Дневник незначительного лица - Георг Гроссмит

Свадьба Дейзи Матлар и Марри Шика. Исполняется мечта моей жизни. Мистер Джокер принимает Люпина к себе на службу

20 МАРТА.

Поскольку сегодня Дейзи Матлар должна сочетаться браком с Марри Шиком, Люпин решил закатиться с приятелем на весь день в Грейвсенд. Люпин ужасно страдает из-за своей истории, хоть и уверяет, будто рад, что все это кончилось. Я желал бы только, чтоб он не стал таскаться по мюзик-холлам, но ему же слова не скажи. В настоящую минуту он изводит меня, на весь дом распевая какой-то вздор: «Что с мистером Гладстоном? Все хорошо! Что с нашим Люпином? Все хорошо!» Мне лично кажется, что ни про одного из них этого не скажешь. Вечером пришел Тамм, и главной темой разговора была свадьба Дейзи Матлар с Марри Шиком. Я сказал, что рад такому обороту дела, ибо эта Дейзи только выставила бы Люпина полным идиотом. Тамм, со своей обычной деликатностью, ответил:

— О, мастер Люпин может себя выставить полным идиотом и без посторонней помощи.

Тут Кэрри совершенно справедливо обиделась, и у Тамма хватило ума извиниться.

21 МАРТА.

Сегодня я кончу-таки мой дневник, ибо это счастливейший день в моей жизни. Мечта моих последних нескольких недель — да что я! Многих лет! — осуществилась. Сегодня утром я получил записку от мистера Джокера с просьбой привести Люпина с собою в должность. Я пошел к Люпину; бедный мальчик был ужасно бледен и сказал, что у него безумно голова болит. Вчера в Грейвсенде он долго катался на лодке по Темзе, а сдуру не захватил с собой пальто. Я показал ему письмо мистера Джокера, и тут же он вскочил с постели. Я умолял его не напяливать на себя ничего пестрого и яркого, а надеть что-нибудь черное или хотя бы потемней.

Кэрри, читая письмо, дрожала от волнения, а потом только все повторяла:

— Ох, я надеюсь, все будет хорошо!

Лично я почти ничего не мог есть за завтраком. Люпин спустился, одетый в точности как надо, настоящим джентльменом, только очень бледный. Кэрри, чтобы его ободрить, сказала:

— Ты выглядишь прекрасно, Люпин!

Люпин ответил:

— Хоть сейчас на сцену, а? Младший служащий самого лучшего, самого шикарного похоронного бюро в Сити, собственной персоной.

И он горько расхохотался.

Чуть позже из прихожей послышался страшный шум, это Люпин кричал на Сару и требовал, чтобы она принесла сверху его старую шляпу. Я пошел посмотреть, в чем дело, и увидел, что Люпин пинает ногами и топчет новую свою шляпу. Я сказал:

— Люпин, мальчик мой, что ты делаешь? Как тебе не совестно? Какой-нибудь бедняк был бы счастлив иметь такую вещь.

Он ответил:

— Я никакого бедняка не стал бы оскорблять, всучив ему такую вещь.

Когда он вышел, я поднял несчастную шляпу и увидал внутри: «Сделано у Шика». Могу понять своего сына и простить. Казалось, мы добирались до службы целую вечность. Мистер Джокер послал за Люпином, и тот пробыл у него чуть ли не целый час. Вернулся он, мне показалось, с убитым видом. Я спросил:

— Ну, Люпин? Что же мистер Джокер?

В ответ он запел эту свою песню:

— Что с мистером Джокером? Все хорошо!

И внутренний голос подсказал мне, что мой мальчик принят. Я пошел к мистеру Джокеру, но ни слова не мог выговорить. Он первый заговорил: