Хивинские походы русской армии - Михаил Терентьев

В Хиве мы простояли всего два месяца и покинули ее. Пусть сравнят с этим сами англичане занятие ими Египта на короткий срок, растянувшийся в десятки лет, пусть припомнят также, что Египет ничем перед ними не провинился, тогда как Хива более ста лет всячески задирала нас.

Когда был опубликован мирный договор наш с Хивой, лорд Гренвилль, уступая давлению общественного мнения, послал британскому послу в Петербург депешу от 7 января 1874 г., в шторой указывал на опасности, грозившие сердечному согласию двух правительств, если русские пойдут дальше, т. е. против туркменов и Мерва. Другими словами: «Ну, уж взяли Хиву — Господь с вами, только дальше-то не идите». Сами они указывают нам, куда надо идти…

Горчаков ответил 21 января, что участь туркменов зависит от них самих, а мы им спускать не будем. Англичане получили отпор.

В феврале Гренвилль пал. На его место стал жид Дизраэли, всеми мерами старавшийся вредить России. Депеши и меморандумы летали стаями. Наконец Горчакову это надоело и в депеше от 3 февраля 1876 г. он поручил графу Шувалову передать лорду Дерби (министру иностранных дел в кабинете Дизраэли), что переговоры о среднем поясе, «признанные мало практичными», он считает поконченными и вполне присоединяется «к тем заключениям, в силу которых оба кабинета… вполне сохраняя свободу своих действий, будут по обоюдному желанию принимать в справедливое внимание их взаимные интересы и нужды, избегая, по мере возможности, непосредственного соседства между собою»… Англия не возражала на этот раз. Провозгласив полную свободу действий в Средней Азии с обещанием, насколько это возможно, не подходить к границам Индии, Горчаков наконец вышел на настоящую дорогу.

Первым актом нашей свободы действий было присоединение Кокандского ханства в том же году,[64]через две недели после объявления этой свободы.

В ответ на это англичане задумали присоединить к Индии Афганистан и, среди глубокого мира, без всякого повода со стороны афганского эмира Шир-али, завладели Кветтой, несмотря на энергические протесты эмира. Турецкому послу он сказал по этому поводу следующее: «Англичане поставили караул у задней двери моего собственного дома, чтобы ворваться во время моего сна». Англичане оправдываются договором с келатским султаном, но как город принадлежит Афганистану еще со времен Ахмет-шаха-Дурани, то их оправдания ничего не стоят.

В переговорах с нами об афганской границе они сильно настаивали на присоединении к Афганистану двух независимых владений — Бадахшана и Вакхана, которые когда-то, во время оно, принадлежали предкам Шир-али. Мы согласились, и благодаря этому Афганистан дотянулся до Аму-Дарьи. Почему же теперь о Кветте англичане договариваются не с афганским эмиром, а с келатским султаном?

Затем последовала известная ссора в 1878 году[65]и присоединение к Ост-Индии еще части афганской территории.

Дальнейшим шагом нашим для противовеса англичанам было покорение туркмен в 1881 г. и занятие Мерва в 1884 г. В ответ на это англичане стали укреплять на свой счет Герат, сформировали афганский отряд в 4000 чел. и руководили его действиями. В результате бой при р. Кушке, где афганцы были наголову разбиты ген. Комаровым, а подстрекавшие их англичане первыми бежали с поля битвы, растеряв свои доспехи.

Мы стоим теперь у самых ворот Афганистана… Недавно встретились, наконец, с англичанами на Памире во время разграничения… Пускай теперь разговаривают!