Дозвониться до небес - Юлия Лемеш

Я перевернулась на живот. Простыня пахла Арсением и мной. Значит, пора стелить свежее белье. Из наволочки торчало острое куриное перо. Я немедленно его вытащила и на радостях принялась водить им по руке. Получалась заметная царапина. Сломав перо пополам, бросила его на пол. Бедная кура – надеюсь, ее сначала убили, а потом уже эпиляцию сделали. Мама помолчала немного и продолжила делиться новостями:

– Там все небыстро делается. Скорее всего, придется ехать и самим все узнавать.

– А вот с этого момента поподробнее.

– Ты девочка взрослая. Можешь без нас какое-то время пожить.

– Еще как смогу. Только не там, а тут – я у Арсения останусь.

Лежала я и думала. Как все странно складывается. Папа уважает Америку. Мама – американских индейцев. И вот у них появился шанс уважать все это счастье вблизи.

А потом я подумала, что мы с Арсением так и не смогли придумать для нашего мира ничего стоящего. И только потому, что не умеем правильно пользоваться словами. Как там бандиты говорят – за базар отвечать надо. В нашем случае – надо правильно, безукоризненно, однозначно придумывать формулировки желаний. И просчитывать как выпрошенное благо может обернуться кошмаром, если тот, второй вмешаться сможет.

Чего бы я захотела, если бы была уверена, что нас правильно поймут? Чтоб не было страданий. Чтобы не было ненависти, вранья, злобы. Чтобы никто никому не причинил зла. И чтобы все понимали, как важно беречь природу. И убивать кур, прежде чем выдирать из них перья. И еще – мне кажется, что жизнь каждого власть имущего должна быть в Инете онлайн. Тогда мир станет лучше. И чтоб больше не было никаких больных – ни детей, никого – не нужно нам болезней. А еще – чтобы стало побольше творческих людей. Увлеченных. От них мир становится красивее. И чтоб кур модифицированных изобрели, линючих. А что? Стряхнула перья и пошла себе голая. Черт, ее ведь тут же сожрут. Вот если бы курам разрешили разок набрать этот телефонный номер, они бы точно нам рты позашивали и зубы все выдернули.

Вспомнила Вовку. Он прав – здоровое чувство юмора нам всем не помешает.

Вспомнила Борьку. Вот тут совсем с желаниями полный абзац. Мечтал о собственном жилье и спалил его.

Перевернувшись на другой бок, вспомнила про одного знакомого, вы его не знаете, и захотела, чтобы не было жадности.

– Ты не спишь? – В комнату вошла Маша.

На мне, кроме трусиков и носков, одежды никакой. Есть отчего почувствовать себя незащищенной.

– Разговор есть. – Она присела на край кровати.

Испугавшись, я перебралась от нее подальше и плотнее прижала к себе одеяло. Мне до сих пор не удалось придумать, как правильно к ней относиться. Если ее как человека воспринимать – кроме как дать по башке никаких чувств не возникает. Но не факт, что она человек. Хотя выглядит вполне обычно. Наверное, я сошла с ума, когда перестала задумываться по ее поводу. Действительно – хрен знает этих Мишу с Машей, кто они на самом деле. Вот сидит она рядом, а я даже не знаю, кто передо мной. Я занервничала так, что это стало заметно.

Маша подняла с пола сломанное перо и принялась его расправлять.

– Знаешь, мне не хочется, но придется быть с тобой откровенной. Ты понимаешь, что вляпалась? Какого лешего звонить стала? И вообще, нормальный человек давно бы сбежал и от Арсения, и от нас. Вы с этим волосатиком какие-то недоделанные. Миша вообще вас идиотиками считает. И именно вам выпал такой шанс…

Мне многое казалось странным, но, подозревая нехорошее, я решила не отвечать. Такая тактика всегда приводила к наилучшим результатам. Какая мне выгода говорить, я и так знаю все, что я знаю.

– Мне иногда кажется, вам этот шанс выпал только потому, что все предыдущие поступали иначе, – туманно пояснила Маша.

Она как сама с собой разговаривала. Какой такой шанс? Какие такие предыдущие? И как они поступали?

Вопросы теснились в голове. Ответов не было. Тяжело вздохнув, Маша огорошила меня диким заявлением:

– Было бы время, я бы поняла, что вы за люди. Но вот нет у нас времени-то. Срок истекает. А мы топчемся на месте. Тут и наша вина есть. Но дело сейчас не в том, кто виноват, а в том – что делать.

Если она рассчитывала на мои вопросы – то здорово ошибалась. Теперь я молчать буду как рыба об лед. Пока есть такая возможность.

– Ты не спросишь, что за срок? И почему мы вам про него не говорили? – продолжала Маша начатый монолог. – Ну да, мы виноваты. Нам еще в прошлый раз сказали. Нет, вру, это в позапрошлый раз было. Думаешь, мы просто так здесь?

Впервые за все время я кивнула, соглашаясь. Я ни разу не думала, что они нас садируют просто так. Точнее, садируют они ради собственного удовольствия, попутно проверяя, как мы себя поведем. А находятся они в доме Арсения не по своей воле. Это очевидно.

– Знаешь, как раньше было? С теми, кто до вас на связь выходил? Хоть бы кто что-то новое придумал. Всем одно и то же нужно. Власть, деньги, любовь, здоровье. А вы что-то не торопитесь мир переделывать. Осторожничаете. Арсений твой только один раз сорвался. Напросил для себя всего по списку.

– Не верю, – опомнилась я.

– Ну да, денег он просить не стал. И любви. И власти тоже. Хрень какую-то нес. Так вот, я про остальных. Они все попадались в ловушку. Либо с формулировкой промахнутся. Либо с последствиями. Просят себе здоровья, а на завтра фигак – самый любимый человек помер. И понеслось…

– Но ведь не всегда так получалось?

– Не всегда, – легко согласилась Маша и прибавила: – Но часто. Процентов тридцать сразу требовали сделать их Богом.

– Круто. Я бы до такого не додумалась.

Я восхитилась человеческой фантазией. Позвонить Богу и сказать ему, чтобы он уволился и уступил свое место. Охренеть! А ведь звонок мог и тот, другой, принять. Вот смеху-то было бы!

– Но почему именно мы?

– А вот не надо было к себе звонками внимание привлекать!

– Блин. Выходит, что до нас уже кто-то звонил?

– Зачем звонить? Можно и без телефона достучаться.

Хорошее слово «достучаться». Так и видишь дверь, в которую какое-то интеллектуальное хамло стучит копытом: «Бог, открывай, я пришел!» Или: «Сатана! Дело есть, отпирай ворота, не то рога пообломаю!» Мне хотелось узнать побольше, но Маша явно не была настроена на откровенность.

– Каждый раз одно и то же – сначала отпуск, для наблюдения, а потом – бац, и пора обратно. А у нас только самое веселье началось. Знаешь, как задрало быть паинькой? Да откуда тебе знать…

Меня мучил только один вопрос. Не уехала ли Машина крыша? Или она снова какую-то подлость готовит и попросту пудрит мне мозг?

Пока она страдала от перспективы скорого возвращения, я решила наплевать на приличия и дотянулась до футболки. Тут разговор серьезный, а я почти голая. Несолидно как-то.