Испытание войной - выдержал ли его Сталин? - Борис Шапталов

Обязательным местом в советской историографии была фраза о том, что на вермахт работала экономика пол-Европы, а сама Германия превосходила СССР по выпуску стали, чугуна, электроэнергии… Но сравним итоговые цифры производства вооружений.

В 1940 г. – 10 250 самолетов, а также около 2 тыс. танков, около 5 тыс. орудий калибром от 75 мм. В кинофильмах, посвященных 1941 г., немецкие солдаты поголовно бегают с автоматами, но цифры опровергают этот расхожий стереотип. В 1940 г. германские оружейные заводы произвели всего 175 тыс. автоматов. В 1941 г. уже больше, но явно недостаточно, чтобы вооружить всю армию – 325 тыс. штук.

В 1941 г. производство оружия в Германии несколько возросло, причем руководство страны считало, что намного. Было выпущено 11 030 самолетов, из них 9540 боевых; 3806 танков и САУ (в том числе 1366 танков и 255 штурмовых орудий в первом полугодии); 7092 орудия калибром 76 мм и выше; 4230 минометов.

Ну а чем отвечала советская промышленность?

В 1941 г. советская военная промышленность выпустила 15 735 самолетов. Одних только сверхсовременных танков Т-34 и КВ – 4300 единиц, что превысило всю произведенную в Германии бронетехнику вместе с танкетками и тихоходными и небронированными штурмовыми орудиями. Казалось бы, шансов у германских танковых войск не было никаких. А неутомимая советская промышленность на 7 тыс. орудий среднего и крупного калибра, произведенных немцами за весь 1941 г., только во втором полугодии дала армии 6520 76-мм орудий. Минометов выпустила в 10 (!) раз больше, чем противник – 42 300 штук и опять же только во втором полугодии 1941 г. А всего за год более 53 тыс. минометов! Тяжело должно было прийтись немецкой пехоте против такой силы.

И все это обилие войска получали, несмотря на потери огромных производственных мощностей. Но отсюда возникает вопрос: куда же девалась эта прорва высококачественного оружия, насколько эффективно распоряжались в Красной Армии золотыми плодами Тыла?

Не сомневаясь в необходимости вступления в новую мировую войну, Сталин считал наращивание военной мощи страны первостепенной задачей. На эти цели расходовались основные средства госбюджета, и фактически экономика страны уже в 1940 г. вступила в состояние мобилизационной готовности, что и предопределило взлет производства вооружений после начала войны.

Написана целая библиотека книг, сравнивающих тактико-технические характеристики германского и советского оружия. Детальный анализ показывает, что Красной Армии было чем воевать. И когда читаешь сочинения, принижающее качество советской техники, вспоминается аналогичная идеологическая обработка общественного мнения в 1990-е гг… Тогда также десятками «экспертов» доказывалось, что советская промышленность может производить лишь хлам. Под эту песню была уничтожена треть промышленного и значительная часть научного потенциала России. На зачищенное пространство иностранные государства скинули массу залежалых и некачественных товаров, заработав на секонд-хенде и поделках китайских и турецких «мастеров» сотни миллиардов. Теперь этих «знатоков» нельзя привлечь даже к моральному суду: и времени прошло достаточно, и ситуация с тех пор изменилась не намного в лучшую сторону. Сподобимся ли мы поумнеть сейчас и поймем ли, что наша промышленность не хуже других? Все зависит от того, как ею управляют. Во времена Сталина она управлялась на мировом уровне. Другое дело, что на первом этапе войны не удалось с умом распорядиться имеющимся потенциалом.

Не так уж и плохо, как это представлялось десятилетиями, обстояло дело и с соотношением вооруженных сил противостоящих сторон.

Советская официальная историография придерживалась следующей версии.

К 22 июня 1941 г. Германия и ее союзники сосредоточили у границ СССР сухопутные вооруженные силы численностью 3,3 млн человек, 4900 самолетов всех типов (из них 1 тыс. союзников), около 3,7 тыс. танков и штурмовых орудий, около 40 тыс. орудий и минометов. Более точных данных советские историки почему-то дать не могли, и потому в литературе «гуляли» разные цифры. Так, «История Великой Отечественной войны» называла достаточно верную цифру наличия танков у войск вторжения – 3410, а в «Истории Второй мировой войны» число округлили до 4000 и, присовокупив 260 танков немецких союзников, получили 4300 танков (т. 4, с. 21). Конечно, лишняя тысяча в таком деле, как борьба с Красной Армией, не помешала бы, но как быть с истиной? Зато если «ИВОВ» завысила цифру орудий и минометов у противника до 50 тыс., то «ИВМВ» великодушно опустила ее до 47 200: 42 тыс. у вермахта и 5200 у союзников (там же). Зато оба официальных издания безбожно увеличили численность армии вторжения, включив в нее 1200 тыс. человек из ПВО и ВВС, доведя личный состав противника до 5,5 млн человек. Тогда как советские войска западных приграничных округов определялись в 2,6 млн человек с 37,5 тыс. орудий и минометов (без 50-мм минометов), 1800 средних и тяжелых танков и 1540 самолетов новых типов. Все, подсчет закончен. На основе этих выкладок делался вывод о «значительном превосходстве немецко-фашистских войск».

Конечно, и в советские времена простой арифметический подсчет позволял усомниться в безусловной справедливости официальной версии. Сравним.

Силы вторжения были разделены на три армейские группы: «Север», «Центр» и «Юг». Финская и румынская армии имели свои полосы наступления.

Группа армий «Север» насчитывала 20 пехотных, 3 танковые и 3 моторизованные дивизии, не считая трех охранных, т. е. не предназначенных для боевых действий дивизий. Всего 26 дивизий.

Противостоящие им войска Прибалтийского Особого военного округа имели 19 стрелковых, 4 танковых и 2 механизированные дивизии. Итого 26 дивизий.

В группу армий «Центр» входило 47 дивизий: 31 пехотная, 9 танковых, 6 моторизованных, 1 кавалерийская.

Противостоящий Западный Особый военный округ располагал 44 дивизиями: 24 стрелковыми, 12 танковыми, 2 кавалерийскими и 6 мотопехотными. На этом участке советская сторона уступала немецким войскам только по пехотным дивизиям.

Группа армий «Юг» насчитывала 41 дивизию: 26 пехотных, 5 танковых, 4 моторизованных, 4 легкопехотных, 2 горнострелковых. Силы союзников включали в себя 18 румынских дивизий (всего 360 тыс. человек) и четыре венгерские бригады.