На подступах к Сталинграду - Александр Филичкин

Помогая уставшим коням, спустили их вместе с возком тем же путём. Поставили отдыхать у подошвы холма и взялись за телегу с припасами. Здесь дело пошло веселее. Во-первых, груз оказался значительно легче, а во-вторых, его ещё немного уменьшили.

Сняли с повозки «максим» с бронещитком и станком. К ним прибавили коробки с патронами. Отнесли всё на пригорок. Залили воды в стальной кожух и заправили снаряжённую ленту в приёмную щель.

Вдруг появятся нежданные гости и придётся от них отбиваться? Хоть окопы и не готовы, но и без них пулемёт неплохо работает. Стоит на вершине бугра и может палить во все стороны.

К готовому к стрельбе «станкачу» приставили двух пехотинцев, получивших ранения при обстреле возле оврага. В их задачу входило следить за дорогой, идущей с востока и с запада, и поднять тревогу, как только увидят фашистов. Мало ли с какой стороны фрицы появятся?

Остальные занялись полегчавшей повозкой и справились с делом за десять минут. Подняли её на холм. Выгрузили ящики со снарядами. Разложили их на земле и отвели лошадок к их уставшим сородичам. Пусть отдохнут после тяжёлой работы.

А вот людям не пришлось даже присесть. Два коневода остались с упряжками и занялись измученными животными. Нужно всех осмотреть, как там подковы – в порядке? Если вдруг расшатались, то придётся их быстро снимать. Чистить копыта и снова ковать. Хорошо, что один из бойцов умел это делать и возил весь инвентарь с собой на телеге.

Ещё внимательно посмотреть, не возникли где-либо ранения кожи от сбруи? Тогда смазать потёртости мазью. Напоить, накормить и вообще привести в надлежащий порядок. Вдруг придётся двигаться дальше, а лошадки не способны к поездке?

Другие солдаты прошлись по дворам и собрали подходящий шанцевый инструмент, какой только смогли отыскать. Но если лопат нашлось даже с избытком, то за отсутствием кирок пришлось прихватить пару ломов и пяток топоров.

Сначала взялись за обустройство места для пушки. Во-первых, она в их отряде главная сила, а во-вторых, если фашисты нагрянут прямо сейчас, то на вершине холма могут спрятаться и пехотинцы. Даже не имея укрытий, они окажутся в лучшей позиции, чем фашисты, стоящие у подножия возвышенности. Просто так их снизу вряд ли достанешь.

Бойцы вновь поднялись на холм и стали рыть широкий окоп для орудия. Лейтенант приказал его разместить в двух шагах от крутого обрыва, смотрящего прямо на запад.

Другое укрытие предназначалось для ящиков со снарядами. Оно было чуть меньших размеров и находилось в пяти метрах к востоку. Две круглые ямы углубили почти на полметра. Насыпали вокруг брустверы высотой чуть выше локтя и соединили неглубокой траншеей.

Земля в этом месте давно не видала людей и слежалась так сильно, что обрела прочность неплохого цемента. Пришлось её не столько копать, сколько долбить тупым ломом и рубить топорами. Вбивать в прочный грунт колья для колки дров и отбивать от материнской породы кусок за куском.

Затем пушкари взялись за рытьё индивидуальных укрытий. Из-за того, что почва оказалась до чрезвычайности твёрдой, пришлось ограничиться только щелями глубиною в полметра. Причём они оказались такими узкими, что в них удавалось лежать, лишь вытянувшись, словно струна.

Пехотинцы тоже не остались без дела. Они отправились на невысокий пригорок, где стали обустраивать позицию для себя. К счастью бойцов, земля там оказалась чуть мягче, и ближе к вечеру работу закончили.

Лейтенант спустился с холма. Осмотрел их траншею и остался доволен. По верху бугра шёл окоп, параллельный реке. Он получился длиной метров двенадцать. Вполне достаточно для восьми человек. В середине передней стенки устроили нишу для пулемёта и пары бойцов – стрелка и помощника, подающего ленту.

В задней стене вырыли узкий длинный проход, ведущий к задней части пригорка. По нему можно спуститься с вершины незаметно для фрицев и дойти до ближайшего дома, не попав под пули врага.

Мало ли, зачем это вдруг пригодится? Например, отнести раненых с поля боя. Сходить за водой и патронами или послать весточку артиллеристам, сидящим на соседнем холме.

Правда, для этого нужно будет проскочить через улицу, но там всего метров десять-двенадцать вместе с обочинами. Так что вряд ли кто из фашистов сможет попасть в согнувшегося человека, бегущего во всю прыть.

Два коневода не сидели без дела, а тоже выполняли приказ командира. Проехали на телеге по опустевшей станице. Добрались до уже знакомой копёшки и, отыскав поблизости вилы, погрузили корм в пустую повозку. Привезли в облюбованный раньше сарай и бросили в ясли.

Часть сена доставили к подошве холма и к пехотинцам. Лишь после этого вернулись в конюшню. Выпрягли бедных животных из длинных оглобель. Поставили их к уставшим коням. Обтёрли лошадок от пота и пошли за водою к колодцу. Хорошо, что они имелись в каждом дворе. Так что носить далеко не пришлось.

Солдаты взяли сухую траву, оставленную коневодами, и подняли её на вершину. Раскидали по брустверам и окопам и тем самым скрыли под стеблями перерытую землю. Заодно присыпали ящики со снарядами.

Затем натаскали жердей, вырванных из соседних заборов, и воздвигли над орудием невысокий навес. Сверху натянули рыбацкие неводы, найденные в деревне, и бросили пять-шесть охапок душистого сена. Отчего вся конструкция стала похожа на невысокий стожок.

Павел отошёл в сторону. Глянул на результаты народного творчества и горько подумал: наверно, именно так выглядели передовые посты в те времена, когда Русь защищалась от половцев и прочих монголо-татар. Впрочем, чем они лучше фашистов? Все хотели пограбить людей, а то и продать их в вечное рабство.

Остатки сена и старых сетей пошли на маскировку пригорка. Но и после такого труда люди продолжали работать. Вновь пробежались по хатам и по сараям. Собрали молочные бидоны с крышками, которые удалось отыскать.

Среди прочих находок оказалось немного зерна, ведро прошлогодней картошки и четвертная бутыль с самогоном. Выпивка, как и другие продукты, была спрятана в погребе одного из домов.

«Вино» и продукты принесли на позиции, но пить без разрешения командира бойцы не решились, всё-таки сейчас военное время. Кто его знает, как поведёт себя командир? Может и шлёпнуть в назидание другим.

Отдали питьё и еду лейтенанту. Тот выдернул бумажную пробку, скрученную из старой газеты. Понюхал открытое узкое горлышко. Сморщился от сильного сивушного запаха и отставил в сторонку. Сказал:

– Налью всем перед ужином. – А затем приказал двум охранникам: – Разведите небольшой костерок в летней кухне ближайшего дома. Сварите конину и картошку в мундире.

Ожившие было солдаты протяжно вздохнули и вернулись к прежним делам. Достали воды из колодца, стоявшего рядом. Заполнили порожнюю тару и принесли к оборонительным рубежам. Пусть находится под рукой, где её всегда можно попить и залить в пулемёт. Во время боя влага лишней не будет.

Работа по устройству артиллерийской засады длилась до позднего вечера. К тому времени красное солнышко скрылось на западе. Небо стало темнеть, и лишь после этого бойцам удалось бросить лопаты и вёдра. Все так сильно устали, что едва шевелились.