Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер - Андрей Константинов

Один из ведущих специалистов по подготовке спецназовцев в России, генерал-майор в отставке Александр Сергеевич Чубаров (Боксер), во время гражданской войны в Таджикистане занимал должность заместителя министра обороны этой страны.

После увольнения в запас его «открыли» журналисты и часто стали приглашать как эксперта в различные телепередачи и ток-шоу. Интересно, что, когда после покушения на Чубайса арестовали бывшего сослуживца Боксера Владимира Квачкова, Александр Сергеевич не испугался прямо в эфире назвать отставного полковника своим другом…

Что же до самого Квачкова, крупнейшего теоретика и практика подготовки спецназа, то он по поводу этого покушения неизменно говорил присяжным: «Чубайс был бы уже мертвым, если бы покушение готовил и осуществлял действительно я…»

«Небесный покровитель» спецназовцев подполковник запаса Евгений Николаевич Абакумов в мирной жизни стал одним из наиболее известных в России разработчиков авиатренажеров. Опыт сотен смертельно опасных боевых вылетов очень пригодился ему на новой работе, о которой он сам, с обаятельной улыбкой, говорил коротко: «Учу летать тренажеры». Пару раз он «прокатил» на своих тренажерах и авторов этих строк, подарив им глубочайшие и самые разнообразные эмоции…

…Не требующий особых представлений Бурханутдин Раббани в 1992 году стал президентом Афганистана — сразу после свержения Наджибуллы. На этой ответственной работе Раббани сочетал руководство страной с торговлей опиумом и героином, а также с контрабандным вывозом лазурита из Бадахшана и изумрудов из Пандшера. После прихода к власти талибов в 1996 году Раббани стал одним из лидеров «северного альянса», но в декабре 2001-го отошел от активной политики. 20 сентября 2011 года он погиб в Кабуле, в собственном доме, от взрыва бомбы, спрятанной в тюрбане террориста-смертника.

Занятно, что во время душанбинской встречи Раббани с Путиным в октябре 2001 года переводчиком российского президента выступил Мурад Бахтияров, бывший офицер агитотряда, участник памятного рейда в кишлак «инженера Насирахмада» вместе с майором Луговым.

…Яхья, бывший старший капитан королевской армии (правда, став «завучем» учебного центра Зангали, он сам себя произвел в подполковники, чтобы быть на звание выше пакистанского майора Каратуллы), был неформально «назначен» главным ответственным за события в крепости Бадабер — хотя сам он в те дни находился в Афганистане, очередную партию героина переправлял. Поскольку почти все «зангалийцы» погибли при взрыве, а информацию о восстании жестко задавили, официально Яхье вменили в вину неумение курсантов обращаться с боеприпасами. Раббани лично разжаловал Яхью в рядовые моджахеды и быстро отправил его в Афганистан «смывать вину кровью».

Практически сразу после перехода границы Яхья был убит. По одним данным, его пристрелил новый командир «за трусость, проявленную при отражении атаки советских вертолетов» — правда, в те дни никакие вертолеты не поднимались в воздух по погодным условиям. По другой версии, вызывающей чуть больше доверия, его уничтожили моджахеды — наркокурьеры из банды погибшего зимой 1984 года нуристанца муллы Насима — тем более что часть этих моджахедов перешли под начало Халеса-рахнемы.

Сам Халес в 1986 году сменил отравленного Исмаила Кандагари на вершине кандагарской наркопирамиды. На пике борьбы талибов с опиокурильнями он в 1999 году попал в тюрьму, причем в Кабуле. Из нее его в начале 2002 года освободил влиятельный родственник нового кабульского лидера — Карзая. С этим родственником Халес поддерживал связи еще в талибском Кандагаре, и они вместе переделали немало «легендарных» дел. Согласно одной из таких легенд, именно Халес посредничал для «создания условий» к бегству российского экипажа задержанного в 1995 году в Кандагаре самолета ИЛ-76 казанской авиакомпании «Аэростан». Другим посредником называли Виктора Бута, выпускника ВИИЯ 1989 года. Так уж это было или как-то иначе, однако с приходом Карзая во власть пострадавший от талибов Халес оказался востребованным афганским ведомством по борьбе с наркобизнесом. Учитывая его давнюю учебу в Англии, его направили представителем Исламского государства Афганистан в Международный совет по контролю за наркотиками. С тех пор Халес осел в Нью-Йорке.

Там же, в Нью-Йорке, жила и Людмила Бэрн. В чем и точно ей нельзя было отказать — это в гиперактивности на ниве борьбы с коммунизмом и с Советским Союзом, а позже — и с новой Россией. Имя ей сделало двадцатилетнее пребывание в США семьи Александра Исаевича Солженицына, поскольку Людмила была одной из главных помощниц писателя по связям с различными американскими инстанциями. Через Солженицына, а также через Владимира Буковского и Наума Коржавина она поддерживала отношения с большинством известных советских диссидентов, а потом и с критиками уже российских властей.

В годы афганской войны она участвовала в издании цэрэушного варианта газеты «Красная звезда», вызвавшей у самих шурави в основном чувство брезгливости. С середины восьмидесятых годов XX века и до самой смерти в 2011 году она своей главной заслугой декларировала спасение военнопленных-шурави. Из ныне установленных 265 пропавших без вести[140]она, по ее словам, способствовала переезду на Запад шестнадцати бывших советских военнослужащих. Так это или нет, сказать сложно, но ЦРУ действительно вело игру с нашими военнопленными, фактически вербовало их. Из ныне устроившихся на Западе бывших пленных лишь четверо открыто связывали свое освобождение с госпожой Бэрн.

В целом ее жизнь и карьера сложились довольно успешно, если не считать трагедии, случившейся в ее семье 11 сентября 2001 года, — когда при атаке смертников на нью-йоркские башни-близнецы погиб ее сын. Когда-то, находясь в лагере Зангали, выбранном Бен Ладеном в качестве одного из главных своих форпостов, Людмила вряд ли думала, что судьба способна на такие вот странные зигзаги…

…Летом 2006 года Андрея Валентиновича Челышева друзья позвали на юбилейную сходку ветеранов 5-й гвардейской мотострелковой дивизии, той самой, где когда-то он начинал службу в разведотделении и откуда был отобран в «консерваторию». На торжественном собрании зачитали приветственный адрес, подписанный генералом Луговым, который, как оказалось, возглавил разведку одной из стран СНГ, союзницы России. На этот приветственный адрес особо бурно среагировал один из гостей праздника, подмосковный предприниматель средней руки, явно восточного происхождения. Он не без значения представился Челышеву:

— Инженер Насирахмад. По-русски — Замир Даулятович…

Ну и, наверное, было бы несправедливо обойти вниманием «коллективного героя» вышеизложенной истории — Военный Краснознаменный институт иностранных языков Красной армии, от которого на август 2012 года остался лишь факультет военного университета. Высокое начальство решило, что военные лингвострановеды стране не нужны, ибо их якобы легко заменить просто переводчиками из какой-нибудь «аутсорсинговой» конторы. Для любого профессионала это абсурд и бред. Даже квалифицированный переводчик не владеет логикой военного дела. Специализация в переводческой, а тем более в страноведческой сфере близка к медицинской: хирург не хуже и не лучше терапевта, он просто отвечает за другое…