Мег - Стив Алтен

– Терри, почему ты уезжаешь?

– Я не обязана тебе ничего объяснять.

– Нет, конечно. Но вот я должен кое-что прояснить. В то утро, когда ты ушла из моей каюты… Я слегка психанул. Видишь ли, опять приснился тот сон…

– Мне наплевать. – Она запихнула в чемодан косметичку и застегнула молнию.

– Терри, моя холодность вообще никак не связана с Мэгги. Ты мне действительно небезразлична и…

Терри резко развернулась, оказавшись лицом к Джонасу:

– Я тебе совершенно безразлична. Твоя жена наставила тебе рога, и ты с моей помощью решил с ней поквитаться.

– Это неправда. Да, наши отношения стали развиваться слишком стремительно, но все это не имеет никакого отношения к Мэгги… Наш брак давным-давно себя изжил. Меня отпугнула вовсе не ты, а повторяющиеся ночные кошмары о меге. Семь лет назад, перед погружением во впадину по заданию военно-морского флота, у меня уже были подобные дурные предчувствия. И я понимал, что если не отступлюсь, то на сей раз непременно погибну, однако произошло неожиданное – я в тебя влюбился.

– Значит, ты оттолкнул меня, чтобы свалить без лишних угрызений совести? Жалкое оправдание.

– Согласен. Но я ведь вернулся.

– Зачем? Чтобы подменить меня во время очередного погружения? Чтобы спасти меня от этой большой злобной акулы? А знаешь что? Я отнюдь не беспомощная дамочка в расстроенных чувствах, которую нужно спасать. Что до твоих предчувствий, то, может, если бы ты позволил мне тогда совершить погружение в Марианскую впадину, все могло бы обернуться по-другому. Может, это твоя плохая карма погубила тех двоих семь лет назад? Может, если бы я спустилась тогда с Ди Джеем вместо тебя, мой брат был бы до сих пор жив!

И, схватив чемодан, Терри протиснулась мимо Джонаса и ушла.

На борту экскурсионного судна «Капитан Джек» 14 миль к западу от Санта-Круз

Расселы потягивали горячий шоколад, сидя на корме. Холод загнал Мэрилин Ри и ее дочь Шаннон внутрь.

Джейсон рассматривал поверхность океана с помощью мощного бинокля, когда из громкоговорителя неожиданно раздался голос капитана Гиббонса:

– Народ, обратите внимание! Потрясающее зрелище! По нашему левому борту необычно большое стадо косаток. – (Пассажиры дружно переместились на левый борт, нацелив на море камеры.) – Косатки, также известные как киты-убийцы, – на редкость умные охотники, способные убить кита гораздо крупнее себя. Похоже, мы застали это стадо в процессе охоты.

Джейсон направил бинокль на черный спинной плавник, двигавшийся параллельно судну на расстоянии добрых восьмидесяти ярдов. Там было по меньшей мере двадцать косаток, среди них три больших самца, по очереди атаковавших какой-то более мелкий объект, остальные расположились по периметру, чтобы не дать жертве уйти.

Неожиданно Джейсон увидел нечто похожее на большую белую акулу-альбиноса, из ее двухфутового спинного плавника текла кровь, косатки, точно стая волков, рвали белую шкуру.

Детеныш мегалодона беспомощно метался по поверхности океана, так как более крупные хищники не давали ему возможности уйти на глубину. Киты-убийцы выследили самочку мегалодона, когда та охотилась к юго-востоку от Фараллоновых островов.

Самцы косаток на пугающей скорости напали на акулу, по очереди вырывая из ее тела куски мяса и подбрасывая вверх изувеченную тушу, устроив пляски на костях несостоявшейся королевы залива Монтерей.

Десять минут спустя мотор «Капитана Джека» заглушили, и суденышко стало мирно покачиваться на трехфутовых волнах. Вдали насколько хватало глаз простиралась серая водная гладь, внезапная тишина усиливала ощущение оторванности от мира.

– Народ, сейчас вы получите возможность с лихвой оправдать потраченные деньги. В двадцати ярдах впереди по правому борту самка серого кита с детенышем. Если нам повезет, они, быть может, подплывут поближе.

Не успели Мэрилин с дочерью снова присоединиться к Расселам, как из воды показалась голова самки серого кита, причем так близко от судна, что несколько пассажиров, перегнувшись через фальшборт, даже сумели до нее дотянуться.

– Ух ты! Шаннон, ты это видела?!

Но девочка-тинейджер, не внимая материнским призывам, продолжала ловить сигнал на сотовом телефоне.

Расселы дождались своей очереди, Милиса даже успела заснять, как муж трогает кроткого гиганта за морду.

Серый кит снова ушел под воду, но китенок был настолько близко, что восторженные пассажиры принялись наперебой делать селфи.

И тут совершенно неожиданно что-то яростно врезалось в киль, а потом еще и еще, раскачивая судно.

На изумленных глазах Джейсона море внизу забурлило, окрасившись темно-красным.

– Это кровь?!

Серый кит с оглушающим всплеском вынырнул в десяти ярдах от судна. Рванув вперед, он принялся неистово молотить по воде хвостовым плавником, а затем завалился на бок, выставив на всеобщее обозрение глубокую рваную рану размером с пляжный зонтик.

Пассажиры, отталкивая друг друга, бросились на корму, чтобы сделать фото.

– Может, это был кит-убийца?

– Вряд ли. Рана слишком большая. Это наверняка мегалодон.

Китенок, отфыркиваясь, подплыл к матери.

Внезапно прямо под детенышем возникла белая голова мегалодона, гигантские челюсти открылись, целиком захватив китенка, и через секунду захлопнулись, словно стальной капкан, забрызгав пассажиров кровью.

Кто-то завизжал, кто-то заулюлюкал от восторга.

Матрос рысью кинулся в рулевую рубку доложить капитану. Через пару секунд мотор снова ожил, но вместо ровного гула послышалось тошнотворное лязганье метала: поврежденный винт с силой колотил по корпусу суденышка. Мегалодон почувствовал раздражающие импульсы и, оторвавшись от кровавого пиршества, поднялся на поверхность океана разведать обстановку.

На борту «Кику»

Терри Танака поднялась на мостик, чтобы в очередной раз сцепиться с отцом, который стоял рядом с Альфонсом Демарко, возившимся с рацией.

– Масао, где Мак? Я хочу, чтобы он отвез меня в Монтерей.

– Не сейчас, Терри. Береговая охрана только что приняла сигнал тревоги с экскурсионного судна неподалеку от нас.

– Самка? При свете дня?!

На мостике появился Джонас:

– Нападение на яхту… Огни вертолета Мака могли ее ослепить.

– Значит, монстр слепой? Тейлор-сан, а это хорошо?

– Нет, если она начала всплывать на поверхность в дневное время. Для акулы потерять зрение – совсем не то, что для нас с тобой. Ведь у нее масса других сенсорных органов, помогающих ей ориентироваться. И если учесть, что дневной свет был ее ахиллесовой пятой, то, на мой взгляд, положение стало еще хуже.

Акустик Роберт Нэш прижал к ушам наушники: