Русские эсэсовцы - Иван Ковтун

В ночь на 1 мая 1942 года штурмовая группа в составе отрядов «За власть Советов» и «Большевик» под командованием Дорофеева предприняла очередной штурм деревень, увенчавшийся на этот раз успехом, поскольку действия коллаборационистов были парализованы восставшей в этот же момент подпольной группой Гапеенкова[544]. Согласно мемуарам Д.В. Емлютина, в штурме участвовали также отряд имени Калинина и три «группы самообороны»[545]. Чекист В.А. Засухин, видимо, занижая действительную численность штурмовой группы, вспоминал: «В ночь на 1 мая, имея пароль и отзыв, которые нам сообщил тов. Машуров, мы небольшой группой, примерно в шестьдесят человек, зашли в эти села, сняли постовых без единого выстрела, обезвредили караульных, а потом начали собирать остальных изменников Родины, в чем нам уже помогали обезоруженные солдаты».[546]

В результате операции партизаны овладели Тарасовкой и Шемякино, захватили 150 пленных (по другим данным — 264), более двадцати 45-мм и 76-мм орудий, 18 станковых пулеметов, 4 миномета, огнемет, 284 винтовки, один танк и другое вооружение и военное имущество[547]. По утверждению пропаганды «каминцев», советские патриоты устроили расправу над милиционерами, их женами и детьми: «Партизаны замучили и расстреляли 115 человек местных жителей, в том числе много женщин и детей, причем половина этих жертв была подвергнута мукам и издевательствам: своим жертвам бандиты сначала отрубали пальцы рук и ног, выкалывали глаза, прокалывали шомполами уши, а через несколько дней совершенно измученных, истекавших кровью, уже полумертвых, расстреливали»[548]. Согласно документам народных мстителей, они казнили 57 полицейских, а мирных жителей никто якобы не трогал[549].

3, 6 и 8 мая части «народной милиции» под командованием заместителя бургомистра Г.Н. Балашова пытались безуспешно штурмовать Тарасовку и Шемякино. Лишь 11 мая при поддержке пяти самолетов и двух бронемашин «каминцы» (около 500 бойцов) освободили деревни, потеряв в боях 30 человек убитыми и ранеными. В плен попал командир Кокоревского партизанского отряда В.В. Чечерин, который был приговорен военно-полевым судом к смертной казни. Приговор привел в исполнение командир бронедивизиона капитан Ю.Ф. Самсонов, отрубивший партизану голову саблей. Экзекуция состоялась при большом скоплении жителей села Красный Колодец[550]. «Зверства» партизан были освещены в прессе автономии (15 июля 1942 года в локотской газете «Голос народа» была опубликована статья «Жуткие тайны Кокоревского леса»).

В. Макаров и В. Христофоров полагают, что казнь жителей Тарасовки и Шемякино устроил сам Каминский, так как все, кто проживал в этих деревнях, перешли на сторону партизан. Бургомистр якобы организовал карательную акцию, расправился с семьями «предателей», а затем, чтобы озлобить народ, провел фальшивое расследование с целью приписать все зверства партизанам[551]. Подобную трактовку событий в принципе исключить нельзя. 31 января 1943 года «Голос народа» прямо назвал указанные события «предательством Тарасовки и Шемякино»[552]. Вместе с тем было бы наивно полагать, что и партизаны в условиях смертельной схватки с врагом «не были способны» на жестокие и бесчеловечные действия (многочисленные факты такого рода подтверждаются донесениями особистов партизанских формирований)[553].

К концу апреля 1942 года в рядах народной милиции несло службу около 2000 человек (еще в марте был сформирован 4-й батальон[554]). В конце мая 1942 года тяжелые бои шли недалеко от населенных пунктов Алтухово, Красный Пахарь и Шешуево. Была уничтожена основная часть Кокоревского отряда. Были разгромлены Крапивенский, Шешуевский, Алтуховский (командир Ямбулатов, комиссар Бобылев[555]), Вздруженский (командир Гаврилин, комиссар Васькин[556]) отряды. Партизан из брасовского отряда «За Родину» рассеяли. «Каминцы» захватили три 45-мм и два 76-мм орудия, четыре пулемета «Максим», шесть ротных и два батальонных миномета, много боеприпасов[557].

В течение весны — лета 1942 года милиции удалось разбить Глыбоченский (командир Хлюстов, комиссар Костромин), Святовский (командир Волков, комиссар Зяблов), Салтановский (командир Кузнецов, комиссар Щербин) отряды, а Сидоровский отряд (командир Юмашев, комиссар Мирошин) понес тяжелые потери. Эти формирования подчинялись головному отряду «Смерть немецким оккупантам», под началом которого было 11 партизанских подразделений. К моменту, когда на базе отряда «Смерть немецким оккупантам» стала формироваться одноименная бригада, из одиннадцати отрядов, ранее действовавших в Навлинском и Брасовском районах, осталось пять[558].

Успехи Каминского в борьбе с партизанами произвели на немцев весьма благоприятное впечатление. Неслучайно в марте 1942 года в подчинение Локотскому самоуправлению были переданы Суземский и Навлинский районы. В мае того же года Локотский район был преобразован в уезд, в составе Суземского, Навлинского и Комаричского районов Орловской области, а также Дмитровского района Курской области[559].

Надо отметить, что широкое распространение получило мнение о том, что «в результате мощного подъема всенародного партизанского движения к весне 1942 года с огромной территории были изгнаны немецко-фашистские захватчики и создан партизанский край». Территория этого «партизанского края», по утверждению ряда авторов, простиралась с севера на юг до 140 км, с запада на восток — до 100 км. Называются и «пограничные пункты» этой «партизанской республики»: на севере — в трех километрах южнее железной дороги Брянск — Гомель, на востоке — в трех километрах западнее железной дороги Брянск — Навля и далее по рубежу населенных пунктов Борщево, Шемякино, Игрицкое, Голицыно. На юге — по рубежу населенных пунктов Избичня, Чемлыж, Полевые Новоселки, Голубовка, Знобь, Собичи. На западе — по рубежу населенных пунктов Сосновое Болото, Выползово, Радутино, Бороденка, Глыбочка, Васильевка. Таким образом, весной 1942 года лесные солдаты якобы контролировали практически всю территорию Локотского автономного округа.