Как ни крути - помрешь - Ким Харрисон

Кофе в моей большой кружке уже остыл, но я не хотела идти вкухню его менять: там Айви громыхала кастрюлями, готовя свое мерзкое печенье(хотя я уже ясно дала понять, что жрать его не буду, и бесилась как похмельныйтролль, что она пытается скормить мне «бримстон»).

Отставив остывший кофе, я потянулась к настольной лампе –послышался стук моего противоболевого амулета о косметический талисман,скрывающий синяк под глазом. Пока Кериучила меня сохранять энергию линий, уженачало смеркаться. Веселенький желтый свет заливал комнатные цветы у меня настоле и едва касался Керн, сидящей на подушке, принесенной от Кизли. Можно былобы заняться этим в более удобной гостиной, но Кери настояла на освященнойземле, хотя солнце и стояло высоко. И еще в святилище была тишина. Гнетущаятишина. Кери сидела по-турецки на полу – маленькая фигурка в джинсах исвободной рубашке – под тенью, оставшейся от креста. Рядом с ней стоял чайник счаем – от него шел пар, хотя моя кружка давным-давно остыла. У меня было такоечувство, что она подогревает чайник магией, но поди ее на этом поймай. Узкойрукой она почтительно держала тонкую чашечку – тоже принесенную от Кизли, – ана шее у нее поблескивало распятие Айви. И руки она никогда далеко от него неубирала. Старшая дочь Дженкса сегодня утром заплела ей волосы, и вид у Кери былтакой, будто она в мире с собой и со вселенной. Мне приятно было видеть еетакой – я помнила, что ей пришлось пережить.

Из кухни раздался глухой стук, потом лязгнула дверцадуховки. Я нахмурилась и обернулась к Кери в ответ на заданный вопрос:

– Готова снова попытаться?

Поставив потверже ноги в носках, я кивнула. С быстротой,достигнутой тренировками, я потянулась собственным сознанием и коснулась линииснаружи. Ци у меня наполнилось, взяв не больше и не меньше, чем всегда. Энергиятекла через меня примерно как река через пруд. Я умела такое делать еще сдвенадцати лет, когда случайно забросила Трента на дерево в летнем лагере егоотца. Сейчас мне надо было зачерпнуть энергии из этого пруда и поднять ее вцистерну у меня в разуме, говоря образно. Чье угодно ци – человека,внутриземельца или демона – может выдержать лишь определенное количество.Фамилиары используются как дополнительные носители ци, из которых может черпатьобращающийся к магии.

Кери подождала, пока я жестом показала, что готова, а тогдаобратилась к той же линии и залила в меня дополнительную энергию. Струйкой, ане потопом, как Алгалиарепт, но мне обожгло кожу, когда энергия переполнила ци,ища, где собраться лужицей. Продолжая аналогию реки и пруда, можно сказать, чтовода вышла из берегов и затопляла долину.

Мои мысли – единственное место, куда могла податься энергия,и пока она его искала, я построила в воображении миниатюрный трехмерный круг –который Кери почти целый день учила меня делать. Расслабив плечи, я ощутила,как струйка нашла это маленькое хранилище. Тут же ощущение тепла на кожеисчезло – это энергия, которую мое ци не могло удержать, стекала в кругртутными каплями. Пузырек расширялся, сияя красным мазком, принимавшим цветауры моей и Алгалиарепта. Фу, мерзость.

– Скажи свое ключевое слово, – напомнила Кери, и явздрогнула. Слишком поздно. Мы встретились с ней взглядами, и Кери скривилагубы. – Забыла, – упрекнула она меня, и я пожала плечами.

Тут же она перестала заливать в меня энергию, и излишек стекмгновенной искоркой обратно в линию.

– Скажи на этот раз, – напомнила она строго.

Кери – чудесная женщина, но не особо терпеливый учитель.