Среди монстров - Айя Сафина

С раннего утра Марк хозяйничал в апартаментах. Он руководил четырьмя бойцами, украшавшими гостиную шарами, гирляндами и разноцветными лентами. В обед приехали работники кейтеринговой компании, которые накрыли два больших шведских стола с разнообразными закусками и блюдами, небольшой открытый бар с ведром пунша и шоколадным фондю. Марк грустно заметил, что скромных вечеринок за последний год прибавилось. То ли дело раньше! Они веселились так громко и бесстыже, что однажды к ним даже приехали пожарные из-за чрезмерного злоупотребления пиротехническими средствами внутри квартиры Дэсмонда. Теперь же вечеринки больше напоминали будничные бранчи с сендвичами и игристым вином, а не пышные празднования.

И даже сегодняшний настрой и рвение Марка показались компании излишними и неуместными в виду нависшей угрозы, на что Марк в кои-то веке решил воспользоваться своим положением (как-никак он тоже был одним из боссов) и послать всех подальше с нытьем и пессимизмом. Нина, как никто другой, заслужила праздника! С таким аргументом поспорить не смогли, и потому четверо ста двадцати килограммовых бойца надували шары гелием в идиотских колпаках – участь, ожидающая всех гостей.

– Нина, ты просто прелесть! – воскликнул Марк, когда наряженная девушка вошла в разноцветную гостиную.

Мужчина немедленно водрузил ей на голову золотую корону из картона.

– Ого! Я не узнаю это место! – удивленно вскинула брови Нина.

– Идем, покажу! Вот здесь – место для складывания подарков, – рассказывал Марк, водя Нину по зонам. – Здесь место для танцев, это столы-буфет, это бар, но тебе сюда нельзя. Здесь у нас фруктовый пунш – его тебе тоже нельзя…

Нина блюла строгую диету из-за хронических заболеваний пищеварительной системы, которыми ее наградила терапия антипсихотиками. Ее рацион был схож с рационом онкобольных, и проще было перечислить то, что ей можно употреблять в пищу, чем то, что запрещено.

А потому Нина оглядела обилие блюд на щедро заставленных столах, облизнулась при виде ярко-красного пунша с плавающими в нем ягодами, представляя, что он должен быть очень вкусным, и направилась к столу со свеженарезанными овощами и фруктами. Честно сказать, ее мало беспокоила еда, а к алкогольным напиткам она испытывала стойкое отвращение. Она никогда не забудет, во что выливается опьяненный спиртом мозг и попытки считать с него мысли. Свежий шрам посередине лба ясно напоминал ей о том вечере.

– А где Эрик? – осторожно спросила Нина.

Марк замялся. Было видно, как ему не хотелось отвечать на вопрос.

– Он у себя в кабинете. Но он точно выйдет, когда придут гости! Не переживай! – подбодрил Марк.

Нина наигранно улыбнулась. Последнюю неделю Эрик тщательно избегал ее, и она не надеялась, что даже сегодня он сделает исключение. Он слишком уязвлен, и видеть кого-либо из череды предателей желания не испытывал.

Вскоре гости стали прибывать пачками. Первыми пришли Роберт и Рудольф, который явился не один, а с женой, и этот факт отразился теплом в груди Нины. Рудольф словно принимал Нину в свой семейный круг.

– Нина, Рудольф сказал, что ты очень расстроилась, когда твой шарф был утерян, – говорила Зарина, как всегда прекрасная и неотразимая в атласном платье цвета аквамарина, – поэтому я подумала, что ты захочешь получить ему замену.

Зарина протянула коробку, в которой Нина нашла вязаный шарф и митенки в одной цветовой гамме теплых тонов. Нина была растрогана очередным подарком, изготовленным специально для нее, и прижала его к сердцу. Он стал еще дороже и ценнее, когда она осознала, что это – первый подарок на День рождения за последние двенадцать лет.

Нина смотрела на эту невероятно красивую женщину с черными волосами, убранными в пучок, с большими карими глазами и пухлыми красными губами, которая из кожи вон лезла, чтобы понравиться всем людям на планете и сделать им приятное. Эдакая Мать Тереза с честолюбивыми амбициями. Нина училась не замечать огрехи в характерах окружающих людей, они не обязаны быть идеальными, ведь Нина сама не ангел. Рудольф обожает супругу, и Нина уважала их любовь, пусть она и была не до конца искренней.

Угол, который Марк предназначил для подарков, вскоре запестрел десятками свертков и коробок в разноцветных обертках, и каждый подарок Нина прижимала к сердцу, стараясь впечатать их себе в душу.

– Почему ты не хочешь открыть их и посмотреть, что внутри? – не понимала Мия, вертя в руках коробок, перевязанный голубой лентой с названием одного из самых дорогих ювелирных домов.

– Потому что как только я их открою, они перестанут быть подарками, – смущенно ответила Нина.

Как бы Мие не хотелось заглянуть, что же лежит в коробке от Роберта, пришлось подчиниться воле именинницы и положить его обратно.

Через некоторое время здесь собрались около двадцати гостей. Помимо близких друзей, пришла Амелия с помощником Сашей, старик Абель с сыном Давидом, даже доктор Левий нашел время, хотя Нина была уверена, что он здесь, скорее, из-за практических соображений – людские скопища всегда сопряжены с риском для сверхчувствительности Нины. Также здесь были трое дилеров – по одному с каждого направления деятельности: Бенедикт, Куба и Марик, которых Нина раньше видела лишь мельком. А также телохранители, которые хоть и были на дежурстве, но пополнили радужный угол цветастыми коробочками.

– Хватит пить грудное молоко! Тебе исполнилось восемнадцать! Соблюдай традицию! Вот, держи! – Бенедикт вручил Нине бутылку пива и открыл крышку одной лишь силой ладони.

Нина оглядела коренастого мужчину с обесцвеченными до снежной белизны волосами. Это был приятный мужчина с яркими голубыми глазами и мощной челюстью, а в ширине плеч мог соперничать с самим Медведем. К тому же от него часто пахло ароматическими свечами с запахом ванили, которые горели в комнате Мии в борделе, из-за чего Нина изначально испытывала к нему расположение.

– Мне нельзя, у меня язва откроется, – возразила Нина.

Бенедикт, который уже успел прихлопнуть четыре бутылки пива, и был навеселе, огорченно взглянул на девушку.

– Вот же не свезло! – воскликнул Бенедикт. – А вино?

Нина отрицательно покачала головой.

– Херес?

Качание головой.

– Малага?

– Даже не знаю, что это.

– Квас?

– Бен, свали, – Роберт поспешил Нине на помощь.

– Что же ты пьешь? – воскликнул Бенедикт.

– Воду, – смущенно ответила Нина, – иногда даже с лимоном!

Бенедикт уставился на нее так, будто она сморозила какую-то глупость.

– Но это же скукотища какая! Не пить, не нюхать! – грустно констатировал Бен. – Зато тебе уже можно законно убивать! Пойдем с балкона постреляем!

– Это всегда противозаконно, Бен, – не унимался Роберт.

– Ну, ты понял, что я имею в виду!

Теперь Нину могли законно засудить за убийство человека, и Бенедикт искренне радовался за нее. Давным-давно он сам с нетерпением ждал, когда достигнет совершеннолетия, чтобы попасть на доску розыска в полицейском участке. Теперь он висит на доске подозреваемых в ФБР и чертовски гордится этим.