Десять историй ужаса - Роберт Лоуренс Стайн

Гигантское тело Крушителя рванулось в мою сторону.

— А-а-а-а-ар-р-р-рх-хх! — взревел он. Его мускулы вздулись. Его лицо блестело от пота. Огромные ручищи, каждая больше моей головы, сомкнулись в его знаменитом костедробильном Чудовищном Захвате.

— Бет! — окликнула меня из прихожей старшая сестра Джоди. — Ты где?

Я нехотя отвела взгляд от телевизора: показывали матч по реслингу. Только что Крушитель заключил своего противника, Горгона, в Чудовищный Захват. Горгон, значительно уступавший ему габаритами, отчаянно пытался вырваться.

— Я здесь, — откликнулась я.

Джоди возникла в дверях гостиной. Она даже не удосужилась снять пальто. Мой пес Айвори взглянул на нее со своего излюбленного места у камина. Потом опустил голову и снова задремал.

— Угадай, что я нашла! — взволнованно воскликнула Джоди. В руках она держала хозяйственную сумку, щедро украшенную рождественскими бантами.

Я пожала плечами. У нас с Джоди разница в возрасте — один год. Но что до личных вкусов — не меньше десяти лет.

Почему меня должно заботить, что она там купила в торговом центре? Тем не менее, я решила поинтересоваться. Как-никак, на следующей неделе Рождество. Может, Джоди хочет заранее показать мне мой подарок.

Джоди открыла сумку и вытащила оттуда кассету.

— Смотри!

Я застонала, разглядев надпись на коробочке.

— О нет! Только не «Веселейший светлый праздник»!

Это у Джоди самое любимое рождественское кино. И самое нелюбимое у меня. Это глупая, слащавая история о Рождестве.

Я не выношу в ней все. Особенно ненавижу героиню. Сьюзи Снежинка дружелюбнее, чем Санта и веселее, чем Пасхальный Кролик. Аж тошнит.

— А что, тебе мало, что его крутят по телеку шестнадцать раз на дню? — спросила я. — Не можешь же ты смотреть его чаще!

Джоди прижала кассету к груди.

— Я и по сто раз на дню могу смотреть, и мне не надоест, — ответила она. — Жутко повезло, что я ее нашла. Леди в магазине подарков сказала, что это единственная копия, какую ей доводилось встречать. — Джоди шагнула вперед, чтобы вставить кассету в видеомагнитофон.

— А потерпеть не можешь? — крикнула я. — «Реслинг-О-Рама» же идет!

Джоди взглянула на экран. Крушитель влез на канаты и готовился спрыгнуть на голову Горгону. Сестрица сморщила носик. Она не любит реслинг.

— Прости, — сладко пропела она. — Мама сказала, что сейчас моя очередь.

Я знала, что лучше не спорить. Мама велела мне выключить телек еще час назад.

— Можешь остаться и посмотреть кино со мной, если хочешь, — предложила Джоди.

— Да я лучше проглочу оленя с рогами! — проворчала я. Но больше заняться мне было нечем, и я осталась.

Фильм начался. Сьюзи Снежинка, пританцовывая, выпорхнула из кухни, встряхивая своими рыжими волосами до плеч.

— А вот и печенюшки — потешить ваши брюшки! — задорно провозгласила она. — Помните волшебные слова?

Ее дети завизжали от восторга.

— Пожалуйста такое — как елочка большое! — закричали они.

Я застонала. Я почти забыла, КАКОЙ это ужасный фильм. Я смотрела, как Сьюзи разносит праздничное настроение по всему городу. Она плясала. Она пела. Она пекла дюжины и дюжины печенюшек.

Потом Сьюзи посетила сварливого соседа. Она хотела принести ему праздничного веселья. Она пела невероятно идиотскую песенку о том, что «Рождество смеется, а Санта улыбается». После чего добила меня окончательно.

Ее улыбка стала еще ослепительнее. Она встряхнула своими рыжими волосами. Она раскинула руки.

— Кто же откажется от рождественских объятий? — прощебетала она.

— Я! — взревела я, вскочив.