КлаТбище домашних жЫвотных - Стивен Кинг

Оглядевшись по сторонам, Луис поднялся на холм. С другой стороны простирался пустырь площадью около двух акров. Хотя нет… не совсем пустырь. Там стояло какое-то здание, вроде заброшенного сарая. Наверное, тоже принадлежит кладбищу, подумал Луис. Видимо, там хранили садовый и прочий инвентарь.

Свет уличных фонарей проникал сквозь густую листву старых вязов и кленов, отделявших кладбище от Мейсон-стрит. Ветви деревьев раскачивались на ветру. Никакого другого движения Луис не заметил.

Он съехал вниз на заднице, боясь упасть и снова ударить больное колено, и вернулся к могиле сына. В темноте чуть не споткнулся о брезентовый сверток. Луис понял, что за один раз он все не утащит, так что придется ходить два раза: сначала с телом, потом с инструментами. Он нагнулся, сморщившись от боли в спине, и поднял сверток с земли. Почувствовал, как под брезентом сдвинулось тело Гейджа, и запретил себе слушать внутренний голос, который упорно нашептывал, что он рехнулся.

Он принес тело сына к подножию холма, внутри которого был оборудован кладбищенский склеп с раздвижными стальными дверями (такие двери обычно ставят на въезде в гараж). Веревки у Луиса уже не было, но он понял, что надо сделать, чтобы втащить сорокафунтовый сверток на холм по крутому склону, — и приготовился это сделать. Он отступил для разбега, а потом резко сорвался с места и побежал вверх по склону, наклонившись вперед, чтобы собственное ускорение унесло его как можно дальше. Он добрался почти до вершины, но поскользнулся на мокрой траве и уже в падении швырнул сверток, вложив в этот бросок все силы. Сверток упал у самой вершины холма. Луис вскарабкался наверх, еще раз огляделся, никого не увидел, переложил сверток поближе к ограде и пошел за остальными вещами.

Он снова поднялся на холм, надел рабочие перчатки и сложил кирку, лопату и фонарь рядом с брезентовым свертком. Потом сел отдохнуть, привалившись спиной к прутьям ограды. Новые электронные часы — подарок Рэйчел на прошлое Рождество — показывали 02:01.

Он позволил себе пять минут передышки, потом поднялся и перебросил лопату через ограду. Услышал, как она глухо ударилась о траву. Попытался засунуть фонарь в штаны, но он туда не помещался. Тогда Луис просунул фонарь между прутьями ограды и отпустил. Фонарь покатился вниз по склону. Оставалось только надеяться, что он не ударится о камень и не разобьется. Луис пожалел, что не взял с собой рюкзак.

Он достал из кармана упаковочный скотч и как можно плотнее прикрутил кирку к брезентовому свертку. Он наматывал скотч, пока тот не закончился, а потом убрал пустую катушку обратно в карман и поднял сверток над прутьями ограды (спина отозвалась протестующей болью; Луис уже понял, что за сегодняшнюю ночь ему предстоит расплачиваться всю следующую неделю). Он отпустил сверток, давая ему упасть, и поморщился при звуке глухого удара.

Луис перекинул ногу через ограду, схватился за два декоративных острия и перекинул вторую ногу. Потом соскользнул вниз по прутьям, а уже в самом конце отпустил их и спрыгнул на землю.

Он спустился по дальнему склону холма и принялся шарить в траве. Лопату он нашел сразу — она тускло поблескивала в свете уличных фонарей, пробивавшемся сквозь густую листву. Ему пришлось пережить несколько неприятных мгновений, когда он не мог отыскать фонарь — далеко ли тот укатился по траве? Луис встал на четвереньки и принялся ощупывать землю вокруг. Удары сердца отдавались в его ушах громким стуком.

