов не было и не будет ни в одной стране цивилизованного мира. Если бы не любовь к моей исторической родине, я попросил бы в вашем городе политического убежища».

В двенадцать часов улицы города заполнились счастливыми жителями. Народ стекался к площади перед «Мухославбанком», где была сооружена трибуна для почетных граждан и гостей города. С трибуны ликующее население приветствовали начальник РУБОПа с супругой, генеральный директор компании «Акбар» Кабанов с супругой, проктолог Передковский, председатель Международной наблюдательной комиссии, специально прилетевший на торжества из Австралии, господин Бедейкер и какой-то молодой человек, про которого в толпе говорили, что это двоюродный брат пресс-секретаря самого президента…

Улыбаясь ликующей площади, Кабан вполголоса произнес, обращаясь к тестю:

— Неплохо все получилось, как ты думаешь, папа?

— Президент — молодец. Вовремя поддержал, — сказал тесть.

— Жаль, что он не приехал, — вздохнул Кабан.

— Он еще слаб. Только из голодовки вышел, — пояснил тесть. — Пацана прислал… Я с ним сегодня перекинулся — он все правильно понимает…

Все подходы к площади и весь ее периметр были заставлены пивными ларьками на колесах. Мухославичи «нарусланивались» и вливались в ликующую толпу, стараясь оказаться как можно ближе к трибуне.

Ровно в час дня из всех репродукторов грянули вступительные аккорды «Беби темноокой». Толпа завопила, и этот крик был подобен десяткам тысяч криков младенцев, одновременно появившихся на свет из материнских утроб.

В небо взмыли сотни голубых шаров.

Мухославичи, ритмично покачиваясь вправо-влево, запели «Беби темноокую», размахивая бархатными голубыми шарфиками…

— Просто еще одна бархатная революция! — восхищенно произнес председатель наблюдательной комиссии.

— Бархатная-то она бархатная, — обращаясь к тестю, сказал Кабан, — только с цветом перебор вышел.

— А кто сказал, что шарфики голубого цвета? — успокоил тесть. — Они васильковые… Главное, что без крови.

— Без лишней крови, — уточнил Кабан.

Площадь как по команде запестрела лозунгами:

«Людмилов — голос народа!»

«Руслан Ангелович — наш хранитель!»

«Руслан! Ни шагу на зад!»

— Почему «на зад» раздельно? — прошипел Передковский. — Это компрометирует мое учение.

На фоне всеобщего веселья и подъема выделялся один пожилой, буднично одетый мужчина. Это был почвенник Дынин. Он испуганно прижимался к стене дома, держа правой рукой транспарант, на красной поверхности которого белели буквы: «ДА ЗДРАВСТВОВАЛ ТОВАРИЩ СТАЛИН!»

— Убрать урода? — спросил Кабан.

— Пусть стоит, — сказал начальник РУБОПа. — Надо уважать старшее поколение…

На трибуну пролезла главная редакторша популярного в городе женского журнала «Войди в меня».

— Свежий номер, господа! Свежий номер! — бормотала она, суя каждому гостю новенький, только что из типографии, журнал, с обложки которого белозубо улыбалась ослепительно-темная Банана Хлопстоз. Под фотографией закавычивались слова: «Я НИКОГДА НЕ БЫЛА ДЕВСТВЕННИЦЕЙ!»

— Какой позор! — возмутился Кабан. — Она ж теперь не только публичная баба! Она теперь пресс-секретарь мэра!

…А праздник набирал обороты.

В середине дня на площади появились омоновцы и стали теснить толпу, освобождая пространство от главной арки до центральной трибуны.