Джинса - Михаил Барановский

Странно, но до сих пор ни одна женщина не вызывала в нем столько эмоций, сколько эта силиконовая кукла, жизнь которой зависела от него. И он ее не уберег. И вот теперь она лежит в закрытом гробу, раздавленная КамАЗом…

Морозный воздух был пропитан хвойным запахом, исходящим от еловых венков.

Инна вполголоса переговаривалась с Дашей:

— Сейчас такой выбор всего! На любой цвет и вкус. Хочешь с бантиками — хочешь без бантиков. Хочешь с рюшами — хочешь без рюшей. С обивкой — пожалуйста, без обивки — пожалуйста. С подушечкой — без подушечки. С ручками — без ручек. Умирай — не хочу.

— Да, а мы когда дедушку хоронили, ничего подобного не было, — ответила ей Даша. — Только покойники были, а к ним ничего не было.

— Что ты думаешь по поводу Ираклия? — спросила Инна.

— Он мне нравится, — призналась Даша.

— И чего ты ждешь?

Даша пожала плечами:

— Не знаю…

— Не теряйся. Он вдовец. Сейчас самое время.

Никаких специальных речей никто не произносил. По знаку, поданному Аркадием, двое рабочих аккуратно опустили гроб в могилу. Каждый из присутствующих бросил горсть земли.

— Ты, правда, думала, что я могу тебе изменить? — спросил жену Кирилл Кириллович.

Нелли отряхнула руку, надела перчатку и ничего не ответила. Она смотрела вдаль, на бесконечные, уходящие, казалось, за самый горизонт кресты и надгробия. Было тихо. Ветер слезил глаза.

— Как ты думаешь, что мы хороним? — спросила она Кирилла Кирилловича.

— В смысле?

— Мне кажется, — сказала она, — что-то в нас умерло…

— Я думал, теперь ты поняла… — раздосадованно ответил Кирилл Кириллович.

— Я поняла.

— Ты все не так поняла. Мы столько прожили вместе, так изучили друг друга, что стали практически одним целым… — говорил на автомате Кирилл Кириллович. Он чувствовал, что говорит что-то не то и не так, но в силу инерции остановиться уже не мог. — А как можно изменить самому себе?

— В жизни всякое бывает… — холодно ответила Нелли, не поворачивая головы в его сторону.

Похоронных дел мастера бросали лопатами землю. Она гулко стучала по крышке гроба.

И тут Кирилл Кириллович понял, что он тоже хоронит свою любимую куклу. Эта кукла умела разговаривать простуженным голосом, смеяться солнечными зайчиками и сыпать разными занятными глупостями…

— Прости меня, — тихо и уже совершенно другим тоном сказал Кирилл Кириллович.

— За что? Ты же ни в чем не виноват, — равнодушно ответила жена.

— Виноват. Мы столько прожили вместе… а я ни разу не подарил тебе трусы или бюстгальтер… Я даже не знаю размера твоей груди…

Нелли еле заметно улыбнулась:

— Даша сказала мне — ты приказал избавиться от кошки.

— При чем тут? — не понял Кирилл Кириллович.

— Думаю, нам надо забрать ее себе.

— Что, домой?

— Ты против?

— Нет-нет, как раз сам хотел предложить…

— Вот и отлично.

На кладбище стало одной могилой больше. Рабочие прихватили лопаты и ушли. Аркадий Романович аккуратно установил несколько венков из перевитых траурными лентами еловых веток.

Инна поежилась от холода.

— Я вот что подумал, — сказал ей Аркадий, — может, слетаем куда-нибудь на выходные?

— Слетаем?

— Ну да. Куда-нибудь к морю, в Грецию, в Испанию, в Италию?

— Ты знаешь, боюсь, не смогу.

— Почему?

— Ксюше назначили переэкзаменовку. Я должна с ней позаниматься и еще написать большой реферат по Румынии к понедельнику…

— А не махнуть ли нам на пару дней в Румынию?

— В Румынию?

— Да. Возьмем Ксюшу… Что толку изучать географию по учебникам? Там и реферат напишете. Кстати, в Румынии есть море?

— Не знаю. Тамара Сергеевна, — обратилась Инна к Табуретке, — простите, не подскажете: в Румынии есть море?

Тамара Сергеевна улыбнулась:

— Да, на востоке Румыния омывается Черным морем. Протяженность морских границ двести сорок четыре километра. Климат умеренно континентальный…

— Спасибо, — сказала Инна и посмотрела на Аркадия. — Действительно, почему бы и нет?

У Кирилла Кирилловича зазвонил телефон. Он взглянул на дисплей и сбросил звонок.

— Кто это был? — спросила Нелли.

— Неважно, — ответил Кирилл Кириллович. — Как думаешь, может, мне купить новый телефон?

— Зачем? Хороший телефон…

— Может, мне сменить имидж?

Нелли с подозрением заглянула мужу в лицо.

— Не надо… Пусть все остается так, как есть.

Кирилл Кириллович замороженным взглядом смотрел на могилу:

— Да, пожалуй, ты права…

— Давайте поедем куда-нибудь помянем Долли по-человечески, — предложил Аркадий Романович. — Машина ждет.

Все направились к большому черному лимузину.

Даша подошла к Ираклию:

— Если тебе будет грустно и захочется поговорить, позвони мне, ладно?

— Спасибо, — сказал Ираклий, выдохнув паром. — Что ты делаешь сегодня вечером?

Инна взяла Аркадия под руку.

— Прекрасные похороны, — сказала она. — Ты у меня такой молодец.

Аркадий поцеловал ее в щеку:

— Это моя работа. А вот кто на самом деле молодец, так это ты, — он огляделся по сторонам. — Здорово придумала. Теперь, кажется, все успокоились и никто ничего не заподозрил…

Они заговорщицки улыбнулись друг другу и направились к машине.

Когда все заняли места в лимузине, Жора обратился к Аркадию:

— А что, Аркадий Романович, не хотите заказать нам рекламный ролик погребальных услуг? Есть у меня одна неплохая идея…