Большая книга ужасов. Коллекция кошмаров - Екатерина Неволина

Два часа я потратил на то, чтобы убить комаров. С усердием я очищал комнату от кровопийц и готовил ее ко сну.

К сожалению, отправляясь в провинцию, мы не додумались прихватить с собой антикомариные пластины. К нам на одиннадцатый этаж комары не залетали, и поэтому мы, как типичные городские и бестолковые существа, не догадывались, что это может стать проблемой. Комаров было много. Они терпеливо сидели на стенах.

Галка предложила бороться с кровососущими техническими средствами и сбросила мне на телефон особую программу-зуммер. По уверениям создателей, программа была незаменима в полевых условиях и сбивала навигационные системы москитов, комаров, сколопендр, фаланг, кротов и других мелких вредителей. Понадеявшись на технику, я оставил открытой форточку – чтобы меньше пахло пылью, а когда вечером включил телефонную программу, само собой оказалось, что она ни на что не годится. Возможно, сколопендр и кротов она повергала в пищевой ступор, но на комаров, кажется, действовала противоположным способом – аппетит их только увеличился.

Пришлось справляться своими силами.

Комната мне досталась обычная. Обычная захламленная комната, такие есть во всех старых домах. Рассохшаяся щелястая мебель, люстра – винтажная, сделанная из консервных банок, мешки окаменелого цемента в углу, настолько окаменелого, что слиплись в один монолит и провалили пол. Комод со старинным тряпьем, полка с журналами «Подвиг», старая ржавая раскладушка. На подоконнике старый приемник и кожаная аптечка. Жить можно, однако антикомариный потенциал у комнаты был невелик – рама окна щелястая, в потолке щели вообще в ладонь толщиной. Я планомерно заткнул их тряпьем из комода, тем самым ограничив подход комариных подкреплений.

Вторым этапом было истребление всех уже прибывших. И здесь я тоже действовал последовательно – соорудил из газеты мухобойку и за час перебил всех, кого смог обнаружить.

Третьим этапом было сооружение полога. Здесь пришлось проявить технический гений, я его проявил – доломал раскладушку, разогнул трубки, натянул на них простыню, эту конструкцию установил над надувным матрасом. Получилось приемлемо. Хотел еще пожечь лебеды, но вставать и идти за ней во двор не хотелось. Поэтому я немного пожег старую шариковую ручку и лег спать.

Уснул быстро, проснулся оттого, что чесалась рука, левая, на локтевом сгибе. Чесалась так сильно, что сопротивляться этому не было никакой возможности, и примерно минут пять я чесался. Остановился, только когда запахло кровью и под ногтями набралось содранной кожи, а место расчеса раздулось и заболело. Надо было срочно протереть спиртом или перекисью, лучше спиртом, я вспомнил про аптечку на подоконнике и поднялся. Разогнал свернутой майкой комарье и прошлепал к окну. В аптечке не нашлось ничего аптечного, только много пузырьков с высохшими снадобьями и пластмассовый солдатик – из старых. Не пластмассовый, а капроновый, красного цвета, с гранатой и в папахе. Он вывалился на подоконник, я поставил его лицом к стеклу – теперь он смотрел во двор и собирался кинуть гранату туда.

Полог из раскладушки оказался неэффективным, так что пришлось завернуться в пододеяльник и спать мумией.

Но уснуть толком так и не получилось. Мне мерещился комариный писк, мне чудилось, что они кружатся вокруг и выбирают местечко, чтобы опуститься и насладиться свежей кровью. Когда я выглядывал из кокона пододеяльника, то обнаруживал, что так оно и есть – надо мной жужжали целые эскадрильи и воздушные флоты, голодные и настойчивые. Комарам можно позавидовать в одном – они очень настойчивы. Это из-за отсутствия мозга: настойчивость – это либо от избытка мозга, либо от его недостатка…