Операция «Багратион» - Владислав Гончаров

Стремительный темп наступления позволил нашим войскам перерезать все коммуникации противника раньше, чем немецкое командование смогло ими воспользоваться для отхода и организовать оборону на подготовленном рубеже по реке Западная Двина и в межозерном дефиле южнее озера Сарро.

7. 43-й армии в ходе наступления своим правым флангом пришлось форсировать такой труднопреодолимый водный рубеж, как река Западная Двина. Решающую роль в успешном выполнении этой задачи сыграло неотступное преследование отходящего противника, своевременное выдвижение передовых отрядов на автотранспорте, тщательная подготовка войск к форсированию, заблаговременная заготовка и доставка подручных средств, а также инициативные и энергичные действия отдельных командиров рот и батальонов в захвате плацдармов. Вместе с тем опыт форсирования Западной Двины частями 43-й армии показал, что нельзя допускать отставания переправочных средств. Они должны быть тем ближе к действующим войскам, чем хуже дороги в полосе наступления. Для обеспечения быстрого передвижения переправочных парков к переправам по плохим дорогам необходимо каждому парку (НЛП и Н2П) придавать по одному инженерному батальону.

8. В окружении витебской группировки немцев основной особенностью являлось то обстоятельство, что оно осуществлялось общевойсковыми соединениями без участия крупных танковых и механизированных сил, являясь, таким образом, частным случаем современной операции на окружение. Такой способ окружения вражеской группировки обусловливался тем, что район боевых действий находился в лесисто-болотистой местности, а также тем сравнительно небольшим расстоянием, которое должны были преодолеть ударные группировки для замыкания кольца окружения (18 км для 60-го стрелкового корпуса 43-й армии и 22 км для 5-го гвардейского стрелкового корпуса 39-й армии). В этих условиях решающее значение приобретало уменье войск маневрировать в лесисто-болотистой местности, стремительность и быстрота наступления пехоты и устойчивое управление войсками во всех звеньях.

9. В уничтожении витебской группировки немцев характерно было расчленение ее на две изолированные одна от другой части еще до завершения полного окружения.

Планом операции соединение частей 43-й и 39-й армий намечалось в районе Гнездиловичи. В ходе боев 5-й гвардейский стрелковый корпус, встретив упорное сопротивление в районе Островно, нанес два удара в расходящихся направлениях: двумя дивизиями (17-й и 91-й гвардейскими) на Камары и Дорогокупово и одной дивизией (19-й гвардейской) на Гнездиловичи. В результате этого умелого и своевременного маневра вражеская группировка, начавшая 24 июня отход из Витебска на Бешенковичи, была рассечена, причем большая ее часть оказалась захлестнутой в районе юго-западнее Витебска. В дальнейшем это обстоятельство значительно облегчило быструю ликвидацию врага.

Следует также отметить, что успешное форсирование реки Западная Двина и расширение захваченных плацдармов войсками 6-й гвардейской и правого фланга 43-й армий, а также выдвижение трех дивизий 5-й армии (3-го Белорусского фронта) на рубеж Бутяжи, Синяны оперативно прочно обеспечивали ликвидацию окруженного противника.

10. Координация действий 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов на протяжении всего наступления наших войск в Белоруссии, в том числе и в период борьбы за Витебск, проводилась на месте представителем Ставки Верховного Главнокомандования.

Связь взаимодействия между фронтами и армиями осуществлялась через специально созданные радиосети и проводными средствами. В ходе развития Витебской операции связь между взаимодействующими армиями поддерживалась радиостанциями РБ — офицерами связи, а в необходимых случаях и через штабы фронтов.

11. Витебская группировка противника, еще задолго до наступления наших войск находилась в охватываемом положении.

В этих условиях удержать витебский плацдарм можно было только при сильной обороне на флангах и наличии крупных оперативных резервов. Ни того, ни другого у противника не оказалось. Находившуюся в районе Лепеля 95-ю пехотную дивизию, которая могла принять участие в борьбе за Витебск, противник бросил в бой по частям, и при стремительном развитии наступления существенного влияния на ход событий она не оказала. Других войск для заблаговременного занятия оборонительных рубежей в глубине немецкое командование на витебском направлении не имело.

Решение на отход, принятое командиром 53-го армейского немецкого корпуса, было запоздалым, так как уже 23 июня обе ударные группировки наших войск, прорвав оборону противника и развивая успех в сходящихся направлениях, создали реальную угрозу окружения.

Благодаря стремительности наступления наших войск управление в частях и соединениях противника было нарушено в первый же период боя, а последующий выход на коммуникации и расчленение витебской группировки окончательно деморализовали врага. Все предпринимаемые немцами контратаки в большинстве случаев отличались неорганизованностью и только увеличивали и без того огромные потери.

Захваченный при разгроме витебской немецкой группировки командир 53-го армейского корпуса генерал пехоты Гольвитцер в своих показаниях так оценивал Витебскую операцию наших войск:

«Это была красивая и талантливая военная операция. Русская армия распознала наши слабые позиции, и наступление было предпринято так, как я всегда ожидал. Русские разгромили два бедра, на которые опирался наш корпус, т. е. примыкающие к нашему корпусу 6-й и 9-й корпуса. Можно сказать, что русские своей победой в районе Витебска сделали большую брешь в нашей линии фронта, уничтожив всю 3-ю танковую армию, состоявшую из 6-го, 53-го и 9-го армейских корпусов».