Перемещенное лицо - Владимир Войнович

– Нет. Вот, – Берия протянул ему еще бумагу, – это проектпостановления Пленума ЦК об избрании меня Генеральным секретарем. А это тожепроект постановления об избрании Сталина, то есть тебя, Почетным председателемпартии. Это очень хорошая должность. Ты будешь жить в идеальных условиях,получать большую зарплату и ничего не делать.

– Интересно, – пробормотал Меловани. – Очень интересно. А тызнаешь, Лаврентий, какая разница между просто председателем и почетнымпредседателем? Такая же, как между государем и милостивым государем. Так вот,милостивый государь, я ваши проекты не принимаю.

Меловани постучал бумагами по колену, чтобы сложить ихаккуратно, листок к листку. И тут же порвал их.

– Что это значит? – закричал Берия. – Послушай, генацвале! –Два чувства им овладели: возмущение и растерянность. – Ты, кажется, слишкомвжился в свою роль. Я тебя поставил на это место не для того, чтобы ты самрешал, что принять, что не принять. Я тебя поставил для того, чтобы ты толькоделал вид, что чем-то руководишь. А на самом деле руководить все-таки буду я.Твое дело – только слушать мои подсказки и делать то, что я тебе говорю.

– Вот как! – вроде бы огорчился артист Меловани. Он поднялсяиз кресла, раскурил трубку, прошелся по комнате. – Значит, ты говоришь, что яслишком сильно вжился в свою роль? – Он сделал паузу и выпустил три дымныхкольца. – А что я тебе скажу, кацо, – употребил он обращение, болеепренебрежительное, чем предыдущее, и озорно тряхнул головой. – А я тебе тоскажу, кацо, что ты прав. Я действительно вжился в роль. Я настолько вжился вроль, что теперь чувствую, что я – Сталин. А ты только Берия. Значит,руководить буду я, а ты, как и раньше, будешь делать то, что тебе скажетСталин. То есть я.

– Ах вот ты какой шустрый! – вскипел Берия. – Да что же тысебе придумал такое! Да я тебя… да я тебе… Да я знаешь, что сделаю! Я… – Онполез в карман, где у него обычно лежал маленький дамский «вальтер», забыв, чтотот был отнят у него на проходной. Но пока он шарил в пустом кармане, Мелованихлопнул в ладоши (опять хлопнул в ладоши, видно, без хлопанья эти люди никакобойтись не могли) – и в дверях мгновенно возник все тот же генерал Власик. Онвнимательно посмотрел на того, кого он считал Сталиным, и на Берию. Берияпоспешно вынул руку из кармана и стал стряхивать с френча случайные крошки.

– Вам что-нибудь нужно, товарищ Сталин? – спросил генералтихим, вкрадчивым голосом.

– Нужно, – подтвердил Сталин. – Прикажи подать нам два кофепо-турецки. С коньяком. С грузинским. Или лучше с армянским. Или даже сфранцузским.

И щедро махнул рукой.