Среди монстров - Айя Сафина

Лоло и Януш опустили глаза и медленно кивали, словно записывали в уме слова мудрой женщины, которая уже не одну территорию выстроила в рабочую торговую сеть.

В переговорную вошла жена Януша. Пухлая женщина в цветастом платье с длинной черной косой, от нее всегда пахло жаренными пирожками. Она поставила на стол поднос с чайником и чашками и беззвучно удалилась.

Подкрепившись горячим ароматным чаем с мятой и домашними кексами, обстановка слегка разрядилась.

– А правда, что Эрик переманил к себе албанцев? – спросил Януш, чувствуя, что Амелия слегка расслабилась и из нее можно вытянуть долгожданные сплетни.

Амелия лишь в очередной раз поразилась тому, насколько быстро распространяются слухи. Ты только приходишь с работы домой, а твои соседи уже знают, что завтра шеф тебя выпорет за несданный отчет, хотя ты сам еще туфель не снял.

– Это все на уровне переговоров. Мы скоро встретимся с албанцами, – ответила Амелия.

Лоло довольно закивал.

– Ну, если вы заполучите в свои ряды албанскую мафию, у этого вашего барона не останется ни единого шанса!

Януш тоже закивал в предвосхищении.

– Да, все было бы чудесно, если бы это было так легко, – с толикой грусти произнесла Амелия.

Пробыв еще с полчаса в каморке, и обсудив оставшиеся моменты, Амелия с Сашей оставили цыган и направились к джипу.

На улице Амелия снова закурила, подставляя лицо лучам весеннего солнца. Последние месяцы выдались напряженными, и чем-то напомнили времена пятнадцатилетней давности, когда весь устрой претерпел крах, и все покатилось в тартарары. Когда все это закончится, Амелия уедет в полугодовой отпуск куда-нибудь на остров в океане, чтобы погреть свои старческие кости. И хотя для своих шестидесяти лет она вполне хорошо сохранилась, организм не способен обмануть биологические часы.

Амелия была худой, спортивной, продолжала носить высокие шпильки и отращивать ногти размером с целый палец, но внутри уже чувствовалось наступление какого-то старческого желания уйти на покой. Амелия никогда не была замужем, у нее нет детей, и все, что она оставит после себя – это стул за столом Эрика Манна. Кто-то жалел ее за сложенную таким образом судьбу, кто-то наоборот восхищался. Но Амелия имела собственное мнение: если бы у нее была возможность начать все сначала, она бы не поменяла ни секунду в своей прожитой жизни.

Амелия начала свой криминальный путь еще на школьной скамье, когда организовала закрытый клуб из школьниц, оказывавших сексуальные услуги за плату. Амелия сразу стала Мамкой. У нее был целый отряд из парней, служивших охраной для девиц, она сама участвовала в драках и побоищах, когда очередной клиент распускал руки или отказывался платить. Не закончив и девяти классов, Амелия бросила школу, дом и отправилась покорять более прибыльные вершины. Она никогда не жаловалась на родителей, она происходила из обычной семьи, отец – фрезеровщик в автосервисе, мать – кухарка. Но с самого начала Амелия чувствовала, что ей чего-то не хватает. Какое-то угнетение давило на нее, она чувствовала, что занимает совсем не то место в жизни, какое должна. Чистой воды амбиции толкнули ее на поиски, и она нашла то, что искала.

Амелия начала бизнес с борделя в городе. В таких местах неизбежно идет распространение наркотиков, как дополнительный доход, и тогда Амелия открыла для себя новую сферу заработка, как оказалось, весьма прибыльную. Уже к тридцати годам ей принадлежал целый квартал, где она контролировала распространение марихуаны и солей. На этом этапе она сдружилась с Абелем, который продавал гашиш по соседству. Если бы Рудольф был более любознательным, он бы узнал, что Амелия и Абель даже какое-то время забавлялись друг с другом.

Когда начался передел территории пятнадцать лет назад, Амелия не дремала и, воспользовавшись всеобщей суматохой, ослабившей многочисленные банды, наносила удар за ударом, отвоевывая все новые кварталы в свое ведомство. Ее напор очень импонировал Эрику, набравшему обороты со своей стороны. Положительные отзывы от Абеля завершили дело, и Амелия получила половину Новачей – территория в тридцать шесть кварталов – невиданная щедрость от Эрика Манна и огромная задница с геморроем, запором, язвами и кучей дерьма. Южная часть города была одной из самых проблемных и опасных, здесь обитало столько отрепья, что проще было сжечь все напалмом. Вторую половину Новачей получил Голубка. Условие Эрика было простым: наведете порядок, получите в беспроцентное пользование. И следующие два года Амелия вычищала свою кухню от бунтарей и подстрекателей, затыкала рты недовольным и устраняла самых красноречивых и смелых мятежников. Голубка успешно копировал методы Амелии, на что Амелия лишь закатывала глаза: ну, что взять с тупых мужиков?

В команде с людьми Эрика методы Амелии принесли успех, а также место за столом дилеров империи Манна. Она с Валей получили контроль над марихуаной и синтетикой в Новачах. И пусть Голубка незаслуженно получил место среди первых, Амелия смотрела на это скорее как на заботу об умственно отсталом братце, который достался ей волею судьбы.

В таких насыщенных жизненных перипетиях Амелии было не до семьи и уж тем более не до детей. Ее бизнес – ее детище, и она невероятно гордилась им и собой.

– Почему ты не назначишь меня твоим управленцем здесь? – наконец, спросил Саша.

Весь последний месяц он только и ждал этого приглашения от Амелии. Да что он? Все ждали! Все были уверены, что Амелия так и поступит. Но она медлила и тем самым удивляла даже Эрика.

Амелия взглянула на Сашу таким пристальным и острым взглядом, что он пожалел о своем вопросе.

– Ты, правда, хочешь знать? – спросила она в ответ.

Саша сглотнул. Нет. Он не хотел знать.

Амелия облокотилась на автомобиль, держа сигарету возле задумчивого лица.

– Я не перестану повторять, Саша, что тебе здесь не место, – наконец, произнесла женщина.

Саша снова вспомнил все ее редкие слова о том, что он живет не своей жизнью. Почему-то для Амелии было важно, чтобы каждый человек нашел свой удел, свое место под солнцем, прямо как она в свое время. Она вышла из комфортной среды, где могла пойти по стопам своих родителей – рядовых рабочих, получить профессию вроде парикмахера или даже ветеринара. У ее родителей хватило бы средств обеспечить ее образованием. Но у Амелии невероятно сильно развито внутреннее самоощущение, она никогда не металась в выборе, она всегда знала, чего хочет, и смело шла к объекту вожделения. Дэсмонд занял нишу, которая подходила ему, как никому другому. Мориц занимается тем, что у него получается лучше всего. Но вот Саша… Амелия не уставала повторять, что Саше среди них не место.

– Это все, – Амелия обвела руками вокруг, – это – не твой мир. Ты попал сюда по какой-то жестокой ошибке. И я до сих пор не понимаю, почему ты все еще здесь.

Саша молчал, позволяя женщине высказать все, что у нее накопилось насчет него.

– Ты – слишком добрый и … чистый для всего этого дерьма. Ты слишком наивный. Ты веришь в благодушие людей, веришь в добро. А честность для тебя – девиз всей жизни.