Холодный город - Холли Блэк

– Тана, – сказал кто-то рядом. Это оказалась Валентина, сунувшая ей в руки кружку. Она успела переодеться, причесаться и смыть косметику. – Святая преисподняя! Тана, ты в порядке! Ты вернулась!

Тана машинально выпила содержимое кружки, и алкоголь обжег саднившее горло.

– Смотри, кого мы нашли, – сказала Валентина, и рядом с ней появился Эйдан, улыбающийся невинной клыкастой улыбкой. Перл сидела у него на плечах, как маленький ребенок. На шее у нее висело тяжелое гранатовое ожерелье. Она широко улыбнулась Тане, но помрачнела, увидев кровь, засохшую на ее лице и платье.

– Привет, малыш, – тихо сказала Тана, так, как говорила их мать.

– Я не малыш! – возразила Перл, достоинству которой явно был нанесен урон. Одетая в блестящую черную рубашку, джинсы и любимые синие ковбойские ботинки, она смотрела на сестру глазами, густо подведенными черным карандашом. Тана повернулась к Валентине и сжала ее руку:

– Спасибо. Правда, я не знаю, как тебя благодарить!

Та покачала головой:

– Нет-нет, это Эйдан ее нашел.

– Эйдан? – Тана недоверчиво подняла на него глаза.

– Я заметил ее недалеко от ворот, – сказал Эйдан. – Кажется, ей было страшно.

Перл посмотрела на него так, будто он ее предал:

– Вообще-то у меня был план!

– Эйдан единственный из нас знал, как она выглядит, – говорила Валентина. – И единственный, кто не был ей чужим человеком.

Тана кивнула, протянув руки к Перл и не сводя взгляда с Эйдана:

– Спасибо.

– Когда Полина позвонила мне, я понял, что за мной должок. И не один, – Эйдан наклонился, чтобы Перл могла слезть с его плеч. Она тут же обняла Тану. Та слышала, как сердце Перл колотится, словно птица, и чувствовала сладость крови, текущей под ее кожей. Но если Эйдан смог это вытерпеть, то и она сможет. Тана зарылась лицом в волосы Перл и вдохнула их запах, стараясь запомнить его.

– Я просто хотела быть здесь, с тобой, – сказала Перл, и ее худые плечи затряслись. – Я хотела помочь. Я не знала…

– Все хорошо, – прошептала Тана, обнимая сестру еще крепче, – все будет хорошо.

– Мы тебя видели, – сказал Эйдан, указав на один из экранов, свисавших с металлических опор. – Не всё, конечно, я думаю. Но самый конец, с Люсьеном…

Тана посмотрела на них:

– Вы видели, что случилось?

– Люсьен Моро мертв! – повысила голос Валентина. – Это мы видели. Мы не слышали всего, но, кажется, он сошел с ума.

– Ты выглядела потрясающе, – Эйдан улыбнулся, и впервые Тане показалось, что клыки и красные глаза были у него всегда. – Отличное платье.

– Прости, Тана, – сказала Перл, вцепившись Тане в руку. – Я думала, он… Я правда не знала.

– Разумеется, ты не знала, – Тана утянула Перл в сторону, чтобы поговорить с глазу на глаз. – Я тоже не знала. Именно поэтому ты должна уехать. Я помогу тебе выбраться, но пообещай, что никогда не вернешься. Никогда.

– Но отсюда никто не может выйти, – с недоумением сказала Перл.

– Ты выйдешь, – ответила Тана. – Прямо сейчас.

Перл с мольбой посмотрела на нее:

– Эйдан обещал, что сегодня мы повеселимся! Можно, я уеду утром?

Тана рассерженно посмотрела на Эйдана.

– А что я мог сделать? – он беспечно пожал плечами, как будто не был страшным вампиром. – Тебе не кажется, что это как-то несправедливо: малышка добралась сюда и уедет без истории, которую можно рассказывать подружкам? Ты же знаешь, я не могу устоять перед милыми маленькими девочками с большими умоляющими глазами.

Перл фыркнула.

Тана ответила не сразу. Она смотрела на канаты, на которых над толпой раскачивались парни и девушки в яркой одежде, на огни стробоскопов и темный купол высоко над ними. Да, здесь было красиво. По-своему красиво.

– Ладно, – сказала Тана. – Но перед рассветом ты отправишься к воротам. Обещаешь? Мы отведем тебя.

Перл кивнула:

– Можно мне потанцевать с Эйданом? Он защитит меня от других вампиров.

Эйдан снова улыбнулся. Он был похож на падшего ангела. Тана думала так еще до обращения, но сейчас это стало правдой. Может быть, он и чудовище, но он все еще Эйдан и не обидит Перл.

– Конечно, – ответила она. – Только не затанцуй его до смерти.

– Я вампир, – сказал Эйдан. – Я не могу устать.

Тана проводила их глазами. Они унеслись в толпу, и волосы Перл взметнулись у нее за спиной, как черное знамя.

– Ты в порядке? – спросила Валентина.

Тана кивнула и попыталась улыбнуться, но улыбка вышла несколько натянутой. Странно чувствовать себя и прежней, и изменившейся. Странно думать, что это ее новый дом – нравится ей это или нет.

– Пойду к бару, – сказала Тана. – Попробую найти влажную салфетку и протереть лицо. Это поможет мне чуть больше чувствовать себя человеком.

Валентина кивнула, и Тана стала пробираться сквозь толпу. Дважды ее останавливали, чтобы пожать руку. Еще кто-то предложил ей крови из катетера. Голова у Таны кружилась, и она молча проталкивалась дальше. Похоже, в Холодном городе Люсьена любили далеко не так горячо, как на телевидении.

Заметив Джеймсона у края стойки, она подошла к нему. Когда Тана оказалась рядом, он отсалютовал кружкой.

– Поздравляю, – сказал он и сделал знак бармену. Тут же перед Таной появилась кружка, которую подала ей женщина с ярко-красными дредами, которой явно было наплевать, сколько лет тому, кто заказывает выпивку. Тана забралась на барный табурет.

Джеймсон чокнулся с ней и заявил:

– Ты в курсе, что ты теперь знаменитость? А после этой ночи станешь еще более известной.

Тана сделала несколько больших глотков и поморщилась. Потом выплеснула остаток себе в лицо. Кожу защипало, но она надеялась, что алкоголь продезинфицирует кожу.

– У тебя нет салфетки? – спросила она.

Джеймсон достал из кармана старомодный мужской платок, сложенный в несколько раз. Тана вытерла лицо и платок стал темно-красным.

– Прости, что испачкала.

– Затем он и нужен. Слушай, я серьезно – насчет знаменитости. Одна из двух выживших в так называемой «Ночной трагедии», – Джеймсон был не вполне трезвым. – Девушка, которая отвезла обратившегося друга и вампира в Холодный город и сдала их. Девушка, которая убила вампиршу. Да-да, видео с тобой обошло все новости и блоги – то, где ты дерешься с синеволосой девушкой в грязи у мусорных баков. Оно стало очень популярным. А теперь ты убила Люсьена Моро. Тебе пора брать деньги за интервью.

– Я боялась, что Перл будет на меня злиться. Она любила шоу Люсьена.

Джеймсон рассмеялся.