Мертвые из Верхнего Лога - Марьяна Романова

Он был атеистом, материалистом и скептиком. Если и задумывался о смерти, то с непременной байронической меланхолией. Не то чтобы Марк цинично отрицал Вечность, а просто, наверное, не мог сопоставить с нею свое существо. Над людьми же «тонкой душевной организации», смотревшими передачу «Битва экстрасенсов», гадавшими на картах, искавшими в своих снах какие-то намеки и знаки, с придыханием говорившими о полтергейсте и НЛО, посмеивался, считая, что в детстве они не доиграли в волшебников.

И вдруг — сам словно оказался в центре мистического кино. Все это было бы похоже на сложносочиненный высокобюджетный розыгрыш, если бы не было так страшно, и чем дальше он вникал в происходящее, тем более странно себя чувствовал. Как будто мир перевернулся.

— Почему ты так странно смотришь на меня, Марк? — прервала его размышления Ангелина.

— Я… я, наверное, должен все-таки сказать тебе.

— Что-то случилось? — нахмурилась женщина.

— Нет. То есть да… В общем, я тоже ее видел.

Темные глаза собеседницы удивленно округлились.

— Кого — ее?

— Ту девушку. Женщину. Не знаю уж, сколько ей лет. Трудно понять, ведь она… мертвая.

Ангелина вскочила на ноги, едва не опрокинув и чашку, и кресло. Выкрикнула разозленно:

— Я, между прочим, не шучу!

— Мне не до шуток, — вздохнул Марк. — Надо было сказать тебе раньше… Но я боялся, что ты сочтешь меня сумасшедшим. Да, я тоже видел ее, в ту же самую ночь. Мне не спалось, я выходил на крыльцо, и она там стояла. А потом я словно уснул. Не помню больше ничего. Может быть, как и ты, отключился от страха, хотя на сентиментальную барышню вроде не похож. Кстати, вот, прочитай.

Газетная вырезка, аккуратно сложенная, давно лежала в заднем кармане его джинсов. Марк знал статью наизусть. Ангелина с удивлением приняла из его рук листок.

— Желтая газета? — Красивые брови художницы поползли вверх. — Марк, ты вообще за кого меня держишь?

— Ты читай, читай…

Ангелина читала медленно, как первоклашка. То ли раздумывала над каждым словом, то ли боялась добраться до финала.

— Знаешь, я ведь не просто так сюда приехал. Но я не какой-нибудь там… городской псих, ищущий великого смысла. — Марк нервно усмехнулся. — У меня невеста пропала.

Ангелина отреагировала на его последние слова, как, должно быть, отреагировала бы на ее месте любая женщина. Кроме, конечно, Веры, которая считала ревность одним из высших проявлений пошлости.

— У тебя есть невеста?

Ее требовательный тон и как будто бы испуганное выражение лица даже немного рассмешили Марка. «Неужели я все-таки не так уж ей безразличен?» — подумал он.

— Была невеста. Давно. Пять лет назад. Вера получила в наследство старенький дом, здесь, в Верхнем Логе, поехала посмотреть, за сколько его можно продать, да так и не вернулась. А я, дурак, решил, что меня бросила.

— И ты даже не пытался искать ее? Хорош жених, — криво усмехнулась Ангелина.

— Ты не понимаешь, — покачал головой Марк. — Просто она была… ветреная. Это к ней и влекло. Вера была как сквозняк. Сразу предупредила меня, что ни с кем у нее ничего серьезного не складывалось, что, скорее всего, однажды она уйдет из моей жизни по-английски и чтобы я заранее был к такому готов и воспринимал ее как попутчика.

— Романтично.

— Я и считал, что она сбежала. Но вспоминал о ней. Если честно, все пять лет. Зацепила она меня чем-то… И вот когда мне случайно попалась на глаза эта статья, я не знал, что думать. А потом решил приехать сюда, чтобы разобраться на месте.

— А журналисту ты не пробовал позвонить? — подумав немного, спросила Ангелина.

— Знаешь, я бы все равно не усидел в городе. Хотел сначала поговорить со здешним народом, а уже потом…

— Так может быть, позвоним ему завтра? Имя автора есть, название газеты — тоже. Телефон узнать нетрудно, мой мобильный подключен к Интернету. Только вот…

— Что? — встрепенулся Марк.

— Да одно с другим не очень складывается, — задумчиво протянула женщина.

— А именно?

— В статье написано, что здесь произошло несколько кровавых убийств, люди какие-то исчезали, а улик толком и не нашли… Кстати, припоминаю, болтают в деревне разное. Будто бы женщину пьянчужка-муж изрубил топором. Лесник как-то странно пропал. И молодежь какая-то… Думаешь, тут замешаны они? Мертвые?

— Ну, не знаю… Мне вообще странно, что мы об этом говорим, — нервно усмехнулся Марк. — Чувствую себя немного сумасшедшим.

— И все-таки?

— Черт, наверное, я не исключаю такую возможность.

— Но тогда почему мы с тобою целы? Почему они не тронули мою дочь? Даша несколько дней подряд говорила, что видела мертвых. Но ведь… осталась жива. Дочка уехала в Москву, я разговаривала с мамой. И мы… Почему они не тронули нас?

— Понятия не имею, — вынужден был ответить Марк. — Постои, давай по порядку… Кто тебе рассказал сплетни о леснике, о пьянчужке-убийце?

— Да есть тут одна, — поморщилась Ангелина, — Ефросиньей зовут. Ее дурочкой все считают, блаженной. Живет отшельницей, но иногда выходит из дома и начинает нести ересь всякую… Вот и меня у продуктовой палатки подкараулила.

— Так, может быть, заглянем на чай к этой Ефросинье? Прямо сейчас?

Ангелина с сомнением посмотрела на старенькие настенные часы.

— Половина десятого уже.

— Самое то. Возьмем коробку зефира, поболтаем с ней.

— Ну, не знаю… Старики рано ложатся.

— А давай посмотрим, горит ли у нее свет. Если горит, пойдем.

Ангелина согласилась.