Наконец он увидел фонарь — бледную тень правильной геометрической формы в пяти футах от того места, где ему следовало находиться по прикидкам Луиса. Он схватил фонарь и попробовал включить, прикрыв рукой отверстие, вырезанное в куске фетра. Тонкий луч света ударил ему в ладонь, и Луис тут же выключил фонарь. Все нормально. Работает.

Он достал складной нож, срезал кирку со свертка, потом собрал все инструменты и пошел к деревьям. Там он остановился, спрятавшись за самым толстым стволом, и оглядел обе стороны Мейсон-стрит. В такой поздний час здесь не было ни души. Свет горел только в одном окне — одном-единственном на всю улицу, — золотисто-желтый квадратик под самой крышей. Наверное, кто-то страдал бессонницей.

Быстрым шагом, но не бегом Луис вышел из-под деревьев на тротуар. После сумрака кладбища он чувствовал себя уязвимым под ярким светом фонарей: вот он стоит в двух шагах от городского кладбища, держа в охапке лопату, кирку и фонарь. Если кто-то увидит его сейчас, сразу станет понятно, что все это значит.

Он быстро перешел на другую сторону улицы. Его «сивик» стоял в каких-то пятидесяти ярдах отсюда. Но Луису они казались пятью милями. Обливаясь потом, он шел к машине и настороженно прислушивался, не раздастся ли шум подъезжающего автомобиля, звуки чьих-то чужих шагов, скрип открываемого окна.

Он подошел к своей «хонде», прислонил кирку и лопату к дверце и полез в карман за ключами. Ключей там не было, и в другом кармане — тоже. Его снова бросило в жар. Сердце бешено застучало в груди. Луис стиснул зубы, борясь с приступом паники.

Он их потерял. Скорее всего они выпали из кармана, когда он катался по земле, после того как спрыгнул с дерева и ударился коленом о край каменного надгробия. Его ключи лежат где-то в траве, и если он с таким трудом разыскал фонарь, то ключи уж точно найти не сумеет. Вот и все. Это конец. Одно невезение — и все.

Нет, черт возьми, подожди. Проверь карманы еще раз. Мелочь на месте. Если она не высыпалась, значит, и ключи не должны были выпасть.

Он еще раз обшарил карманы, вытащил мелочь, даже вывернул оба кармана наизнанку.

Ключей не было.

Луис прислонился к машине и стал думать, что делать дальше. Наверное, придется опять лезть на кладбище. Оставить сына там, где он сейчас, взять фонарь, перелезть через ограду и провести остаток ночи в бесплодных поисках…

На него вдруг снизошло озарение.

Он наклонился и заглянул в машину. Ключи торчали в замке зажигания.

Тихо вздохнув с облегчением, Луис обошел машину, открыл дверцу с водительской стороны и забрал ключи. В голове вдруг прозвучал строгий голос носатого Карла Молдена в старомодной фетровой шляпе: Запирай машину. Ключи забирай с собой. Не сбивай хороших ребят с пути истинного.

Он открыл багажник, сложил туда кирку, фонарь и лопату и захлопнул крышку. И лишь отойдя от машины шагов на двадцать, вспомнил про ключи. На этот раз он оставил их в замке багажника.

Идиот! — отругал он себя. Если будешь таким идиотом, лучше сразу бросай это дело!

Он вернулся к машине и забрал ключи.

Он взял Гейджа на руки и уже подходил к Мейсон-стрит, как вдруг где-то залаяла собака. Нет, не просто залаяла, а завыла. Ее хриплый голос заполнил всю улицу. Ав-в-в-У-У-У-У-У! Ав-в-в-У-У-У-У-У-У-У!

Луис встал за деревом, размышляя, что будет дальше. Что делать дальше. Он ждал, что сейчас по всей улице в окнах домов начнет зажигаться свет.

На самом деле свет зажегся только в одном окне: на торце дома прямо напротив того места, где стоял Луис, прячась в сумраке среди деревьев. Через мгновение раздался резкий оклик: