Идеальный помощник - Марина Орлова

Забираем у этого цыплёнка ненужную ему больше железку, взваливаем на плечо и тащим к Эрику. Что, не ожидал такого, придурок с гранатой? Что ты орёшь и лупишь меня по почкам – не хочешь быть вкусным цыплёнком? А кто ж тебя спрашивать-то будет. Раньше думать надо было, до того как решил оставить меня без подразделения.

Эрик ещё дышит, хотя на каждом вдохе хрипит, а на выдохе – на губах прибавляется красных капелек. Ничего, помощник, держись! Режем цыплёночку горло, а на десерт – моя кровь. Я теперь сытый, могу поделиться – и после этого явно чувствую, что Эрику лучше. Пора строить планы на будущее.

Первая задача – спрятаться. Вторая – найти связь. Корабль наш выгорел основательно, передатчики не работают. Сюда, конечно, направят проверку, но я не могу сидеть и ждать их посреди пустыни. Следовательно, нужно найти другой передатчик, а там уж нас подберут или свои, или полицейский патруль. Всё элементарно! Сделаю в два счёта.

От куртки Эрика мало что осталось, но броник почти целый, повезло – он хоть и тонкий как водолазка, но теплоизоляцию даёт достаточную. Осталось только придумать что-нибудь с перевязкой, я же не могу волочь моего ценного помощника внутренностями по земле.

Пробежавшись по окрестностям, собираю наименее грязную одежду и накручиваю на нижнюю часть Эрика – теперь он выглядит как наполовину мутант, наполовину гусеница, результат экспериментов безумного учёного. Главное, что кровотечение остановилось, и, надеюсь, эта импровизированная перевязка поможет и дальше сохранить его в таком состоянии. Без кровавых следов на каменистой почве нас будет сложно выследить, и дополнительный бонус: без ног – а главное, без армейских ботинок! – Эрик очень лёгкий. Повезло мне.

Для начала нужно добраться вон до той скалистой гряды – всего-то пара километров, я легко это сделаю. Ну ладно, пять. Всё равно близко. Чёрт, с раненым, по открытой местности… И долбаные карабины на тряпках, которыми я его обернул, так и норовят расстегнуться… Что за мудаки поставляют одежду в армию – один небольшой взрыв, и эта сучья фурнитура уже оплавилась! Да я бы этих уродов – вместе с теми, кто подписал им контракт на поставку, – подвесил на этих самых карабинах над пропастью, чтобы прочувствовали, какой уровень надёжности требуется.

Ладно, нормально, и не из такого выбирались. Там дальше уже начинаются настоящие горы, спрячемся в лучшем виде. По скалам лазать я умею с детства. И, судя по островкам зелени, там может быть еда.

Итак, горы, ждите меня!

***

Уф, наконец-то на месте. Можно распластаться в темноте, на холодных камнях, и отдышаться, хватая ртом воздух. Такой же мерзкий, как и всё на этой планете, – его постоянно не хватает. Вот же занесло нас на мою голову… Рёбра колет мелким каменным крошевом, даже через броник чувствуется. И всё-таки хорошо быть живым.

Ещё повезло, что у меня нет клаустрофобии, хотя лежать в малюсенькой расщелине, уходящей глубоко в скалу, не особенно приятно. Стоит вообразить все эти тонны камня сверху – так и ждёшь, что они вот-вот рухнут и сплющат нас в двумерные фигуры. Ладно, хватит думать об этом.

Зато отличное убежище: неприметный лаз в глубине, в стороне от гораздо более удобных – и потому очевидных вариантов. Нет уж, мы лучше скромненько.

Труднее всего было затащить сюда Эрика – заняло целый час.

Для начала я уложил его на свою куртку рядом с расщелиной, а сам пополз на разведку. Чем дальше, тем более стыло и непроглядно – как каменный холодильник.

Убедившись, что места в одном из тупиков хватит для нас двоих, а по дороге нет ничего опасного, вернулся и тут же пополз обратно – на этот раз ногами вперёд, подтаскивая за собой куртку с Эриком. Нащупывать путь ногами сложнее, а свёрток из помощника так и норовил развалиться – приходилось тянуть то с одной, то с другой стороны. Пока дополз, семью потами изошёл. После этого лежать на холодненьком даже приятно, хотя ясно, что это ненадолго, – справочник показывает, что скоро стемнеет, значит, температура упадёт.

Зато мы ещё живы. Ну, мне-то что, со мной и так всё в порядке. А вот Эрик лишь бы продержался до больницы – уж там ему пришьют новые ноги, от зайчика или ещё какого кузнечика. Хм, представляю, что получится на выходе… Ладно, шутка, у него вырастут собственные, хотя, как я слышал, процесс это медленный, мучительный, требует круглосуточного переливания крови и тонну обезболивающего.

А сейчас медикаментов у нас нет – я, идиот эдакий, так торопился сбежать, что забыл поискать хоть что-нибудь среди обломков корабля. И пока я обустраивал Эрику «гнездо», подпихивая одеждой со всех сторон, он ещё и очнулся – вскоре это стало заметно по напрягшимся мышцам под моими руками и стуку зубов. Чёрт. Конечно, хорошо, что он жив, но без обезболивающего от таких повреждений рехнуться можно – вот и он, видимо, так сдурел от боли, что вцепился мысленно в моё сознание и стал требовать, чтобы я его выпил. Где-то я уже это слышал.

«Ты сам знаешь, что я этого не сделаю».

«Потому что ты идиот» – надо же, в его сознании чувствуется даже искра злости. Отлично, злость помогает держаться.

«От идиота слышу. Можешь хоть сдохнуть, но твои требования я выполнять не собираюсь».

«Очень смешно» – и Эрик обиженно замолкает, только зубы в темноте стучат.

Тоже придумал – оскорбляться из-за того, что я не хочу его убить. Суицидник хренов. Ну, зато на фоне всех его повреждений голова работает на удивление хорошо – дурная, конечно, но на привычном уровне. Это успокаивает. Как и яркие огоньки его глаз в темноте.

Раз я отлежался, пора идти за едой. Местные угрёбыши точно не имеют летающих аппаратов – ни самолётов, ни спутников, – так что если я аккуратно поохочусь в горных низинах, не увидят. Эх, а ведь если бы мы засекли что-то подобное, я бы первый настаивал на дистанционной бомбёжке, и мы с помощником не оказались бы сейчас в такой заднице – чёрной и холодной как могила. Однако и в этом есть плюс: раз у аборигенов нет спутников для связи, значит, должно быть много мощных и при этом портативных передатчиков. Нам достаточно найти всего лишь один.

Свой бронежилет я тоже сунул под спину Эрика, чтобы создать максимальную прослойку между телом и камнями, поэтому ползать туда-сюда стало ещё веселее: чёртово крошево царапает пузо и щедро набивается под футболку. Надеюсь, она не порвётся от этого, не хватало мне тут вообще голым скакать.

Что безусловно радует – здесь оказалось достаточно еды. Растительность я придирчиво обнюхал – выглядит и пахнет знакомо, с Земли привезли, – однако слишком уж терпко, пробовать не решился. Мясо безопаснее, поэтому, разведав окрестности, я открыл сезон охоты на горных козлов, тут и там укладывающихся спать.

Поскакать за ними я могу, однако таскать эти брыкающиеся туши с острыми рогами к Эрику не получится – тем более что в нашу узкую расщелину их и не пропихнёшь, поэтому пищевая цепочка такова: козлы – я – помощник. Он, конечно, демонстративно недоволен, но когда чувствуешь кровь на губах, трудно придерживаться идеалов: она ведь не только еда, но и лекарство, после кормёжки Эрик ощутимо расслабляется, перестаёт дрожать в ознобе.