Большая книга ужасов. 39 - Ирина Андреева

— Ага, так Веронике и надо! — согласилась Машка. — А наколдуйте еще, чтобы она вообще в другой класс перешла или лучше в другую школу!

Я хотела поддержать Машкину мысль, но тут мой телефон вновь зазвонил. На светящемся экране была надпись «папа». Разволновавшись, что у него новости о маме, я выскочила в прихожую, крича: «Алло, алло!»

— Врачи сказали, что маме гораздо лучше, — радостно сообщил папа. — Давай после занятий поедем к ней вместе. Пустить — не пустят, но постоим под окнами, рукой помашем. Ты сейчас на уроке сидишь? Я тебе не помешал?

— Нет. То есть да! Я очень рада! Я уверена, что мама скоро поправится и что с ней и с маленьким ребеночком будет все хорошо! — выпалила я в трубку.

— Я тоже в этом уверен, — сказал папа. — После школы нигде не задерживайся, я тебя жду.

Мой громкий радостный голос был услышан в кухне. Подруги тут же бросились ко мне и начали расспрашивать:

— Почему ты не сказала нам, что твоя мама беременна? Поздравляем! Это так здорово — иметь кого-то: младшего братика или сестренку! — говорили мне Маша, которая не знала, как спастись от своего брательника, и Света — единственный ребенок в семье.

— Это очень хорошая новость! — сказала Еремея и улыбнулась, и мне показалось, что от ее улыбки все вокруг посветлело.

Чем же закончилась эта история? Этим же вечером мне позвонила Аля и радостно прокричала в трубку:

— Ирка, ты представляешь, он ко мне вернулся! Гоша сегодня зашел ко мне, спросил, как я после падения, что за сотрясение, и, не дослушав мой унылый монолог про здоровье, стал говорить, что любит, что сам не понимает, как он ушел к этой Михайловой! Прощения просил! Он хочет, чтобы все было как раньше! Чтобы он, чтобы я!.. — У Алинки, похоже, язык заплетался от счастья. — В общем, я сказала, что тоже его люблю!..