Воспоминания и размышления - Георгий Жуков

22 августа мне позвонил начальник Генштаба А. И. Антонов и передал приказ Верховного Главнокомандующего немедленно прибыть в Ставку. Предварительно он сообщил, что мне предстоит выполнить особое задание Государственного Комитета Обороны.

Распростившись с друзьями и боевыми соратниками, 23 августа я вылетел в Москву. Прибыв в столицу к вечеру того же дня, я сразу направился в Генеральный штаб.

Особое задание Государственного Комитета Обороны состояло в следующем. Когда советские войска вступят в пределы Румынии, мне надлежало вылететь в штаб 3-го Украинского фронта, с тем чтобы подготовить фронт к войне с Болгарией, царское правительство которой все еще продолжало сотрудничество с фашистской Германией.

Верховный посоветовал мне перед вылетом обязательно встретиться с Георгием Димитровым, чтобы лучше ознакомиться с общеполитической обстановкой в Болгарии, деятельностью Болгарской рабочей партии и вооруженными действиями антифашистских сил болгарского народа.

Георгий Димитров произвел на меня сильное впечатление. Это был исключительно скромный и душевный человек. Во всех его размышлениях и суждениях чувствовались большая сила ума и политическая дальнозоркость. Встретились мы тепло, и он очень обстоятельно рассказал все, что мне полезно было узнать. Видно было, что у него имеются очень хорошие и быстродействующие связи с подпольными организациями Болгарской рабочей партии.

– Хотя вы и едете на 3-й Украинский фронт с задачей подготовить войска к войне с Болгарией, – сказал Г. Димитров, – войны наверняка не будет. Болгарский народ с нетерпением ждет подхода Красной Армии, чтобы с ее помощью свергнуть царское правительство Багрянова и установить власть Народно-освободительного фронта.

– Советские войска, – продолжал Г. Димитров, – болгары встретят не огнем артиллерии и пулеметов, а по нашему старому славянскому обычаю – хлебом и солью. Что же касается правительственных войск, то вряд ли они рискнут вступить в бой с Красной Армией. По моим данным, почти во всех частях армии проводится большая работа нашими людьми. В горах и лесах – значительные партизанские силы. Они не сидят без дела и готовы спуститься с гор и поддержать народное восстание.

Потом, помолчав немного, добавил:

– Успехи советских войск оказали большое влияние на усиление народно-освободительного движения в Болгарии. Наша партия возглавляет это движение и взяла твердый курс на вооруженное восстание, которое будет осуществлено с подходом Красной Армии.

Поблагодарив Г. Димитрова за беседу, я вновь вернулся в Генеральный штаб для окончательного уточнения вопросов подготовки предстоящей операции в Болгарии. У меня почти не было сомнения в том, что дело обойдется без военных действий. Но мы, люди военные, получив задачу от политического руководства, должны ее выполнять с величайшей точностью.

В то время болгарская армия насчитывала в своих рядах более 510 тысяч человек. Часть этих сил противостояла войскам 3-го Украинского фронта.

В последних числах августа я прилетел в штаб 3-го Украинского фронта, который расположился в Фетешти, недалеко от Черноводского моста через Дунай. Этот мост в ходе войны неоднократно бомбила наша авиация, чтобы нарушить грузооборот между портом Констанца и основными районами Румынии.

3-м Украинским фронтом командовал Маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин. К этому времени войска фронта вышли и остановились на линии Русс и далее по Дунаю до Черного моря. В составе фронта находились 37, 46, 57-я общевойсковые армии и 17-я воздушная армия. В оперативном отношении маршалу Ф. И. Толбухину были подчинены Черноморский флот и Дунайская флотилия. Общую координацию действий 2-го и 3-го Украинских фронтов в это время осуществлял Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко. С ним мы встретились в Фетешти, чтобы обсудить вопросы действий войск фронтов.

Оперативно-стратегическая обстановка на всем южном направлении складывалась благоприятно. Успешно завершив разгром ясско-кишиневской группировки противника и освободив значительную часть Румынии, 2-й Украинский фронт быстро продвигался на запад через Валахскую равнину. Немецкие войска, действовавшие в Трансильвании и Карпатах, а также в Греции, Югославии и Албании, были рассечены и отрезаны друг от друга. На Черном море полное господство было за Черноморским флотом, а в воздухе – за советской авиацией.

Согласно разработанному плану 3-го Украинского фронта его 46-я армия подготовила наступление в общем направлении на Есекёй–Кубрат, 57-я – на Кочмар–Шумен, 37-я – на Добрич–Провадия; 7-й и 4-й гвардейские механизированные корпуса, действуя в направлении Карнобат–Бургас, должны были достигнуть этих пунктов на второй же день операции.

В связи с тем что профашистское правительство Болгарии, несмотря на неоднократные предупреждения советского правительства, продолжало нарушать обязательства нейтралитета и активно помогало гитлеровской Германии, Советское правительство 5 сентября объявило Болгарии войну. 6 сентября Ставка Верховного Главнокомандования дала приказ командованию 3-го Украинского фронта начать военные действия против Болгарии.

Утром 8 сентября все было готово, чтобы открыть огонь, но мы со своих наблюдательных пунктов не видели целей, по которым надо было вести этот огонь.

В стереотрубы, бинокли и невооруженным глазом мы наблюдали на болгарской территории обычную мирную жизнь: в населенных пунктах из труб вился дымок, а люда занимались житейскими делами. Присутствия воинских частей обнаружено не было.

Маршал Ф. И. Толбухин приказал войскам двинуть вперед передовые отряды. Не прошло и получаса, как командующий 57-й армией доложил, что одна из пехотных дивизий болгарской армии, построившись у дороги, встретила наши части с развернутыми красными знаменами и торжественной музыкой. Через некоторое время такие же события произошли и на других направлениях. Командармы доложили, что идет стихийное братание советских воинов с болгарским народом.

Я тотчас же позвонил в Ставку.

И. В. Сталин сказал:

– Все оружие болгарских войск оставьте при них, пусть они занимаются своими обычными делами и ждут приказа своего правительства.

Этим простым актом со стороны Верховного Главнокомандования было выражено полное доверие болгарскому народу и болгарской армии, которые по-братски встретили Красную Армию, видя в ней свою освободительницу от немецких оккупантов и царского профашистского режима.

Продвигаясь в глубь страны, советские войска везде и всюду встречали самое теплое отношение. Вскоре мы встретились с партизанскими отрядами, которые были хорошо вооружены и уже заняли ряд городов и военных объектов.

В связи с нависшей угрозой удара немецких войск из района южнее Ниш в сторону Софии, а также незаконным прибытием в Софию англо-американской военной миссии и явными происками англо-американских правительственных кругов, Ставка приказала расположить в столице Болгарии усиленный стрелковый корпус.

8 сентября мы вошли в Варну, а 9 сентября в Бургас и другие районы. При подходе наших черноморских военно-морских сил к болгарским портам и выброске воздушного десанта немцы (успев, однако, потопить свои суда) были захвачены нашими моряками в плен.