Сказки для Марты - Дмитрий Дейч

С о к р а т. Верно. Я сам не сказал бы лучше.

Ф е д о н д. Какой же смысл в том, чтобы жить человеческой жизнью, заточая душу в телесные оковы? Если тело причиняет душе такой урон, не проще ли было бы ей вовсе не рождаться в человеческом облике, а обитать там, где ей лучше всего, не посягая на смертное и тленное?

С о к р а т. Хороший вопрос, клянусь Зевсом. Но я не стану отвечать на него, поскольку вижу, что ты сам готов ответить.

Ф е д о н д. Боюсь, Сократ, я разочарую тебя, ибо сейчас поведу себя вовсе не так, как полагается философу. Оправдание мне только одно: я не навязывался к тебе в собеседники, и не моя вина, что я принимаю вещи по-иному, не так, как привычно тебе.

С о к р а т. Говори же, Федонд!

Ф е д о н д. О том, что я сейчас скажу, мне поведала моя музыка, и никакие рассуждения и доказательства, даже если бы они и были у меня, не сумели бы убедить меня лучше. Послушай, Сократ: душа воплощается в теле затем, чтобы одухотворить его. Тело - вовсе не обуза души, но её научение. Нам нужно быть с телом заодно, нужно сделать его верным инструментом души - так, чтобы когда придёт пора расставаться с ним, мы оставляли бы его без сожаления - но не потому, что оно нам противно, а потому, что оно преобразилось, и вместе с тем - окончило свои земные труды. Но вот то, что не подчиняется осмыслению и пониманию, и поэтому, кажется, не может стать предметом рассуждения: я вижу, что тело и душа - едины и единосущны. Выходит, вопреки всякому человеческому разумению: там, где мы видим два, и говорим о двух различных вещах - нужно видеть одно. Более того, то, что нам кажется сделанным из разного вещества - тело и душа, суть - одно. И, умирая, отпуская душу на волю, мы отпускаем вместе с ней наше тело - запечатлённое в душе раз и навсегда, вместе с другими, прежними её телами. Но всего этого я не могу ни объяснить, ни, тем более, доказать.

С о к р а т. Ты поступил очень умно, лишив меня возможности отвечать тебе как философ: ведь по-другому я говорить не умею. Но - ты прав, я сам навязался тебе в собеседники, поэтому готов принять твои слова без всякого разумного обоснования и объяснения - как нечто такое, что пришло тебе на ум сразу, в готовом виде. Ты говоришь, что это сообщила тебе музыка. Я верю, что ты - человек убеждённый, и этого мне довольно. И всё же я задам кое-какие вопросы, чтобы лучше понять тебя, и надеюсь, что ты не откажешь мне в ответе.

Ф е д о н д. Спрашивай.

С о к р а т. Как по-твоему, разделяя представления и вкусы тела, душа ведь неизбежно перенимает его правила и привычки?

Ф е д о н д. Мне кажется, что это всегда происходит поначалу: вспомни как в детстве мы были жестоки и вели себя безрассудно, полностью подчиняясь потребностям тела. Но с течением времени жизнь приводит нас к тому, что душа проникает в тело, пропитывая его своей сущностью - подобно тому как корень дерева проникает в землю, и не душа перенимает повадки тела, а тело - становится духовным и во всём подобным душе. Музыка и танец как раз и относятся к искусствам, способным приблизить нас к этому.

С о к р а т. Но если душа изначально выше грубого тела, чему она может научиться, действуя с ним заодно?

Ф е д о н д. Мы изготавливаем музыкальные инструменты из дерева, мёртвого и косного, но, действуя телесно и душевно, приводим инструмент в такое состояние, что он способен звучать и научить нас музыке. Так же и душа, овладевая телесной наукой, учится искусству пребывания в мире, но если душа полагает тело негодным и дурным, то это сродни тому, как если бы музыкант полагал бы свой инструмент убогим только потому, что ему не хватило любви и терпения учиться музыке.

С о к р а т. Несмотря на то, что слова твои звучат странно, и особенно в той части, где ты говоришь о единосущии души и тела, в главном мы с тобой, кажется, согласны: о нас пекутся и заботятся боги и потому мы, люди - часть божественного достояния. Твои слова вселяют надежду: ведь если душа не успела научиться обращению с телом в этой жизни, она непременно сделает это в следующей. Теперь, если тебя не утомили эти разговоры, я бы хотел послушать как ты играешь.

С и м м и й. Привратник говорит, что корабль с Делоса прибыл.

С о к р а т. Стало быть, завтра меня отравят. И, конечно, здесь соберутся все, кто любит меня и знает. Так что поговорить ещё будет время. Сегодня же я хотел бы слушать музыку, и не говорить больше ни слова.