Сыграй еще раз, Сэм - Майкл Уолш

Когда они подъехали к центру Старого города, Ильза вдалеке услышала музыку. Как неуместно. Сердце Ильзы било, как молот, когда она с притворной радостью обратилась к Гейдриху.

— Как чудесно! — воскликнула она. — Что это?

Гейдрих метнул в нее короткий взгляд.

— Это мой личный военный оркестр, посланный по моему распоряжению из замка приветствовать вас, — ответил он. — Откуда им знать, что сегодня утром я изменил маршрут.

Он встал во весь рост — машина приближалась к Староместске Намести, центральной площади Старого города. В боковых улицах скопилась тьма народу — явились посмотреть на имперского протектора во плоти. Гейдрих стоял прямой как палка, вытянув правую руку. Прохожие останавливались и в изумлении глазели на великого человека, Ильза слышала в толпе крики «Хайль Гитлер!».

— Смотри, как мой народ любит меня! — ликовал Гейдрих.

— Не больше, чем я! — в отчаянии крикнула она и схватила его за руку. — Если вы меня тоже любите хоть каплю, избавьте меня от вида смерти Виктора Ласло. Я всего лишь слабая девушка, непривычная к крови и страданиям, и я не хочу опозорить моего протектора на Чеховом мосту каким-нибудь проявлением слабости. — В ее голосе звенела тревога. — А если вдруг что-то случится с вами, я этого не вынесу! Пожалуйста! Умоляю вас!

7:56. Машина Гейдриха проезжала через площадь. Можно свернуть на Парижску и поехать через Йозефов к Чехову мосту или прямо по Платнерской улице к реке, налево у Клементинума, потом направо к Карлову мосту и дальше прямо до самого конца.

— Прошу тебя, Рейнхард, — сказала Ильза. — Поедем по Карлову мосту. Дай мне услышать музыку и насладиться твоей славой. Вчера вечером я была дурой, отвергнув любовь такого человека. Теперь я это понимаю. Сегодня все будет по-другому, обещаю. Убей их всех, только не у меня на глазах. Умоляю тебя!

Все еще стискивая его руку, Ильза взглянула на Гейдриха. Он смотрел прямо вперед.

Музыка зазвучала громче.

Ильза успела бросить взгляд на часы. Машина опаздывает на шесть минут.

Гейдрих слегка сжал Ильзину руку и отрывисто скомандовал водителю.

— Избавить прекрасную женщину от зрелища смерти — поступок, достойный настоящего немецкого аристократа, — сказал он.

«Мерседес» выехал с площади прямо.

— Спасибо, Рейнхард, — сказала Ильза, наконец переводя дыхание.

И засмеялась безудержно и истерично; все напряжение, все страхи разом вырвались на волю.

Машина свернула налево на Крыжовницку.

Ильза хотела что-то сказать, и тут до ее ушей донесся слабый, едва слышный хлопок.

Гейдрих рефлекторно потянул воздух своим длинным носом борзой, вынюхивая пороховой дым. Ему знаком этот звук, знаком этот запах, и он понимал, что они означают.

Он грубо рванул левую руку из Ильзиных пальцев. А правой потянулся вниз — расстегнуть кобуру.

— Что это? — спросила Ильза.

Она крепко стиснула его руку, чтобы вывести из равновесия. Если пришло время умереть, она готова. Только быстро.

— Выстрел, — ответил Гейдрих.

* * *

Не успев услышать выстрел, Рик увидел, как Рено рухнул на тротуар. Рик мгновенно понял, что его друг мертв. Но горевать некогда. На это будет довольно времени после. Или никогда — это уж как получится.

Он бросился бежать, со всех ног бросился по мосту к Клементинуму.

Большая машина свернула налево. Машина Гейдриха. Черт бы подрал этого гада! Ведь его предупреждали!

Скорей, скорей. Перекресток уже близко. Рик почти добежал. Добежал. Господи, только бы в этот раз не опоздать. Только бы не опоздать.

Рик увидел тело капитана в канаве, в луже крови.

Увидел Гейдриха, стоящего в машине: правая рука нащупывает оружие у пояса, ноздри раздуты, как у дикого зверя, глаза расширены, обшаривают улицы — откуда опасность?