Большая книга ужасов 2017 - Елена Усачева

– Но что там были за опыты?

– Это очень сложно. Я мало в чем разобралась, там такие научные тонкости… Поняла только, что из Долины Грез раз за разом приносили разнообразные предметы, пытаясь найти универсальный ключ к проходу, а подопытных погружали в различные состояния сна, надеясь, что они через сон смогут узнать сокровенное. Были и другие опыты – психологического характера, в результате которых подопытные иногда сходили с ума, а то и гибли… Про такое я старалась пропускать. Надо сказать, себя Амалия тоже не жалела, отваживаясь на разные рискованные эксперименты. И в конце концов у нее получилось то, чего она добивалась. Она сумела – как бы точнее выразиться – воплотиться в подопытную девчонку и в ее облике войти в долину.

– Принять внешний вид этой девчонки? – переспросил я, вспоминая похождения в летнем лагере.

– Нет, тут все не так просто. Путем сложного ритуала Амалия на короткое время стала бесплотной, словно призрак, и вселилась в тело девчонки. Я до сих пор не могу понять, что же такое она собой представляет, эта проклятая ведьма! Хорошо хоть, что для этого ей требовалось много усилий, а то от нее спасу бы не было. Вот, и в таком виде она прошла в долину – два человека в одном – и проделала ритуал с водами источника. Даже с собой воды набрала про запас. Добилась Амалия и второй своей цели – добыла предмет, способный открыть проход в тайное пространство из любой точки мира.

– И что это за предмет?

– Не знаю, этого она не писала, называла его просто ключом. Хотя сомневаюсь, что он похож на обычный ключ. Уж очень бережно ей приходилось с ним обращаться, как она однажды обмолвилась. Так вот, Амалия добилась таких результатов уже в последние дни перед уходом немцев. А за день или два случилась катастрофическая для нее вещь – тот самый ключ исчез. Никакие поиски не помогли, а подозрение пало на подопытную девочку. Дело в том, что эта девчонка после опытов, казалось, совершенно лишилась воли и потеряла собственную личность, целыми днями сидела и смотрела в одну точку или тупо бродила по комнате, а потому за ней не особо следили и даже взаперти не держали – внутри здания она перемещалась свободно. Когда же пропал ключ, выяснилось, что никто, кроме нее, взять его не мог. Но на речь девчонка не реагировала, а попытки Амалии прочесть ее мысли тоже ничего не дали – она вообще не уловила никаких мыслей. Зато уловила откуда-то, что вскоре станет не до опытов и необходимо скрыть от всех результаты работы, лучше уж потом вернуться и найти потерянное при удобном случае. И все, на этом записи закончились. Немцы ушли, и Амалию тоже больше никто не видел.

– А что же случилось с этими… подопытными? И с заключенными лагеря? – спросил я.

– О судьбе заключенных лагеря ты, наверное, уже прочел на памятнике. А вот в лаборатории… Утром местные жители вошли в опустевшее здание, но не нашли в нем никого. Ни живых, ни мертвых. И что здесь было в последний день, так и осталось загадкой. Может быть, немцы вывезли их с собой – хотя с какой бы это радости, они даже вещи не все забрали, удирали в спешке. А Нинке, видимо, как-то удалось стащить у Амалии документы. Но этого нам уже не узнать. Вот, перевела я записи и хотела, когда война закончится, передать документы ученым. Но взяло меня сомнение, стоит ли это делать? Ведь тот, кто найдет дорогу в Долину Снов, сможет воздействовать на других людей, читать их мысли, получит массу возможностей, которые я и представить себе не могу. А ну как эти умения попадут в недобрые руки? Конечно, не каждый в такое поверит, а уж опробовать на практике – большая сложность. Ведь даже от Амалии все это требовало немалых усилий и напряжения – и чтение мыслей, и влияние на чужую психику…

– Правда? – усомнился я. – Я думал, таким ведьмам это легко…

– Волшебные палочки, Денис, только в сказках существуют, – строго сказала старушка. – В жизни же для всего стараться надо, даже таким ведьмам. В общем, я тогда пару дней думала, сомневалась, взвешивала все «за» и «против». А потом мне вдруг Нинка приснилась. Да четко так, будто в реальности. Знаешь, если б я собственными глазами не видела ее смерть, то подумала бы, что это и есть реальность. Снилось, будто лежу в своей кровати, открываю глаза, а в комнату заходят Нинка и еще одна девчонка из соседнего поселка, я ее пару раз мельком видела до войны, не знаю, как ее звали и что с ней дальше стало, больше я ее не встречала. Вот, заходят, и Нинка говорит так строго: «Не для того я эти бумаги тебе дала, чтобы ты их отдавала кому-то! Прочла – молчи! Никому не рассказывай о том, что знаешь».

Мне было страшно, но я во сне не могла даже пошевелиться. А девчонка прибавила мягким голосом, что когда-нибудь, много лет спустя, Амалия сюда вернется. И тогда я должна буду раскрыть тайну человеку, который предотвратит беду. Она еще несколько раз повторила: белые локоны, помни о белых локонах!

Сказали так и вышли. Только после этого я смогла двигаться. И, наверное, проснулась, потому что услышала, как собаки воют во дворе, а в доме никого постороннего, разумеется, нет.